Но как минимум на нашей стороне было численное превосходство. Предварительные подсчёты показывали, что нас как минимум в семь раз больше, чем противника. Если верить «памяти» из других миров, то оптимальным перевесом в численном отношении являлась цифра три, у нас же больше, что радовало. Но не стоит забывать, что враг попытается организовать прорывы между мирами… это мы тоже учитывали.

— Финал — тиски должны сжаться. Ираклион, текущая столица острова, должен быть охвачен со всех сторон по итогу. Астер, — смотрел на меня Мелл, — скорее всего, ты даже отойти от той части не сможешь, вместе с Никой и Легендами будете держать на северном берегу оборону. Алкид, надеюсь, сможет пробить коридор к северной части острова.

— Сделаю всё, что в моих силах, — улыбнулся я, приподняв руку, в которой на миг появилась чёрная молния.

— Пал… твой восток. Там больше морей, тебе там будет проще накрыть противника своими силами. Постарайся смыть как можно большие сил врага, чтобы ваше наступление шло быстрее. Ираклион желательно охватить с востока как можно раньше.

— Без проблем, — кивнул он.

— Ификл, — посмотрел командующий всеми Легионами на полубога-кузнеца. — Ты должен оказать максимальную поддержку на востоке острова. Там враг буквально вкопался в землю, по сведениям разведчиков. И твои силы как раз подойдут для взлома обороны.

— Сама твердь содрогнётся от моих ударов! — улыбнулся здоровяк.

— И помните. Не стоит идти на безумные атаки, — смотрел Мелл уже только на Легатов. — И всех своих подчинённых предупредите. У нас есть полубоги, они имеют мысленную связь между друг другом. Да, много стадий будет разделять фланги наших атакующих сил, но всё равно мы не разделены окончательно. Связь между отдельными группировками есть. Требуется помощь, встречный удар — просите. И сильно тоже не медлите. Центральной группе будет очень тяжело. На них обрушится вся мощь культа.

— Скорее всего, они даже оттянут свои силы к центру острова, если раскусят наш план, — тут же сделал такой вывод я. — Если так, то вообще не медлите. Разделите Легионы на штурмовые, более многочисленные группировки и группировки зачистки, чтобы они проверяли поселения. Кровавую резню устраивать не нужно. Но всех жителей до момента окончания битвы арестовывать и сгонять в отдельные дома. Не убивать. Кормить. Всех потом проверим. Если одурманенные культом, то будем решать на месте.

— У меня всё из глобального, дальше только детали, — посмотрел на меня Мелл. — Не смею задерживать больше Императора.

— Почему я слышу издёвку в твоём голосе?

— Прошу прощения, Ваше Императорское Величие, — уже не сдерживал улыбки он. — Просто сложно удержаться.

Остальные Легаты только улыбнулись. Если нет рядом солдат, то я всем разрешал обращаться ко мне по имени. Всё же они действительно старше меня, опытнее… ну и далее.

Отойдя в выделенный для меня дом вместе с Никой, мы снарядились. К этому моменту нам доставили свиток с более подробно изложенным планом и картой штурма. Оставалось дело за малым — погрузиться на корабли и дождаться окончания морского сражения.

— Смотри, — показала рукой Ника в центр острова. — Синий луч в небеса ударил.

Я провёл взглядом, увидел, что луч за облаками искривляется, загибается и ударяет в верхушку купола, который прикрывал Крит. И я чувствовал всю ту боль, что испытывала сейчас Дема. Она буквально жертвует своей жизненной энергией, чтобы мы могли завершить начатое. Но злость внутри меня начала закипать ещё больше. Хоть мы не общались так много… но всё равно никто не должен был собой жертвовать!

— Пошли, — резко развернулся я и направился на наш корабль.

На «Кратос», который нас уже ждал.

— Владыка Посейдон на нашей стороне! — закончил свою громогласную речь Палиас.

Долго он не говорил, зачем? Он знал, что морякам надо, он дал, чего они хотели. Показал свою силу, показал своё могущество, а через себя показал, что Посейдон сегодня помогает нам. И действительно, с нашей стороны море пока было спокойным, волны небольшие, ветер попутный. Но самое главное…

Сотни кораблей, разрезая эмболонами волны, стремились вперёд. Но это только видимость, враг должен познать страх, впасть в отчаяние, видя армаду наших невероятно мощных кораблей. Не все были такие, как «Кратос», но многие имели башни, многие имели осадные орудия. И каждый корабль вмещал десятки лучников, которые были готовы в любой момент поджечь вражеский флот.

— Смесью! Огонь! — раздался громогласный рёв морского полубога.

— Огонь! И только попробуйте разлить хоть каплю на палубе! Я лично вашими телами буду вытирать это! — раздался крик Талоса.

Мы сейчас тоже подчинялись Палиасу, а опаску моего старпома можно было понять. Смесь была невероятно горючей: если её разлить, то она могла вспыхнуть буквально от любой искры. Но было у неё при этом преимущество. Прогорала она быстро. Так что огненный заслон на море из неё не сделать — проверено. А вот поджечь корабли… о да, в этом и был весь смысл.

И спустя логичную задержку на более точное прицеливание, проверку надёжности закупорки, первые «снаряды» полетели в сторону противника. Десятки ёмкостей взмыли в небеса, знаменуя начало битвы. Дальности нам хватало вот буквально впритык, но главное — хватало.

— Поджечь! — рявкнул опять Пал.

И один из кораблей отправил вперёд подожжённый камень. И стоило ему соприкоснуться со смесью, как пламя сплошной волной начало расходиться по водной глади. Всё это выглядело как настоящая магия, словно этого не могло произойти. Но по факту — просто физика. Но всё равно это выглядело невероятно. Огонь буквально стеной нёсся во все стороны, вражеские корабли не могли выдержать его силы и вспыхивали как какие-то щепки, несмотря на свою всю пропитку от этой жестокой стихии.

— Ха-а-а-а-а! — воскликнули Легенды на моей палубе.

И была веская причина для их восторга. Десятки вражеских кораблей, которые шли буквально навстречу нам, загорелись. Хоть мы не слышали рёва пламени, истошных криков экипажей кораблей, но прекрасно видели, как буквально полыхали корпуса и палубы, как горящие люди пытались спастись в море, но это им не помогало. Ибо море пока тоже полыхало.

— Арес будет доволен, — сказал один из бойцов, закрывая рукой глаза от палящих лучей Гелиоса.

— Всем приготовиться! — крикнул я.

Да, часть вражеской флотилии вокруг всего острова нам удалось уничтожить. И далеко не факт, что это были самые мощные корабли. Враг не настолько глуп, учитывая наше превосходство. Он мог сначала немного измотать нас, а потом бросить в бой свои самые боеспособные корабли. Но мы были готовы. И если он подумает, что мы таким образом хотели подорвать его основную мощь, то он будет сильно ошибаться.

Время шло. Секунды складывались в минуты, а минуты тянулись словно часы. С помощью магического зрения я пытался следить за всем предстоящим полем боя, видел, как корабли разваливались на части под напором огненной и водной стихии, как быстро уходили на дно, унося за собой десятки человек. Многие погибли, но ещё больше сегодня точно умрёт на радость Тритону и его морским существам на дне.

Радость воинов на моём корабле также быстро сменилась сосредоточенностью. Да, многие продолжали улыбаться, демонстрация удалась на славу, но бой только начинался. Да и что такое несколько десятков кораблей среди такой большой акватории? Ничто.

Пламя утихло, корабли скрылись в морской пучине, открывая нам дальнейший путь вперёд. Остатки проклятого барьера влияли на то, что я видел на той территории с помощью магического зрения, так что это был важный момент. И за потухшим быстро пламенем скрывалась ещё одна флотилия, более могущественная и угрожающая, размерами чуть-чуть уступающая нам.

— Приготовиться к бою! Разворот! — продолжал командовать Палиас.

Кстати, интересный момент: противник его не слышал, судя по всему, а все наши воины — да. На море у сына Посейдона были особые силы, и, скорее всего, он их сейчас и использовал. Уж не знаю, насколько сильно он полагается на внешние источники, но для таких эффектов явно магии используется невероятное количество. Да что говорить, звук идёт от самого моря, в котором он перенаправил магические потоки, если меня не обманывают глаза. Вот где истинное мастерство. Лично я настолько сильно влиять на магические потоки самого мироздания до сих пор не могу. Каждый силён в чём-то своем.