— Опять спрут? — спросил Грегор, напряженно вглядываясь в толщу воды.

— Нет. Это не животное. Но что-то не так, — повторила крыса.

— С чем не так? — спросил Арес.

— С водой, — ответила она.

— Она цветет? Она грязная? Может, она вот-вот замерзнет или что-то в этом роде? — попытался помочь ей сформулировать Говард.

— Нет, — сказала Вертихвостка. — Я бы поняла, если бы дело было в этом. Но это что-то такое, чего я не могу объяснить, и у меня нет для этого подходящего слова.

Поскольку никто не знал, о чем она говорит, решено было все-таки лечь спать, хотя спали все очень беспокойно. А через несколько часов Грегор проснулся от грохота и рева воды и отчаянного вопля Говарда, выкрикивающего слово, которого не нашлось у Вертихвостки:

ГЛАВА 14

— Водоворот!

Единственное, что пришло на ум Грегору, — это игра, в которую они играли с двоюродными братьями: у них был старый круглый надувной бассейн, и все дети вставали друг за другом, а потом бежали как можно быстрее в одном направлении — и тогда вода начинала закручиваться и в центре бассейна образовывалось что-то вроде воронки.

Конечно, Грегор знал, что в океанах и морях бывают настоящие водовороты, но никогда не видел их даже на картинке.

Грегор быстро вскочил и попытался оценить ситуацию. Никто уже не спал, и все были в растерянности. Вообще-то подземные то и дело сталкиваются с опасностью, поэтому обычно они действуют очень слаженно и четко — у них это уже на уровне рефлексов. Но сейчас… Грегору пришло в голову, что, видимо, никто из них не имел еще дела с водоворотом, а потому наготове не оказалось, как обычно, детально разработанного плана действий.

Фотос Свет-Свет и Бац давали свет максимальной яркости, но этого было недостаточно. Грегор включил самый большой фонарик из тех, что были у него с собой, и направил луч вперед. От того, что он увидел, у него перехватило дыхание.

Обе лодки стремительно приближались к краю огромной воронки. В ширину она была как минимум метров сто. Вода со страшной скоростью неслась и неслась, закручиваясь по спирали, вспениваясь ближе к черной зияющей дыре в центре.

Говард и Марет, каждый со своей стороны, перекрикивались, стоя рядом с соединяющим лодки канатом.

— Я рублю канат! — кричал Говард, доставая меч.

— Нет! — кричал в ответ Марет. — Нет! Летящие нас вытянут!

— Им хватит сил только на одну лодку! Давай же, Марет! — Говард рубил канат, который трещал и рвался под его мечом.

Едва он успел закончить, как лодку зацепило внешней стороной воронки и завертело, стремительно унося вниз. В лодке оставались Вертихвостка, светляки, Говард и Пандора.

Через мгновение вторую лодку ожидала та же участь.

Грегор кинулся к полусонной Босоножке и начал лихорадочно упаковывать ее в спасательный жилет — он снял его, чтобы ей было удобно спать, но теперь сильно жалел о своем решении, путаясь в ремешках жилета.

Лодку дернуло и повело в сторону.

— Нас уносит! — закричал Грегор.

Но затем последовал резкий рывок, Грегор повалился вперед всем телом, чуть не раздавив Босоножку, и понял, что они поднялись над водой. Летучие мыши! Летучие мыши держали лодку за стропы по бокам. Аврора и Андромеда — впереди, Арес и Пандора сзади.

— Вперед, Пандора. Лети! Арес справится и один! — услышал Грегор приказ Марета.

Арес перехватил стропы, зацепив когтями одной лапы ту стропу, что была с его стороны, а другой — ту, что была со стороны Пандоры. Лодка слегка накренилась, но Арес тут же выровнял ее.

«Ого, вот это силища!» — с невольным уважением подумал Грегор.

Пандора в ту же секунду взмыла в воздух и, убедившись, что Арес справляется, нырнула в водоворот. Грегор слегка перегнулся через борт, чтобы видеть, что происходит.

Они теперь были футах в пятидесяти над водой, в безопасности, ревущий водоворот не мог причинить им никакого вреда. А вот вторая лодка… ее, вместе с находившимися в ней Говардом и Вертихвосткой, неудержимо несло к центру воронки: она уже лежала мачтой на воде, беспомощно и обреченно, разваливаясь на ходу. Не считая света от фонарика Грегора, лодка была погружена в темноту.

— Да уж, неприятность так неприятность, — услышал Грегор у себя над ухом плаксивый голос. Повернувшись, он обнаружил Бац, сидевшую в их лодке на канатах. — И надо же — во время моего отдыха! Надеюсь, Фотос Свет-Свет не думает, что я заступлю на дежурство в его смену!

— Бац! Ты что здесь делаешь?! Немедленно спустись к ним, чтобы они могли хоть что-нибудь видеть! — воскликнул Грегор.

— Ну уж нет. Мы не подписывались участвовать в опасных ситуациях. Нас для этого не так уж хорошо кормят, — вмешался сидевший тут же Фотос Свет-Свет. И зевнул!

Грегор повернулся к тонущей лодке и увидел, как Говард выпрыгнул из воды, разбросав руки в стороны. Пандора подхватила его под мышки и понесла в безопасное место: она усадила его на мокрые мешки на палубе и снова взялась за стропы рядом с Аресом.

Там, в воде, Вертихвостка все еще отчаянно цеплялась за обломки мачты. А лодка была уже в самом низу, почти у черной дыры в центре.

— Подождите! — воскликнул Грегор. — Вы что, не собираетесь вернуться за Вертихвосткой?!

Ответа не последовало. Он посмотрел на Марета и Люксу, на Говарда, насквозь мокрого и тяжело дышащего, распластавшегося на палубе. Что-то в их лицах заставило его содрогнуться.

— Она же утонет, вы что, не понимаете?! Вы должны спасти ее!

— Это невозможно, Наземный, — отвел глаза Марет. — Мы не сможем подобраться к лодке. И одному летящему не под силу тащить ее. Это просто невозможно, — уже твердо повторил он.

— Люкса! — Грегор с надеждой повернулся к ней. Она королева — она может заставить их выполнить свой приказ!

— Думаю, Марет прав, Грегор. Мы не можем так рисковать, тем более когда так мало шансов на успех, — ответила она.

— Но… Она же с нами! И она вызвалась провести нас по Лабиринту! — Грегор был в отчаянии: как они могут просто стоять и смотреть, как Вертихвостка гибнет?

— Летучие мыши тоже могут стать проводниками, — сказал Марет. — И им можно доверять.

Ах вот оно что! Теперь Грегор понял.

— Значит, вы не хотите ее спасти только потому, что она крыса, — произнес он. — Вы готовы стоять и смотреть, как она тонет, только поэтому, да? Если бы это был Говард, или Андромеда, или даже Темп — вы бы все сделали, чтобы спасти их. Но не ради крысы. А может, вы и сами готовы убить ее, не так ли?

Лодка, в которой находилась обреченная Вертихвостка, развалилась надвое.

Крыса некоторое время держалась за обломки, но стремительный поток воды вырвал их из ее лап. Она что есть сил гребла против течения, но было очевидно, что долго она не продержится.

Грегор очень быстро снял с Босоножки спасательный жилет и судорожно завязывал дрожащими руками ремешки на спине и боках. Маленький фонарик, который дала ему миссис Кормаци, был при нем, в кармане, — он вытащил его и решил, что будет держать его в зубах.

Кто-то схватил его и потянул назад, когда он начал карабкаться на борт лодки, чтобы прыгнуть. Это был Говард.

— Не сходи с ума, Наземный! — крикнул Говард. — Ты же не сможешь ей помочь!

— Ты хуже всех их! — закричал Грегор, глотая слезы. — Ты сам был там еще минуту назад, на волосок от смерти! Ты мог погибнуть! Что ты говорил насчет своей клятвы? О спасении любого гибнущего на воде или от воды! В любой опасности! А? Что ты говорил?

Лицо Говарда вспыхнуло — слова Грегора явно задели его за живое.

Люкса схватила Грегора за руку:

— Грегор! Я запрещаю тебе! Ты погибнешь!

— Разумеется, погибну — ведь вы не станете мне помогать! — Грегор был так взбешен, что готов был швырнуть ее за борт. И посмотреть, каково ей там придется. — Живоглот привел Вертихвостку, чтобы помочь мне спасти ваше разнесчастное королевство. Тогда почему вы так поступаете?! — кричал он.

Он взобрался на одно из кожаных сидений и посветил фонариком вниз, на воду.