– Пространственно-временной портал. Секретная разработка. Шагай, если смелый!
Минометчик посмотрел на спокойную матовую поверхность портала, перевел взгляд на меня, потом опять на портал и решительно шагнул. А я следом, даже халат не снял. Под ногами камень верхней площадки башни цитадели, перед глазами спокойные, чуть рябящие от свежего ветерка воды залива. И входящая в него каракка…
Старлей сидел на стуле и выжидательно смотрел на меня. Он получил достаточно информации о Русском Уругвае, чтобы принять правильное решение.
– Семью взять с собой могу? – нарушил он молчание.
– Можешь, но пока не советую. Нет еще тех условий, к которым твоя жена и дети привыкли. Ни электричества, ни телевизора. Радио тоже нет, как нет и нормальной медицины. Средневековье, одним словом. Пусть пока здесь поживут годик – два. Половину твоего жалованья получать будут. Регулярно и без задержек. Ну и приглядят за ними, чтоб никто не обижал.
– Хорошо, я понял. Только семье две трети жалованья переводи, им деньги нужнее будут.
– Как скажешь. Теперь повторим, что тебе предстоит сделать. Прежде всего, спишись или созвонись со своими однокурсниками, а удастся, то и с однополчанами. Узнай, кто чем живет и как дышит. Нам нужны грамотные люди. Найди тех, кто согласится переехать на ПМЖ за границу. В не очень развитую страну, но за хорошие деньги. Так говори. Остальное я сам расскажу при встрече с кандидатами в переселенцы. Если, конечно, они мою проверку пройдут. На это даю тебе месяц…
Приблизительно в таком же ключе я в течении четырех дней разговаривал с каждым, прошедшим первичный отбор по состоянию здоровья физического и психического. Некоторых, как старлея, водил в прошлое. Одного, правда, пришлось выбраковывать: увидев парусники, крепость и холмистую равнину он повел себя не совсем адекватно, хотя при сканировании я у него никаких отклонений не нашел. Пришлось стирать из его памяти информацию о том, где был и каким образом туда попал. Компенсировал ему затраты на билет и отправил восвояси, оставив в его мозгу команду: как сядет в поезд – забыть, куда и зачем приезжал. К счастью, остальные кандидаты имели более крепкие нервы. Им я так же дал задание: искать подходящих людей. Любых специальностей и родов войск. Согласных за приличные деньги работать за границей в некомфортных условиях долгое время. Через месяц буду ждать сообщений о результатах вербовки. Телеграммами на главпочтамт «до востребования».
Добровольцев отправил по домам, выплатив каждому энную сумму «на жизнь». Офис сделал свое дело, и я его закрыл, расплатившись с представительными секретаршами. В сопровождении своих молчаливых охранников отправился в ангар автобазы. Едва успел отправить в княжество скопившиеся там материальные ценности, как появился гонец от зама Хвата – фээсбэшника. Притащил «маляву»: «Хвату от Арама. Десятого сходняк на твоей территории, обеспечь прием уважаемых людей. Арнольда возьми с собой».
Ясно, Хвата подвинут. Мелок он для дел серьезных, а с меня отчет потребуют, чем занимался. Целый квартал прошел, а я из города так никуда ни разу и не выехал. А ведь мне практически инспектирование края на предмет выявления скрытых или неэффективно используемых ресурсов для увеличения финансового потока в общак поручили. Отлыниваю, получается, от задания. Вот только есть мне, чем ответить! Из бесед с добровольцами я многое почерпнул, ведь одним из вопросов был вопрос о месте нынешней или прошлой работы добровольца и его жены или подруги. Так что состояние бывшего «народного» хозяйства я более-менее знал. И мог кое-что предложить верхушке «общества босяцкого». Да и исподволь на мозги их повоздействовать. Проведу пси-сеанс с несколькими объектами, уберу направленный против меня негатив и внушу необходимые мысли. Вряд ли урки знают, что такое телепатия и как от нее уберечься.
Для приема гостей арендовал шикарный ресторан, лучший в городе. Для охраны собрал всех своих бойцов. Гости начали съезжаться к полудню. Я лично подходил к каждому, широченно улыбался и протягивал руку для пожатия. Авторитеты, скривив губы в снисходительной улыбке, подавали свои. Моя уловка срабатывала, я получал для промывки их сознания и внушения физический контакт. К назначенному времени прибыло семь авторитетов. Троих я уже знал. Трое назвали свои погоняла при рукопожатии. И только четвертый не подал руки, не назвался, а зло сверкнул глазами на меня и стоявшего рядом Хвата. С ним мне придется работать на расстоянии. Последним, как и положено смотрящему за краем, на роскошном джипе с аэропорта подкатил Циклоп. В Москву летал на всероссийский сходняк. С ним прибыл и московский представитель – довольно плюгавенький мужичок с лысиной, покрытой белесым пушком, и оттопыренными ушами. Он представился как Равиль Исмаилович и просто излучал радушие. Но вот чуть раскосые глаза обшарили меня весьма колючим взглядом. Я тут же вторгся в его сознание. Татарин приехал для разговора именно со мной: в столице заинтересовались моими изумрудами.
Встреча или, как говорят у них – толковище, благодаря моим псионическим способностям прошла в спокойной, дружественной обстановке. Для начала побеседовали с Хватом. Потом со мной. Конструктивно, но благосклонно. Затем Арам, армянский авторитет, ни разу не сидевший и купивший воровскую корону за выручку от продажи апельсинов, (а я ведь ее тоже купил!) вручил мне воровской символ – перстень из латуни с большим квадратным «камнем» из черного стекла. А вот Хвату – нет. И тот заметно сник.
Как я и предполагал, порт у Хвата отобрали. Не по чину кусок. Вкусняшку по решению «общества» передали тому злому с погонялом Аспид, что мне руки не подал. Особняк тоже ему достался. Я пытался «поработать» с его сознанием на расстоянии, но меня постоянно отвлекали, а это отрицательно сказывается на результатах псионического воздействия. Удалось лишь только немного пригасить его ненависть к Хвату и желание быстрой расправы.
– Ты, Арнольд, люди говорят, автобазу прикупил? – задал вопрос Арам. – Вот и займись автомобилями. Можешь еще что придумать, мы не против. В крае много чего бесхозного есть. Расширяйся, если сможешь. Только в общак не забывай долю заносить.
А я чо? А я ни чо! Конечно, с порта я мог княжество лучше снабжать и разнообразнее. Но тогда мне здесь надо было бы почти безвылазно сидеть. И практически постоянно воевать со всем криминалитетом, сначала с местным, а потом и со столичным. Ведь не секрет, что криминал всей страны управлялся из Москвы. И тамошние боссы сразу бы заинтересовались моим борзым поведением. Всероссийской славы мне не надо. Потому-то я и не стал обострять отношения. Даже слегка порадовался, что теперь не буду к одному месту приклеенным. Бандитский бизнес, он ведь тоже бизнес, им плотно заниматься надо, руководить, не отвлекаясь на что-либо иное. А то конкуренты, кореша зоновские или друганы-братаны, что под рукой ходят и жаждут подняться, быстро слопают. Мне-то с моими способностями это не страшно. Вот только воевать со всеми и постоянно ждать подлян со всех сторон – не хочу!
С автотранспортом полегче будет. Найду зама, знающего как дела делать по-настоящему, и бухгалтера, что крысятничать не станет. Слесаря, водители, охранники, экспедиторы… Ха, стоп! Я что, действительно собираюсь тут бизнес разворачивать? А оно мне надо? По большому счету – да! Для прикрытия моей основной деятельности – умыкания материальных ценностей из этого мира для укрепления другого. А кого на хозяйство поставить? Конечно, Мойшу Лейбовича! Мозги я ему вроде бы хорошо поправил, а деловая хватка у него есть. Вот пусть и трудится на меня, специалист хождения между струй проливного дождя. А если инстинкт национальный проснется, всегда смогу на путь истинный наставить: воровать у меня не надо!
– И еще, Арнольд, – вступил в разговор молчавший до сих пор Циклоп. – Наш гость Равиль Исмаилович желает побеседовать с тобой отдельно. Кстати, он ходатайствовал перед обществом об оставлении тебе доли в порту. Решение нами принято. Ты сам по себе, от Аспида не зависишь. Но и под ногами у него не путайся. Он вор авторитетный, а тебе авторитет еще нарабатывать надо. Общество тебе уважение оказало, в свой круг приняло. Малюта, старый каторжанин, за тебя подписался. Не подведи его, да и нас. А если где терки какие возникнут, решать мирно надо, без стрельбы. А то ты больно часто в последнее время за волыну хватался. Не хмурься, это не в укор сказано, а как совет добрый на будущее.
