Князь Боэмунд III Антиохийский задумался о войне с халифатом, но ромейский посол сообщил ему о союзе Византии и Багдада, наличии у них договора о взаимопомощи и возвращении Амиды в родную греческую гавань. А на невежливые вопросы о деталях штурма, дипломат напоминал о незаконно удерживаемом ромейском Кипре. В те же дни, в Антиохию прибыло посольство из Багдада, предложившее версию эксцесса исполнителей из Мосула и заверения в незыблемости пакта о ненападении. Князь, погруженный к тому же в интригу вокруг Триполи, риск войны с двумя империями счел избыточным и дело замял. Патриарх Иосиф отметил начало уплаты соседям по долгам смуты.
С орденом Тампля греки ссориться не стали. Тот же посол посетил командорство храмовников в Иерусалиме, где быстро и тихо договорился о пожертвовании из византийской казны и возврате братьям-рыцарям их филиала в Амиде под сенью императорской короны. Орден переживал тяжелые времена, оба предложения оказались к месту и конфликт сочли исчерпанным. Тамплиеры с энтузиазмом занялись своим прямым делом, охраняя границу и помогая зачищать на караванной тропе разбойников, а Восточная церковь приобрела опыт взаимодействия с еще одним католическим орденом. Несмотря на расхождения в теории, греки признали подчинение храмовников непосредственно папе, а не местным церковным иерархам, в Амиде проводились совместные богослужения, в итоге у патриарха появился еще один — после Иоаннитов, союзник внутри римского клира. Заодно на пути из Багдада в Византию через Мардин и Амиду, заработали финансовые структуры Тампля, что быстро оживило местную торговлю.
Операция у Дийабакира являлась частной, главный удар ромеи нанесли вдоль реки на город Муш, неподалеку от озера Ван. Армию возглавил восемнадцатилетний василевс Алексей II, сопровождаемый Константином Халубосом. Последний из уцелевших видных родственников патриарха и герой прошлой коалиционной войны на востоке, дворцовых интриг сторонился и предпочитал роль военспеца, не претендуя на публичный триумф.
Захватив Муш, император продолжил наступление и осадил Хлат, взятый спустя месяц и принесший «огромную добычу, потому что в город больше века не вступали завоеватели», как отметил хронист. Вспомогательные наступления греки провели из Эрзрума и Карса, где продвигались почти без боя — войск Кызыл-Арслана там уже не осталось.
Хорезмшах, после победы при Ардебиле и новостей о продвижении союзников, быстрым рейдом прошел на запад, с налета взял Хой (на северо-западе от Тавриза, считавшийся границей между землями персов и армян), вышел к озеру Ван, отрезав север Азербайджана от партнеров по коалиции, после чего занял часть этих земель эмирата.
Кызыл-Арслан погиб в бою с отрядом халифа у озера Ван, и в 1190 году война окончилась. Три империи взяли паузу, занявшись приведением захваченных территорий к покорности.
Ромейская граница прошла по линии Амида-Хлат-Манцикерт-Ани. Халифат граничил с греками от Амиды до озера Ван, а далее на восток его рубеж пролег по линии Ван-Тавриз-Кум-Зарани, до границ с Синдом. Хорезм расположился по линии озеро Ван-Тавриз-Рей-Зарани (Тавриз и Зарани остались за халифом) до границ с Синдом, на западе от озера Ван до Валашкерта теперь граничил с Византией, а на севере, по линии Валашкерт-Двин-Ардебиль, с остатками Азербайджана, где к власти сумела прийти вдова прошлого эмира Инандж-хатун, от имени сына. Женщиной она была красивой, умной, хитрой и жестокой — la femme fatale своего времени. А ее правление — редким случаем в исламском мире, но сперва поговорим о другой даме.
Царица Грузии Тамара все предыдущие годы разбиралась с супругом. В 1185 году она по настоянию грузинской элиты, не одобрявшей женского правления, но и не желавшей царице супруга из местных, вышла замуж за князя Юрия, сына великого князя Владимирского Андрея Боголюбского. Новобрачный был «юноша доблестный, вида совершенного по телосложению и приятного для созерцания», на момент брака в изгнании по причине внутрироссийских свар, и некоторое время всех устраивал. Он успешно провел ряд пограничных стычек с Азербайджаном, приобрел среди местных феодалов авторитет и определенную поддержку. Но затем Юрий Андреевич занял позицию приверженности средневековым обычаям, женской власти не одобрявшим, и попытался стать полноправным царем, совершив небольшой дворцовый переворот. Жену, однако, оставили живой и во дворце. Тамара с таким подходом не согласилась, сколотила вооруженную оппозицию, и ее партия принялась обвинять Юрия в непотребном поведении, включая алкоголизм, гомосексуализм и даже зоофилию. Князь сторонников феминизма за то репрессировал, «подвергая без причины избиению почетных людей и пыткам путём вырывания у них членов», но царицу поддержала мощная внесистемная сила — грузинская церковь (в связи с тем, что летописцами были почти исключительно монахи, черный пиар Юрия получил широкое распространение и надолго сформировал его имидж в истории, хотя предыдущая жизнь и последующая поддержка в Грузии, позволяют усомниться в правдивости этих источников). Перевес перешел к супруге, большинство знати встало на ее сторону, клирики оформили развод — довольно сомнительный с точки зрения церковного права, и в 1188 году Юрия выслали в Византию.
Тамара недолго правила одна и в том же году вступила в брак с не отлучавшимся далеко все это время другом детства и аланским (осетинским) царевичем Давидом-Сосланом. Осетин оказался грамотным политиком и полководцем, но остался лишь консортом.
Едва отыграли свадьбу, князь Юрий, при негласной поддержке Иосифа Стального и в сопровождении ромейских добровольцев, появился в западной Грузии, еще меньше десяти лет назад бывшей частью Византии. Князя поддержала часть грузинских феодалов, он занял Кутаиси и высылал разведку уже к Гори, но Сослан мобилизовал сторонников Тамары, получил в помощь отряд осетин, и в нескольких сражениях разгромил мятежников, взяв Юрия в плен.
Бывший супруг царицы вновь получил прощение и с небольшой свитой из верных грузинских витязей отъехал за рубеж. В этот раз в остатки Азербайджанского эмирата, где правила Инандж-хатун. Дама как раз испытывала дефицит верных кадров. А кто может быть надежнее иноверца из далекой Руси, изгнанника на родине и врага сопредельной правительницы? В плюс пошли опыт руководящей работы и личное обаяние, так что князь Юрий быстро сделался фаворитом Инандж-хатун и наместником Аррана и Гянджи.
Хорезмшах, закончив западную компанию, почти год устанавливал новую власть на захваченных землях, а перед отбытием в столичный Ургенч, решил сходить в набег на недобитый Азербайджан.
Шансов против Хорезма Инандж-хатун не видела, потому не погружаясь в намерения и расчет сил Текеша, немедленно и без боя «изъявила ему покорность», предложила вассальную зависимость и новый бизнес-проект. Еще одну попытку Юрия взять власть в Грузии, с помощью хорезмийцев и их последующим сюзеренитетом. Для шаха в этом была идея. В поход он уже все равно вышел, князь пользовался поддержкой части грузин и по получении трона, оставаясь христианином, вполне мог удержать власть и обеспечить подчинение Хорезму. Кроме того, Текеш еще не проявил себя в джихаде. Война с грузинами стала бы неплохой рекламой в исламской среде, что на фоне начавшихся трений с халифом Багдада не мешало.
В этот момент, царица Тамара, зная о нападении, но не о разрешении ситуации, ударила соседке в спину. На Ширван, имея целью обеспечить Грузии выход к Каспийскому морю. Дружины консорта Сослана с боями вышли к Шемахе, в городе их встретил усиленный гарнизон и сходу крепость взять не удалось, а через несколько дней грузины с удивлением обнаружили у себя в тылу хорезмшаха. Князь Юрий в то же время вывел аскары местных эмиров из Гянджи в Грузию, на Тифлис. Сослан потерял почти весь отряд, прорвался из окружения и вернулся в столицу, но падение Грузии казалось неизбежным. Наступление Юрия развивалось успешно, его войска, пополненные бойцами Хорезма, подходили к Тифлису. Посчитав, что проект вышел на финальную стадию, Текеш оставил вассалу половину своей дружины и отъехал в Ургенч. В этот момент в игре появилась Византия.