Вот это как раз тот генерал, который умел проводить такие манёвры. Он знал, как сделать так, чтобы ложная атака выглядела убедительно, но и чтобы не терять при этом людей в бессмысленном нападении.

Он умел, но другие не очень.

— Со стороны это будет выглядеть, как обычная операция по захвату дамбы, — тем временем продолжил Дробышев. — Вы отвлекаете противника, и мои люди тоже помогают, одних вас не бросим. А небольшая группа тем временем спустится в туннели, найдёт бомбы и возьмёт Салаха.

— Какие наши силы есть в этом районе? — спросил я.

— Есть остатки третьей дивизии Инфиналии, — ответил генерал, даже не взглянув на карту, — но им я не верю, они могут перейти к сепаратистам в любой момент. Зато чуть дальше есть танкисты из Огрании, которых я сейчас буду перебрасывать к вам. Вот они вам помогут отбиться, если Салах отправит подкрепление на дамбу. Танкам там есть где развернуться.

— И тут нужен я, — сказал Варга и посмотрел на карту.

— Верно, Станислав, — Рэгвард кивнул. — Ты понимаешь меня без слов. Главное — продержаться до их прибытия, — он повернулся ко мне и полез в карман за портсигаром, — мы сейчас с майором Варга будем маскировать всё манёврами. Так что около часа у вас будет, пока до врага дойдёт, что к чему.

— Разведке этого хватит, — уверенно сказал полковник Дробышев.

— Зато когда подтянется остальной штаб, — продолжал генерал, — скрываться уже не придётся, поэтому отправим туда все силы, какие есть, так что не оставим вас одних. Главное — выполнить основную задачу к этому времени и обезвредить бомбы.

Очень рискованно, но шанс есть. Операция понятна. Десант развернётся близ дамбы, сделает вид, что атакует, а затем будет сдерживать натиск инфов. А через какое-то время прибудут подкрепления.

Да, здесь слишком много того, что зависит не только от нас. Но это война, только так и бывает. И последствия провала все понимали прекрасно.

— Позже высадим второй батальон вам на помощь, — добавил генерал, глядя на меня. — Пока там будет только ваш первый. Знаю, что ваши люди устали, но других нет. Вторая крепость со своим десантом будет здесь только через три дня, а столько мы ждать не можем.

Кажется, Рэгвард единственный, кто из всех знакомых мне генералов говорил «люди», а не «личный состав». Мелочь, но заметно.

— Салах затопит город к утру, если не помешать, — произнёс Дробышев. — Дамба крепкая, подготовить взрыв обычными средствами он не успеет, как и открыть шлюзы, а вот с этой бомбой вполне выйдет. И их нельзя показывать врагу…

— Вернее тем, кого мы сейчас зовём союзниками, — Рэгвард усмехнулся.

— Что это за бомбы? — спросил я.

— Секретная информация, — отрезал полковник. — Кроме названия лучше ничего о ней не знать. Особенно в свете текущих обстоятельств, когда на борту присутствуют офицеры армии потенциального противника.

— Это понятно, но мне нужно представлять риски на случай взрыва, — возразил я. — И есть ли у них средства доставки, или они просто их взорвут, когда захотят?

— Если бы мог, то сказал бы всё, майор, — неохотно проговорил Дробышев. — Поэтому и лечу с вами, чтобы заняться этим самому. Это имперская тайна высшего уровня.

— Мне надо знать, чтобы случайно её не уничтожить, — настаивал я.

— Могу только сказать, — он задумался на мгновение, — что дальность поражения большая, и что такую могут перевезти на грузовике к дамбе и взорвать, или вообще где-нибудь рядом с крепостью. Но взрыв требует подготовки и особого детонатора. Простое разрушение оболочки не приведёт к особо массивным разрушениям, поэтому мы и задействуем артиллерию. Но это не значит, что прямое попадание по ней обойдётся без последствий.

— Вам стоит знать, майор, что с этими бомбами надо быть осторожными, — примирительно сказал генерал. — Поэтому с вами отправятся специалисты, которых нужно защищать. Они сами сделают эту работу, главное, чтобы им не мешали.

— Принято, — сказал я. — Но надо учесть разные варианты.

— Не спорю.

Рэгвард снова нас оглядел и посмотрел на часы.

— Итак, у вас по одной минуте, господа. Каждый может высказаться. Начнём с вас, майор Климов, ведь вы рискуете больше всех.

— Салах знает тактику имперских армий, — начал я, посмотрев на карту. — Очень хорошо знает.

— Это так.

— Значит, он понимаем, где мы можем высадиться, — я наклонился к карте и указал на отмеченное красным карандашом место. — Это самая удобная точка для высадки. И, разумеется, он её уже укрепил. Ведь он наверняка ожидает подобной высадки, чтобы отбить дамбу.

— Так, — Рэгвард кивнул, а остальные наклонились ближе.

— Там будут ждать зенитки и прочее. Основное ПВО подавлено, но нам и мелочи хватит, которая стоит по дворам. Они собьют вертолёты или перестреляют нас, если станем спускаться на парашютах. Но…

Я провёл пальцем по шершавой бумаге и указал на другую точку

— Предлагаю другое место. Вот эта площадь, здесь прямой путь к дамбе. Наши вертолёты здесь сядут точно, причём быстро. И здесь мало зданий, откуда они могут по нам стрелять. Но надо, чтобы инфов отсюда отвлекли.

— Там тоже есть вход в катакомбы, — задумчиво сказал Дробышев. — Хотя они по всему городу.

— Я согласен с майором, — поддержал Варга. — Это отличная идея, подтверждаю.

Генерал коротко подумал и согласился:

— Ладно, высаживайтесь там. А что до отвлечения, то я что-нибудь придумаю.

— Какая поддержка будет? — спросил я.

— Артиллерия, авиация и всё, что угодно, — ответил генерал. — Сейчас крепость развёрнута так, чтобы вторая батарея могла вести огонь. А там Крюгер, мой старый товарищ. Он поддержит огнём, а потом подключим авиацию по вашей наводке, когда бомбы будут обезврежены.

— Принято. У меня всё.

— Мне говорить нечего, — вставил полковник, когда генерал посмотрел на него. — Доставьте нас на место, майор, дальше справимся сами, как умеем.

Станислав Варга откашлялся.

— А ещё можно обмануть шпиона, — произнёс он и взял указку. — Когда соберётся весь штаб, можно будет обсудить эту первую точку высадки. И если шпион здесь и передаст данные, то Салах стянет туда дополнительные силы, ведь решит, что высадка Климова — отвлечение от основного удара.

— Хорошо, мелкий гадёныш наверняка клюнет, — сказал Рэгвард, чуть оживившись. — На этом закончим. Мы с майором Варга останемся, подготовим всё без лишнего шума и отдадим приказы на землю. Затем собираем штаб группировки войск. Так что около часа у вас будет. Ваши люди уже подняты по тревоге, ждут вас.

Это не заговор, это война, и проблемы могут быть намного серьёзнее, чем при дворцовом перевороте. Затопят дамбу — город будет потерян, как и тысячи наших солдат, а ещё десятки тысяч гражданских.

Салах никогда не беспокоился о сопутствующем ущербе и вообще не думал о потерях. Он представитель новой школы командования, таких больше заботила карьера, чем результаты. Но это не значит, что он не умеет воевать.

— Письменный приказ будет, — сказал генерал Рэгвард на прощание. — Я ответственности не боюсь. Это не идеальный план, идеальных на войне не бывает. Но это единственный возможный на данный момент, и другого я не вижу. И об этом плане никому. Совсем никому.

— Никому не скажем.

— Способ высадки на вас, майор. И вот ещё, — он полез в карман. — Обычно я дарю такие только полковникам в честь больших заслуг. Но нам важно действовать секунда в секунду. Возьмите.

Рэгвард протянул мне часы на кожаном ремешке. Корпус медный, массивный, ремешок выглядит дорогим. Это заморские часы из империи Дискрем, на землях Дома Лихтари их делать умели. Они очень дорогие, зато надёжные и крайне точные.

— Благодарю, господин генерал, — я застегнул часы на левой руке.

— Удачи, майор, — пожелал Рэгвард.

Вот за что уважают генерала. Он не обманывал и говорил прямо даже в таких обстоятельствах. И мы знали, что он сделает всё, чтобы минимизировать риск. Старая школа.

Но таких больше не делают.