И еще дело в том…

У меня были знания, но не хватило мудрости или тонкости понять, что они не безусловны для людей, живущих здесь и сейчас. Ни один здравомыслящий человек не станет верить кому-то на слово, тем более в вопросах серьезных.

Вот, к примеру, знаю я, что Сахалин не полуостров и могла бы заявить об этом – права ведь? Я и шепнула Базарову, еще не понимая, что это бессмысленно. На веру мое заявление никто не примет, все равно нужны будут доказательства. И это нормально, это только правильно.

Да – Дмитрия Донского признают святым в конце 20 века. Здесь я опять права, но толку-то?.. Базаров с пеленок воспитан в вере и предан церкви, ему невозможно усомниться в ее правоте. Это все равно, как черное назвать белым.

Я знаю, как сложатся судьбы многих известных людей, но опять же – кто мне поверит? Кроме того, после истории с Аляской больше не было уверенности, что изменения в историческом процессе, которые я считала правильными, таковыми являются. Да провались бы она… если за ее золото придется платить жизнями наших людей. Вспомнить только, что творилось во время "золотой лихорадки" на наших Ленских приисках, где какая-то власть все же была. Золото Аляски пришлось бы защищать силами целой армии, а где она там?

Крымская война? Неотвратима похоже. И даже если усилиями Константина Николаевича будет достаточно укреплен Севастополь – ударят на Керчь или еще куда. Причины никуда не исчезли, политических ошибок никто не отменял.

Пенициллин? С ним тишина полнейшая. И даже на тему микроисследований, предпринятых, чтобы подтвердить клеточную теорию, а с ней и теорию распространения инфекций, публикаций из Тюбингена не было. Я внимательно изучала также и медицинскую периодику, стабильно отдавая изучению газет час или два в день и искренне поражаясь ереси, публикуемой в том же «Ланцете». Все было настолько запущено! На этот день даже мои непрофессиональные знания могли бы спасти десятки, а то и сотни тысяч жизней, но опять же – кто позволит мне их спасать?

Земмельвейс и антисептика? Мужик уже работал и до смерти рад был, наверное, что просто не мешают это делать. Статей в журналы и трактатов о пользе чистоты не писал – его помнили и обязательно осмеяли бы, даже я это понимала. Роженицам, попавшим в его клинику, повезет, но это и все. Положительную статистику и пользу антисептики тоже нужно доказывать, нужна реклама достижений, а где там?..

Цейс и детские коляски? Наивная я простота… предупреждали же в патентном бюро. Ответ из Йены правда был, но общий его смысл – нецелесообразно. В богатых домах младенцами занимаются няньки, а не матери. Кроме того, до тех пор, пока не научится ходить, дитя находилось в доме. Польза свежего воздуха, ультрафиолета? О чем вы... А дальше люлька на колесах уже просто не нужна.

Флот, вооружение, оборонительная тактика, вопросы финансовой имперской политики, еврейский вопрос... Я уже понимала молчание Константина Николаевича. Господи! Куда я только не лезла… будто с ума сошла, а ты меня хранил.

Забавлялись, с интересом наблюдая… относились как к неведомой зверушке? Или просто снисходительно. И слава Богу - шутам всегда прощалось. Я же, как раненная в голову, бросалась на всех подряд со своей инициативой – на императора, царевича, священника… Нессельроде, короля местного, Горчакова. Появись на горизонте еще кто мало-мальски важный – тот же Папа Римский и на него прыгнула бы, что-то доказывая. Да, собственно… Львова-то учила церковному пению?

Прелесть же какая… удивлялась теперь сама себе. Голову пеплом не посыпала - поздно, скорее занималась самоиронией. Потому что единственный, кого я здесь не грузила, это Дубельт Михаил Леонтьевич. И вот же судьба пошутила – от него только и отдача.

Материнство творило чудеса. Как это происходит, в какое время, каким образом? Дети меняют жизнь – безусловно, буквально вытаскивая из тьмы к свету, только это не совсем о том… Я знала настоящие причины, по которым вовремя надеюсь тормознула.

Раньше я здесь ничего и никого не боялась всерьез – удивительно, но теперь – в сравнении, я понимала, что так все и было. Слишком много потеряла, а в том, что приобрела, особого смысла не видела, только один – возможность изменить мир к лучшему. Но появился Димка, а с ним и постоянный страх – то огромный, вымораживающий, то затаившийся до поры, но я знала, что ненадолго. Но я же не просто самка со щенком в зубах? Интеллект анализировал ситуацию, сопоставлял, обобщал и прогнозировал вероятные степени риска для ребенка. Где-то я могла опасаться без достаточного на то основания, но в том, что касалось сына, логика не особо работала. И это правильно! Отсюда и проснувшийся здравый смысл, и осторожность вдруг, и опасения не только за жизнь и здоровье ребенка, но и за нашу с ним семейную репутацию. Успела я безвозвратно испортить ее или очнулась вовремя?

Хотелось верить в лучшее.

А еще я начала строить далекоидущие планы, чего раньше не делала.

Развод лучше было отложить хотя бы на год, Фредерик тоже не должен быть против – сроки только укрепят нашу легенду. К тому же, сейчас и здесь мне было удобно, да и будущую дорогу легче перенесет годовалый, а не месячный ребенок. Хотя добираться сушей до маменькиного поместья я не планировала. Поездом, каретой ли… пускай и с пересадками, думала добраться до Балтийского моря, а дальше уже по нему. Но все равно в это время лучше путешествовать со спутником-мужчиной. Фредерик? Было бы идеально, но в нем я уже не была уверена. Хотя время покажет…

А пока что рассчитывала найти простого мастера, не уровня Цейса – Боже упаси и уговорить его сделать пускай и не из медных трубочек и не с колесами на резине, но все-таки подобие коляски. Не получится – пойдет и слинг. Потому что я уже позволяла себе не только строить планы, но и мечтать.

Совсем рядом со Штутгартом, всего-то в шестидесяти километрах находился удивительный замок Гогенцоллерн с роскошными интерьерами, укреплениями, садами и часовнями. А еще ближе - потрясающий Лихтенштейн, вырастающий из скалы, как Ласточкино гнездо в Крыму.

Чуть дальше с высот Шварцвальда свергается самый высокий водопад Германии. Сам горный массив назвали черным лесом из-за чрезвычайно высокой плотности хвойных деревьев, отчего свет внутрь почти не проникает. Там красоты необыкновенные… старинные легенды, мистика и сказки братьев Гримм. Место, где каждый шорох может оказаться крадущимися шагами, а дневной полумрак скрывает жуткие тайны: волков-оборотней, стеклянного человечка и привидений в развалинах древних замков, проросших молодыми деревцами…

А еще есть сады в стиле барокко, окружающие Людвигбургский дворец, минеральные воды Бад-Ураха и Бад-Вильдунгбада, и все это счастье совсем рядом со Штутгартом. Обязательно что-то еще – сказочные озера, таинственные пещеры, глубокие горные долины? Просто о них я еще не знала. Но у меня есть карета и кучер, Даша, а может и Эльза. И деньги есть, чтобы снять дом в любом из этих мест.

Я готова была капитально вложиться в исследования, предлагала это прямым текстом и медику Вундерлиху, и химику Фелингу, но никого и никуда похоже этим не подтолкнула. Или просто имею наглость хотеть слишком быстрых результатов? Неважно. Деньги - средство для обеспеченной жизни моего ребенка. А если мечты о небольших путешествиях сбудутся, то и маленьких радостей для его мамы.

Сколько раз я вот так мечтала…

Но этот день получился особенным, волшебным. На прогулку мы вышли только ближе к вечеру - днем случилась гроза и в саду было ужасно сыро, подол платья сразу стал влажным от соприкосновения с травой. Звуки грозы еще слышались далекими слабыми раскатами - где-то щедро заливало Швабский Альб. Я еле дождалась окончания дождя, и с листьев еще падали капли, но я помнила, как дышится после грозы. И правда - вне помещения и пахло, и дышалось просто удивительно - чистой озонной свежестью. Отмытое грозой небо густо синело, солнце склонялось к закату…

В этот раз Димка спал в большой корзине и под одеяльцем. Я присела на лавочку, подстелив сухое, немного посидела, любуясь мокрым садом… прикрыла глаза – так дышалось еще слаще.