Я стояла зеленом на поле, усыпанном яркими неземными цветами. По этому полю ко мне, смеясь и крича, бежали два малыша. Один — с иссиня-черными, непокорными волосами Дагара, второй — с льняными прядями, светлыми, как у Дарена. Их чистые, радостные голоса звенели в воздухе: «Мама! Мамочка!»

И я почувствовала. Не подумала, не представила — именно почувствовала всеми фибрами души, что я была абсолютно, безгранично счастлива. Это было не предсказание — это было обещание. Обещание будущего, которое начиналось прямо сейчас.

Проснулась от того, что почувствовала толчок. Такой, какой бывает при слабеньком землетрясении. Не толчок в бок или кровать, а что-то более глобальное. Толчок в космический корабль нгоро?

Я прислушалась. Вокруг стояла темнота и тишина. Тихо шуршали системы корабля где-то за переборками.

А рядом, справа и слева от меня, мерно дышали… Мои мужья.

Я почувствовала, как губы сами по себе расплываются в улыбке.

Красивые, сильные и неожиданно нежные и чувственные.

Могла ли я подумать, что когда-нибудь у меня будет два мужа? Да никогда на свете! А ведь это не так уж и плохо.

Кстати, надо будет спросить, что значит «одна душа». Местный священник, или как его там, говорил что-то про их душу.

Мне снова почудился толчок. Темнота и тишина словно скрадывали его — я его кожей почувствовала.

Или нет?

Я поерзала, и тут же сильные руки кого-то из мужей обхватили меня за талию, и он прижал меня к себе. В плечо уткнулись губы. Это был Дарен. Он поцеловал и что-то прошептал сквозь сон.

Тут же с другой стороны рука Дагара нащупала мою ладонь. И он тоже меня поцеловал — в запястье.

Дожидаться, станут ли они перетягивать меня, как канат, я не стала, потому что этот толчок я почувствовала отчетливо.

Даже больше — ощутимая дрожь прошлась по кораблю, заставляя дребезжать все, что не было закреплено.

Я попыталась встать, но меня никто не отпустил. Пришлось похлопать Дарена по предплечью.

— Дарен! — громким шепотом позвала я. — Дагар!

Оба тут же проснулись:

— Вера? Что случилось, тебе плохо?

Я чуть сбилась с мыслей от заботливого тона Дарена. Его рука скользнула вниз по моему животу и чуть помассировала его. Я накрыла его ладонь своей и покачала головой.

Потом сообразила, что меня не видно.

— Нет, не больно. С чего бы?

— Женщины часто болеют после первого раза.

— Видимо, я не из тех женщин.

Очередная волна дрожи по кораблю напомнила, зачем я их разбудила.

— Что это? Нас атакуют?

Дагар зашуршал простынями и сел, его голос донесся сверху:

— Нет. Похоже, что пристыковался большой корабль. Наверно, нгоро уже вернулись.

— Вернулись? А мы не должны были лететь за Нессой и Крепышом?

Тут же привстал Дарен, и зажегся неяркий прикроватный свет, озарив золотистым сиянием идеальные атлетические тела моих мужей.

У меня отвисла челюсть на мгновение, и я забыла, о чем мы говорили.

Дарен пошел к терминалу, а я залюбовалась его крепкой задницей и стройными мускулистыми ногами. За Дареном продефилировал Дагар.

Не мужчины, а олимпийские боги! Честное слово!

Оба склонились над терминалом.

— Да, они уже вернулись, — сказал Дарен.

А Дагар пошел к встроенному шкафчику и начал там копаться, объясняя ситуацию:

— Король Тафари очень попросил, чтобы мы воздержались от участия в этой операции. Ты же видела нгоро? — Дагар обернулся через плечо, чтобы убедиться, что я его внимательно слушаю. Я кивнула. — И ты знаешь, как выглядит Несса и кто она.

— Да, конечно. Она — горилла с Земли. Немногочисленный вид, занесен в Красную книгу и находится под защитой.

— А как гориллы попали на Землю?

Я заметила довольный взгляд Дарена, который, облокотившись на столешницу терминала, разглядывал меня.

Я мгновенно смутилась, вспомнив, что совершенно голая, и попыталась чем-нибудь прикрыться — от чего улыбка мужа стала еще шире. И не забыла ответить Дагару:

— Как и все на планете — из океана, — крайне коротко объяснила я возникновение жизни на Земле.

Дагар ради такого снова обернулся и отрицательно покачал головой:

— Нет. У нгоро есть легенда о бесстрашных исследователях, отправившихся искать великую зеленую планету. Они вышли на связь с сообщением, что нашли ее, и тут же пропали с радаров, так и не успев передать полный пакет данных. В общем, нгоро считают, что ваши гориллы и есть потомки тех самых исследователей.

— И? — я не могла понять, к чему он ведет.

— Сын короля Ошула случайно встретил Нессу на нашей станции пару недель назад. Они пообщались и понравились друг другу.

— Что? Когда? Несса почти не выходила из квартиры. Да и она же совсем молоденькая!

— Вполне зрелая юная нгоро — по их понятиям.

— Стоп. А как же они общались? У Нессы было простое кольцо, как и у меня?

— На нгорском. У них генетическая память. Несса помнит древнюю родину и родной язык.

И тут я почувствовала себя очень-очень странно. Получается, все гориллы на Земле помнят, откуда они? Помнят, что они — нгоро из развитой цивилизации, которая давно покорила космос!

Вспомнились огромные, умные и все понимающие глаза десятков виденных мною лично горилл. Или нгоро?

— Вера? Что с тобой? Ты плачешь! Вера!

Дарен быстро подошел ко мне и сгреб в охапку.

— У нас к ним относятся как к животным! В какое-то время почти истребили их! Какой кошмар! Но почему Несса мне ничего не сказала?!

— Это одна из причин, по которой с тобой хотел поговорить король Тафари.

— Думаю, операция по возвращению твоих друзей прошла успешно, иначе нас бы разбудили. Так что сейчас мы оденемся и пойдем к королю.

Через час меня успокоили, умыли, причесали, собрали волосы в фееричную прическу из кучи косичек и одели. Причем расчесывал волосы Дарен, а прическу мастерил Дагар. Платье тоже выбирал Дагар — он именно за этим копался в шкафу.

Мой кислотно-зеленый комбез тоже мелькал где-то в глубинах шкафа. Но с ним-то понятно: все, что с меня сняли перед ритуалом, почистили и принесли в комнату мужей — причем до того, как мы после того же ритуала пришли в комнату.

А вот откуда тут остальные женские вещи?

Этот вопрос я и задала Дагару, рассматривая шикарный брючный костюм насыщенного шоколадного оттенка с нежным вкраплением люрекса. Вот смотришь под одним углом — ровный шоколадный цвет. Чуть смещается угол — и по ткани уже бежит золотистая волна бликов.

Брюки-юбка с высокой талией должны были плотно сесть на талии и изгибе бедер, а дальше сильно расклешались к низу. Строгий на вид приталенный пиджак чуть прикрывал попу. Грудь предлагалось прикрывать чудесным золотистым бюстье.

— Откуда такая роскошь? Невероятно красивый костюм!

Дагар пожал плечами и ответил со сдержанным достоинством специалиста по земной моде:

— Мы заказали вещи, привычные для тебя. Из базы данных скачали последние новинки вашей моды и быстро их для тебя синтезировали.

— Базы? Синтезировали?

И тут я заметила, что на одежде не было швов. Схватила пиджак и начала его вертеть туда-сюда. То есть строчки-то были, но они были декоративными.

Дагар снова отвернулся к шкафу:

— Земля находится под постоянным наблюдением. А большинство гражданской одежды давно синтезируют специальные машины.

— Синтезатор пищи, синтезатор одежды… Что еще вы синтезируете?

Дагар вернулся с парой туфель и золотой цепочкой.

— Много чего, но об этом позже. Пока что одевайся. Тафари уже сам прислала приглашение присоединиться к праздничному обеду.

— И через сколько обед? — уточнила я, разглядывая алую подошву и шпильку на туфельке. В голове промелькнула мелодия одного из хитов… Что-то про туфли и офигенные штаны… Не помню точно.

— Уже начался.

Я подскочила как ужаленная, кинув туфлю на кровать.

— Так чего вы молчали! Мы же опаздываем!