Шестая колонна — Несокрушимый Лёд.

Седьмая колонна — Пламя Хаоса.

Восьмая колонна — Смерть.

Девятая колонна — Тёмная Жизнь.

Десятая колонна — Запечатана.

Одиннадцатая колонна — Запечатана.

Двенадцатая колонна — Черная Молния.

Тринадцатая колонна — Запечатана.

Четырнадцатая колонна — Разрушена.

Пятнадцатая колонна — Разрушена.

Шестнадцатая колонна — Разрушена.

Семнадцатая колонна — Разрушена.

Восемнадцатая колонна — Материя Бедствия.

Чудовищная мощь, которая даже не снилась обычным смертным, прямо сейчас разлилась на паре десятков квадратных метров. В реальном мире тот или иной источник принимал наилучшую и самую удобную для себя форму — клинок, факел, сгусток, клякса, сфера, сноп искр, но вот первый и последний резерв походили на всё те же знакомые дымчатые колонны.

За Морриган я наблюдал краем глаза. С каждым новым потоком её глаза становились шире, а под конец та смотрела на меня, как на самую настоящую ходячую катастрофу.

— Во имя всего добра во Вселенной! — выдохнула очаровано она, хаотично глядя то на один, то на другой источник. — Это немыслимо! Просто немыслимо. Я впервые такое вижу. Неужели это и есть твоя ноша?

Хотелось ответить честно, но, увы, нас перебили.

— Развлекаешься⁈ — из-за спины донесся веселый гогот Илая. — Или хвастаешься?

Первым будто бы из-под земли явился Баламут, а следом за ним под свист ветра к нам переместился Эйсон. Тэйн же спикировал прямо с неба, но слишком близко никто из них к нам подойти так и не отважился.

— Может смахнемся? — с радостью в голосе предложил Илай. — Только чур ты используешь только две стихии. И чур нас будет трое.

— Боюсь, битва откладывается, — задумчиво выпалил падший, глядя точно на Сигу и Меру.

За его взглядом проследовал не только я, но и Эйсон. Однако Баламут остался не у дел. Тот по-прежнему с интересом рассматривал потоки стихий.

— Это почему же? — зевнул Илай, почесывая задницу.

— Пегасы, — отчеканил холодно бывший серафим, пальцем указывая на несколько точек в небе, которые быстро к нам приближались. — Прибыли посланники из Небесного Града…

Альбарра. Небесный Град.

Двор семьи Сияющего Ветра.

Рабочие апартаменты Роланда Сияющего.

Некоторое время назад…

— МРАЗЬ!!!

Нойя не находила себе места, но войти внутрь страшно боялась. Таким она отца еще никогда не видела. Ни разу в своей жизни она не помнила его настолько злым и разъярённым. Мысли девушки находились в хаосе, ведь в какой-то мере та понимала патриарха. Прекрасно понимала. То, что сотворил Последователь Проклятых не поддавалось никаким объяснениям. Да и вряд ли отец испытывал подобный позор хоть когда-нибудь. И лицезрели данный позор не только рыцари света, но и многая аххеская знать.

До ушей херувимы вновь донесся оглушительный грохот ломающейся мебели, отчего она пугливо вздрогнула и сделала два шага назад от дверей, а следом снова раздался душераздирающий яростный вопль:

— ИНОМИРНАЯ МРАЗЬ!!! И ПОЧЕМУ ТЫ НЕ СДОХ⁈ ГДЕ ТОЛЬКО ЭТОТ ВЫРОДОК ТЭЙН ТЕБЯ ОТЫСКАЛ⁈ БУДЬ ОНО ВСЁ ПРОКЛЯТО ПРАВЕДНЫМ СВЕТОМ!!!

Вопли отца заставили Нойю сделать очередной шаг назад, но затем она спиной будто бы упёрлась в настоящую стену и испуганно обернувшись, встретилась лицом к лицу со страшно угрюмым и израненным Ухсаром.

— Брат? Целители же запретили тебе вставать!

— Что стряслось в Андаре? — мрачно изрёк парень, игнорируя заботу сестры, а после указал глазами на двери. — Почему он не в духе? Скоро весь Небесный Град будет знать, что у семьи Сияющего Ветра произошла какая-то беда.

— К сожалению, так оно и есть, — нехотя отозвалась херувима, виновато покосившись в сторону. — Случилась беда…

— Рассказывай! — с нажимом добавил Ухсар. — Рассказывай всё в подробностях.

— Нечего рассказывать, — скривилась недовольно Нойя, а в глазах её вспыхнул гнев. — Нас прилюдно унизили! Унизили и опозорили у всех на глазах как каких-то побитых собак.

— Как и кто⁈ — чуть повысил голос серафим. — И каким образом?

— Демон Великой Сотни! — сплюнула презрительно девица. — Это он во всём виноват! Он унизил отца! Унизил меня! Унизил всех рыцарей света! Унизил всю знать в Андаре! А эта сучка рептилия Кайса, так называемая новая великая глава Ксанта, во всём ему потакала!

— Кайса стала главой дома? — слегка удивился Ухсар, но позже резко нахмурился и вернулся к сути. — Как именно он вас унизил⁈

— Я не знаю, брат! НЕ ЗНАЮ! — с обидой выкрикнула херувима. — Он… он использовал какую-то могущественную магию. Скорее всего, стихию гравитации. Он камня на камне не оставил от нашей защиты. Подонок прижал нас всех к земле. Мы никоим образом не могли пошевелиться. Мы походили на каких-то жалких… насекомых! А потом… потом его нога оказалась на голове отца, — взволновано лепетала Нойя, то и дело запинаясь. — Наши жизни находились в его руках. Он всячески угрожал, а затем тот проклятый предатель Тэйн с посыла Демона Сотни бросил вызов отцу за место патриарха. Деваться отцу было некуда и пришлось принять вызов.

Чем дольше говорила херувима, тем быстрее мрачнел Ухсар, а после прикрыв глаза, тот устало потёр израненную физиономию ладонями.

— Во имя Света! Еще и Тэйн вмешался… — напряженно выдохнул серафим. — Безумие. Это какое-то безумие. Ушам своим не верю. Я знал, что наследник Пятой Династии силен, но такое уже просто за гранью. Отец шестипарный серафим. Он Властелин магии Света второго отсечения и младший Мастир Бедствия. По личной мощи он равен многим пиковым отмеченным, и всё равно ничего не сумел противопоставить Демону Сотни. Насколько же всё-таки силен Ранкар Безродный? Неужели слухи и вправду не лгут?..

— О чем ты? — почти что шепотом вопросила Нойя, расширив глаза. — О каких слухах ты говоришь?

Херувима могла принять любой ответ. К тому же от брата. Но следующие слова Ухсара её напугали и ошеломили до самых глубин содрогающейся души.

— О тех, которые твердят, что по силе он уже сравним с некоторыми оберегами. Смертные ему отныне не ровня, — обреченно покачал головой серафим, чем сильнее напугал сестру. — Мы задолжали ужасному существу, Нойя…

— Нет… Не может быть… — запинаясь, проблеяла херувима. — Такого… такого же не может быть! Он же человек! Просто человек…

— Тогда почему сильнейшие отмеченные остерегаются его⁈ — вышел из себя парень, повышая голос. — Почему он еще жив? Почему смертный бросил вызов самим богам? Кто отважится на такое в наше время⁈ Нет, за всем этим что-то кроется. Кроется что-то такое, о чем мы не в курсе. Что-то опасное и…

Внезапно Ухсар осекся и прислушался. Взор его устремился на дверь и туда же сразу посмотрела Нойя. Крики и грохот стихли. И заметили брат с сестрой это только сейчас. По всей видимости, Роланд каким-то чудом пришел в себя.

— Ухсар, Нойя, войдите! — донесся до них угрюмый голос отца. — Хватит там топтаться!

Видя замешательство сестры, первым вперед двинулся Ухсар и открыв перед собой дверь, серафим невольно выпал в осадок, но вида не подал. Роскошные апартаменты отца превратились в самые настоящие руины — раскуроченная мебель, разбитые полы и потолок, а коллекционное оружие, которое Роланд собирал годами, торчало в полуразрушенных стенах.

Сцепив на пояснице руки в замок, патриарх находился спиной к своим детям и в целом сейчас выглядел спокойным, но что Нойя, что Ухсар прекрасно знали, что ярость и злоба отца утихнет еще нескоро. Далеко нескоро.

— Уведомьте глав семей о случившемся вчера, — холодно отчеканил Роланд, до хруста в костяшках сжимая руки, отчего пальцы его начали белеть. — Скажите, что через три дня на площади я сражусь с предателем из нашей семьи. Обставьте всё так, чтобы мы вышли сухими из воды. Разнесите весть о том, что мы намеренно приняли его обратно в семью, чтобы навеки-вечные очистить наше имя от того позора, который настиг нас в прошлом. Всё произойдет на площади Света через три дня. Нойя, отправь карету в Андар и Гаюса во главе делегации.