Агнесса нахмурилась, её деловой мозг тут же начал просчитывать издержки.

— Виктор, это нифига не бесплатно. Мы уже пытались всё с этим транспортом наладить… Транспорт требует обслуживания. А чтобы покрыть весь город, нужно прямо очень много таких машин. Кто за это будет платить? Ни один ресторатор не захочет гонять свои фургоны на окраину каждый день, им проще по старинке всё скидывать в свой незаконный «утилизатор» в подвале. Кому надо — взятку заплатили, где надо — дурака врубили…

— Вот поэтому вы и должны объявить им войну, — пояснил я. — Сделайте так, чтобы этот вопрос контролировался максимально серьёзно. Добейтесь выписки таких штрафов, чтобы у них от одной мысли о сливе отходов в канализацию седели волосы. А транспорт — это их проблема. Пусть каждое заведение купит себе по машинке. Или объединятся улицами, скинутся на один большой герметичный грузовик, который будет каждый день у них всё забирать. Это в любом случае выйдет дешевле, чем платить те штрафы, которые вы им нарисуете.

Я достал из внутреннего кармана флешку и положил её на стеклянный стол.

— А чтобы вам было проще начинать, держите шпаргалку на первое время. Мои доверенные лица, будем называть их так, собрали всю необходимую информацию. Здесь списки тех, кто сто процентов каждый день этим занимается. Адреса, объёмы сбросов, теневая бухгалтерия… Там даже фотографии есть, как они ночами люки открывают. Вы за это получите достаточно бонусов, закроете планы по штрафам, пополните бюджет, ну и поможете мне.

Донской мгновенно сгрёб флешку со стола, в нём проснулся азарт заправского бюрократа-охотника.

— Это меняет дело, — пробормотал инспектор, уже мысленно распределяя облавы. — Пожарный надзор, экологическая полиция, санэпидстанция… У меня там есть пара знакомых заместителей, которым давно пора звёздочки на погонах обновить. Мы им такие проверки устроим, что они сами будут свои отходы к тебе на горбу таскать.

Агнесса задумчиво постучала ручкой по губам.

— Я могу подключить политический ресурс. Есть среди лоялистов одна интересная особа… дочь из рода Смирновых. Она максимально топит за экологичность, зелёные технологии и всё в таком духе… При этом девка — очень сильный боевик, физически развита, лично ходит на вылазки, убивает химер пачками… Но её партия продвигает идею, что твари не столько опасны сами по себе, просто мы с ними жить не умеем. Если я поговорю с ней и передам часть твоих материалов, то она такой вой поднимет в прессе и в Совете, что рестораторов просто разорвут на куски общественники, — она сделала ещё пару пометок в блокноте. — Да, это сработает. Ещё пару влиятельных эко-активистов дёрну…

Арсений Светлов, который всё это время внимательно слушал, переваривая масштабы нашего импровизированного заговора, виновато кашлянул.

— Простите, Виктор… я могу поговорить только с отцом. У меня пока нет таких полномочий, чтобы двигать политические партии или департаменты. Кажется, зря он сюда лично не приехал. И поверьте, это ни в коем случае не неуважение к вам. Просто у него действительно были дела поважнее… Он сейчас болеет, слабость сильная…

Я перевёл взгляд на молодого наследника и посмотрел на него не просто как собеседник, а чуть «сдвинул» фокус зрения, улавливая эфирный след, тянущийся за парнем.

— У него сейчас слабость, головокружение, периодические судороги в левой руке и ощущение жжения под лопатками, верно? — уточнил я.

Арсений вздрогнул.

— Ну да… Но откуда вы знаете? Врачи говорят, это просто переутомление на фоне нервного истощения…

— Так я же вижу, какой от тебя исходит аурный след. Это не переутомление. У него магическая структурная деградация из-за прямых контактов с ядовитыми химерами. Видимо, нехило ему в какой-то недавней драке досталось. Яд ушёл в кости, врачи его просто не видят.

— Верно, — прошептал потрясённый Арсений, — его зацепило в одном из сражений…

— Пусть зайдёт ко мне в гости как-нибудь. Я его поставлю на ноги.

— Он может прибыть в любое время! — выпалил парень, глядя на меня с надеждой. — Когда вам будет удобно?

— Сегодня после полуночи.

Я смотрел на эту троицу, которая уже с головой ушла в планирование масштабной бюрократической войны, и внутренне радовался. Они реально не могли понять, зачем мне всё это нужно, если еды в городе, в принципе, пока хватает. Для них это выглядело как причуда странного владельца Акванариума.

Но меня просто достало смотреть на этот бардак. Каждое утро, просматривая новостные сводки, я видел одно и то же — цифры, за которыми стояли живые люди. Сколько человек пропало без вести на окраинах. Сколько покалечено. Кому в подворотне руку отгрызли, кому палец, кому полтела откусили… И чаще всего это были люди из бедных районов — те, кто возвращался с ночных смен на заводах, кто убирал улицы, кто выполнял самую опасную и неблагодарную работу.

А всё почему? Ну вот, например, та же самая зелёная активистка Смирнова — девушка весьма не глупая, и понимает элементарную биологию. Люди действительно не умеют жить рядом с химерами. Они сами же, неосознанно, подкармливают своего врага, выкидывая тонны высококалорийной еды под землю.

Твари там, в темноте коллекторов, не просто выживают, а размножаются в геометрической прогрессии, ведь у них есть неограниченная кормовая база. Их размеры растут, аппетиты увеличиваются… А потом, когда еды перестаёт хватать на разросшуюся популяцию, они выходят наружу, поднимаются всё выше, выше и выше… и убивают.

Я вспомнил сегодняшнюю ночь. Рядовая вернулась уже под утро, тяжело волоча за собой окровавленные катаны. Только за одну смену, зачищая сектор под промзоной, она уничтожила больше четырёхсот особей. И это была даже не капля в море — так, лёгкая рябь на поверхности. Обезьяна просто рухнула в углу подвала от истощения, её мышцы дрожали от перенапряжения, силы закончились.

Я мог отправлять туда Психа, мог снова и снова посылать Рядовую… да хоть до бесконечности. Но сколько времени это займёт? Месяцы? Годы? И всё это время твари будут продолжать плодиться, пожирая выброшенные ресторанами стейки.

Поэтому я решил бороться с этим системно. Этот Акванариум и был построен в том числе для того, чтобы стать гигантской прожорливой воронкой, которая вытянет из города всю лишнюю пищевую базу.

Как эти местные аристократы вообще собираются возвращать себе планету, отодвигать Стены и строить новые города, если они не знают базовых законов формирования стаи и действуют настолько глупо? Они могут сражаться до скончания веков, сжигая тонны боеприпасов и теряя гвардейцев, но они однозначно проиграют. Ведь я знал, что такое химеры, их повадки, как они действуют и как перебираются на новые территории. И самое главное, я знал, что такое Звериный Клич войны.

А вот местные жители, кажется, ещё даже не подозревали об этом. Но если я правильно считал энергетические завихрения в нижних коллекторах, то скоро узнают. Потому что у диких химер начали появляться Короли — настоящие Альфы, обладающие зачатками интеллекта.

И этих Королей отнюдь не интересовали мирные решения или сосуществование с людьми. Их интересовала только сила, новые охотничьи угодья, власть, свежая кровь и хрустящие кости. И если не перекрыть им кормовую базу прямо сейчас, этот город захлебнётся в крови быстрее, чем Император успеет издать свой очередной указ.

Часы на стене показывали половину первого ночи, когда у клиники зашуршали шины.

Я открыл дверь. На пороге стоял Всеволод Светлов, выглядевший откровенно хреново — весь скрюченный, под глазами тёмные круги, кожа серого оттенка, а левую руку он держал согнутой, стараясь не шевелить плечом.

Его охрана — четверо крепких ребят, — осталась снаружи.

— Доброй ночи, Виктор, — произнёс глава рода Светловых. — Надеюсь, я вас не потревожил в столь поздний час. Арсений передал, что вы готовы меня принять.

— Для хороших людей у нас всегда открыто, — я отступил в сторону, пропуская его внутрь. — Проходите в кабинет.