В аудиторию я вхожу подавленная, но все равно успокаиваю себя, что это временно. Тем более здесь почти вся группа, а она у нас большая и дружная. Так что я точно смогу переключиться.

Главное, что я смогла уйти с гордо поднятой головой и не стала той женой, которая готова все стерпеть.

Лекция начинается, я стараюсь слушать и даже что-то записываю, но в мыслях все равно возвращаюсь к Рустаму. А еще думаю, как преподнести новость маме.

Перед глазами появляется небольшая записка, сложенная в четыре раза.

Я разворачиваю ее и читаю:

“С тобой все хорошо?”

Киваю и улыбаюсь, но девушка только еще больше хмуриться начинает, а потом замечаю, как она пишет еще одну записку и передает мне через парту.

“Лекция почти закончена, а у тебя пустой лист. Ты всегда собранной была. Что случилось?”

Ничего не отвечаю. С этой девушкой мы дружим недавно. Мне кажется она очень милой, и мы бы смогли дружить, но она грант выиграла. И со второго семестра улетит в Англию, так что год она там закончит.

Пара заканчивается, и я специально медленнее всех собираюсь, лишь бы избежать лишних вопросов. Лена не перестает напоминать, как я их бросила. Ей пришлось за такси одной платить. Ларка допытывается, есть ли у моего мужа холостые друзья. Знала бы она, что мужчина, о котором она так мечтала в ресторане, и есть мой предатель-муж, уверена, что постаралась бы тоже его соблазнить.

— Рассказывай, — раздается над ухом голос Миланы, когда мы чуть от компании отстаем. — Что случилось?

Смотрю на девушку, которая излучает волнение. Из всех она единственная, кто заметил, что со мной что-то не так. Может, и правда с ней поделиться? Мне нужно выговориться, а, как выяснилось, мама не на моей стороне.

— Ничего такого, — пожимаю плечами и даже улыбку из себя выдавливаю.

— Ты извини, если полезла не в свое дело, — она улыбается в ответ, а я чувствую, что ошибку сделала.

Видно же, что Милана мне искренно помочь хотела, а я вот так с ней поступила. Взяла и оттолкнула ее. Говорят, она из богатой семьи. Правда, никогда не вела себя как мажорка. Даже Ларка ведет себя более вызывающе, чем Милана. Может, она такая же, как и все. И это только очередные слухи? А может, она заметила мое настроение, потому что у самой те же проблемы?

— Не бери в голову, Полина. Мама говорит, что я вечно лезу не в свое дело и достаю всех своей опекой. Прости, если обидела.

Она продолжает все так же мило улыбаться, а потом разворачивается и догоняет ребят. Я же иду следом. Замыкаю колонну. Сейчас и мне впору посмеяться. Вожатой я, конечно, никогда не была, но и замыкающей тоже. Скорее всегда была правой рукой, а сейчас... Сейчас я раздавлена и совсем не знаю, чего именно хочу. Точнее, точно хочу развестись, но отчего-то мне страшно. Наверное, в большей степени страха осуждения. Молодая, а не смогла удержать такого мужчину. Взрослого, успешного, который точно знает, чего хочет, и берет это. Он меня замуж позвал, а я все испортила.

Мама будет каждый день напоминать о том, какая же я идиотка и совсем никчемная дочь, которая упустила шанс выбраться из нищеты.

Однокурсники — смеяться, что наскучила мужу за три месяца. Могут еще сказать, что я специально его чем-то опоила, чтобы он жил со мной, а когда все вскрылось, то меня выгнали.

Я настолько сильно себя накручиваю, что не замечаю, как соглашаюсь пойти с друзьями в кафе. Но даже там мои мысли заняты Рустамом.

Он никогда не запрещал мне выходить на прогулки с друзьями. Говорил, что молодость дана один раз и я должна прочувствовать всю ее прелесть. В тот момент я была по-настоящему окрыленная. Думала, надо же, как мне повезло. Заботливый, нежный, понимающий. Это просто мечта. Я словно тот самый фантомный лотерейный миллион выиграла.

— Полин, а ты чего сидишь и не заказываешь? — подталкивает меня в бок Лена, и я замечаю официанта.

Я моргаю глазами и заказываю что-то наугад. Кажется, это какой-то салат из водорослей и кофе.

Друзья начинают рассказывать о лете. Делиться своими впечатлениями. Я все это время на телефон смотрю.

Рустам часто в командировках бывает, но всегда писал, как долетел. В течение следующих дней что-то, но напишет. Что же я не так сделала? Мама права, я еще слишком молодая, но не может же это быть только из-за ребенка? Он же меня понял и сам говорил о важности молодости, студенческих тусовках и развлечениях. Или же мне только так казалось? Успешные и богатые мужчины о наследниках мечтают, а я не готова еще к детям.

— Ой, мне пора уже, — произносит Милана, поднимаясь из-за стола.

Я смотрю на нее, и мне неожиданно хочется ее остановить. Отчего-то именно с ней я хочу поделиться всей своей ситуацией.

Она прощается со всеми и покидает кафе, а вот я не выдерживаю и бегу следом за ней. Даже радуюсь этой своей идее, потому что мне приносят ужасно вонючий салат, который еще и на вид подозрительный.

Я быстро расплачиваюсь и сбегаю, ссылаясь на недомогание.

Из кафе я выбегаю спустя минут пять или десять после того, как подруга со всеми попрощалась. Не знаю, в какую сторону она пошла, и от этого мне едва ли не плакать хочется. Ее номер сохранен в памяти телефона, который я так и не забрала вчера у Рустама.

Приходится идти к остановке, когда неожиданно из-за угла здания выбегает Милана.

— Ой, прости, — весело произносит. — Кошелек забыла. А ты тоже домой?

— Я… ну...

Теряюсь, потому что по факту у меня и дома нет. Если вернусь в квартиру мужа, то точно изменю себе. Признаю и прощу его измену.

— У меня проблемы, Милан, — наконец-то признаюсь ей в этом, и слезы сами собой с ресниц слетают.

— Подожди меня, я только заберу кошелек, и мы ко мне поедем.

Не успеваю даже ответить, как она быстро скрывается в кафе, а потом уводит меня за собой.

Оказывается, девушка живет совсем недалеко от университета. В новом комплексе бизнес-класса. Значит, слухи о ней все же правдивы — и она из богатой семьи.

— Не стесняйся. Я одна живу, — подталкивает меня вглубь квартиры. — Папа купил мне эти апартаменты, чтобы мне не пришлось рано вставать и далеко ездить.

— Видимо, у тебя хороший отец.

— Самый лучший.

При упоминании отца она едва ли не расцветает. Ее глаза светиться начинают, а на губах играет милая улыбка.

— А у тебя какой отец?

Я плечами пожимаю. Когда-то я хотела узнать, кто он, но мама резко закрывалась и уходила от этой темы. Наверное, ей было больно, ведь он бросил ее, едва узнав о беременности. Единственное, что я знаю, так это то, что им обоим было по восемнадцать лет. И он был не готов к отцовству.

— Зато теперь у тебя муж есть, — она продолжает меня подбадривать. Заряжает своей энергией. А у меня от последних слов внутри все едва ли не обрывается. — Ты чего? Не плачь.

Она меня успокаивать начинает, и я все ей рассказываю. Милана слушает меня до конца и не задает вопросов. Только периодически протягивает бумажные салфетки.

— Сейчас я не знаю, как быть, — заканчиваю свой рассказа вопросом, который разрывает мне душу весь день.

— Знаешь, — она присаживается напротив меня и берет за руку. — Тебе просто надо это признать. Остаться одной совсем не страшно. Страшно изменить себе. И ты еще совсем молодая. Найдешь достойного человека.

— А как осуждения? Обо мне будут говорить как о той, кто не смогла удержать мужчину.

— Ну, люди много и часто говорят. Если обсуждают тебя, значит, ты интересная личность.

От подобного ответа я даже улыбаться начинаю. Настроение сразу поднимается. Она и вправду очень хорошая.

Ее телефон подает сигнал. Она на дисплей смотрит и в улыбке вновь расплывается.

— Папа звонит. Мы с ним всегда в это время созваниваемся. Знаешь, он у меня известный адвокат. Я попрошу его тебе помочь.

— Это, наверное, неудобно. И я не знаю, сколько будет стоить консультация. Вряд ли я найду деньги для оплаты.

— Брось. Папа еще мне никогда не отказывал. И мы только спросим, — подмигивает она. — Как минимум начнем с документов на развод.