«Я пойду», — спокойно заявляет Олеся.

«Мы тоже», — отвечает Макс, подталкивая плечом Марка. Тот подтверждает решение кивком.

Марина просто пожимает плечами — мол, куда Макс, туда и она.

Только Аглая недовольно смотрит на каждого из группы. Идея ей откровенно не нравится, и она этого не скрывает.

«Ладно, если идти, то всем вместе. Чего уж тут, — говорит девушка, бросив резкий взгляд на Ариадну. — Да и что вы будете делать без контроля над животными?»

Видимо, слова менталистки задели Аглаю, но в то же время замотивировали.

«Тогда собираемся, — подвожу итог. — По-хорошему, чем быстрее мы выйдем, тем лучше».

Глава группы всё ещё вертит в руках небольшой обрывок листка.

— Что пишет? — Подхожу к Виктору с вопросом.

— Всё, как мы и думали, — вместо Виктора отзывается Алексей. — Пишет, что четверо городских и проводник из охотников. Тот, который в цивильном — главный, он даже без оружия. Трое стражников вооружены МШК, так что, в принципе, чувствуют себя уверенно. Можно сказать, считают себя королями в Очаге. Поведение безответственное: своего проводника ни в грош не ставят. Тот, похоже, пытался их урезонить и сказать, как нужно себя вести, но не в коня корм. А ещё Люба отмечает непонятную центрированность в группе на одной идее. Они между собой говорят только о преследовании. Как будто они не совсем в адеквате.

— Неприятно… — Виктор бросает на меня быстрый взгляд. — В таком состоянии по Очагу ходить нельзя, обязательно нарвёшься, если не на одну опасность, так на другую.

— Вот и я про то же, — кивает Алексей.

— Ладно, выдвигаемся. Вы с нами? — спрашивает нас глава группы.

— А как же, — отвечаю. — Без нашей поддержки вы рискуете не вернуться.

— Это да! — вздыхает Виктор. — Но у нас нет другого выбора. Люба — наш человек. А своих мы не бросаем.

— Понимаю, — согласно киваю. — Поэтому выдвигаемся все вместе.

Группа охотников собирается полным составом буквально за пару минут. Все ждут команды Виктора.

— Так, — долго думает Виктор. Похоже, перебирает своих подчиненных. Потом принимает решение.

— Кость, — обращается к темноволосому охотнику. — Мы за пару часов не обернемся. Берешь один МШК, Гену и до Академии. Давай.

— Командир, ну… не дело… а как же я? — теряется охотник. — Мне же с вами надо…

— Это важно, — обрывает его глава группы. — Молодые, — кивает на обоих младших членов группы, просто могут не довезти. Думаешь мне самому хочется тебя отправлять? Больше некому. Я не знаю, сколько мы пробудем на поляне, а довезти Гену до Академии надо как можно быстрее. Давай, не спорь. Что делать с добычей, вы все знаете, — говорит остальным.

Темноволосый не спорит. Просит одного из бойцов помочь ему с Геной и спешит в сторону палатки.

Охотники тут же идут за своими рюкзаками, чтобы выгрузить их на ту же самую машину, на которой повезут охотника под стазисом.

— Через пару минут выходим, — объявляет Виктор.

И мы действительно выходим ровно через две минуты без всяких преувеличений. Правда, в этот раз с нами остаётся только Виктор. Всех остальных ребят он пускает в разведку. Бойцы расходятся в разные стороны от нас. Вперёд уходит только Лёха, поскольку у него есть прямая поддержка от Ариадны. А все остальные исчезают в зарослях.

— Всё равно вы топаете как пьяные моряки на берегу, — объясняет Виктор. — Как бы вы ни старались, за один раз правильный принцип хождения по лесу не воспитать. Вот Ларион ещё ничего, — говорит мне. — Ощущение, что кто-то учил его ходить по таким местам. А так мы создаём слишком много шума. Ребята пойдут впереди нас и посмотрят, чтобы мы ни с кем не столкнулись. Если столкнёмся, то хотя бы будем предупреждены заранее. Идти нам недолго, просто ближе к центру Очага, поэтому и шанс повстречать что-нибудь неприятное большой.

— Разве? — удивляюсь. — Мне казалось, что третья точка самая дальняя.

— Не совсем, — качает головой глава группы. — Лагерь специально ставили так, чтобы расстояние не превышало четверть дневного перехода.

— Но даже в этом случае до темноты мы не вернемся, — замечаю.

— Скорее всего, — подтверждает Виктор. — Обратно придётся возвращаться по-тёмному, чего, конечно, не хотелось бы. Но по-другому не получится. Зато туда дойдём ещё засветло, — поясняет глава группы уже в дороге. — В лесу темнеет быстрее. Хм. Извините, а их менталист не увидит Лёшу? — интересуется у Ариадны. — Я знаю, что вы чувствуете людей на достаточно большом расстоянии…

Вопрос логичный, и полностью объясняет беспокойство Виктора. План действий приходится накидывать чуть ли не на бегу. Глава группы элементарно боится упустить что-нибудь важное.

— Это так, — соглашается Ариадна, — но, менталист, скорее всего, не увидит вашего бойца, только если специально не тренировался для этого. А если тренировался, то, по идее, смог бы определить его присутствие по косвенным признакам.

— По каким это признакам? — с интересом спрашивает Виктор.

— А вам зачем? — с улыбкой уточняет Ариадна. — Ну, если очень хотите знать, то человек под защитой другого менталиста ощущается как круг пустоты. Если не знать, что именно нужно искать, то просто так не найдёшь. Кроме того, нужно быть готовым увидеть подобное. Круг пустоты, как правило, движется, и его сложно отследить.

— Интересно у вас, конечно, — хмыкает глава группы.

— У всех по-разному, — отвечает девушка.

Вспоминаю картинку, которую Ариадна сбрасывала во время боя. Действительно интересно. Мысли сами перескакивают на другой образ, который сбрасывал мне бесёнок. Взгляды на реальность у них с Ариадной очень отличаются. Икорь будто чувствует моё внимание и тут же отзывается. Неожиданное совпадение.

Бесёнок радостно рапортует, что всё в порядке. Похоже, все его подчинённые вылупились и наконец ушли из Академии. Отлично. Теперь в комнату можно приглашать людей.

Ловлю ещё одно странное ощущение — будто Икорь интересуется, как у меня дела. Вряд ли он волнуется обо мне, наверняка у бесёнка свои цели, но ему правда важно, что отвечу.

Перекидываю монстрику ощущения после нашего выхода. Делюсь воспоминаниями об охоте на кротокрысов. Буквально слышу ворчание Икоря, но стараюсь не концентрироваться. Кидаю ему картинку боя с паутинниками, и показываю, как у них появилась кладка. Тут же получаю в ответ образ, как бесёнок захлебывается слюнями. Следом приходит просьба — как можно точнее показать то место, где происходил бой.

Странно: я вроде бы не чувствовал там тонкого пространства, но ощущения от места заполнил очень хорошо. Сможет ли Икорь туда пробраться? Бесёнок продолжает выпрашивать. Что ж поделать. Вспоминаю запахи и всё, что находилось вокруг.

Похоже, личинки паутинников — особенное лакомство для бесенят, раз Икорь готов рискнуть и вылезти так далеко от Академии.

С другой стороны, изначально этот лес — место Прорывов. Тут, на небольшой территории, целых три Очага. Следовательно, мест, откуда монстрики смогут уйти в межреальность, наверняка много.

Икорь жадно ловит образы и дико радуется. Значит, он всё-таки получает достаточно много информации для ориентировки.

Моё дело малое — показать. Хочется товарищам поохотиться — флаг им в руки. Сейчас в этом лесу кроме Лешего мало кто сможет противостоять этой стае бесенят. Особенно, если они решили нагрянуть сюда полным составом. Пусть пробуют: монстрикам такие выходы точно не навредят.

Переключаю внимание на дорогу.

Идём до тех пор, пока Виктор не объявляет пять минут привала.

Выдыхаем.

С непривычки пробираться по неудобьям физически тяжело. Вижу, что девчонки несколько устают. Олеся периодически подаёт магию мышцы и таким образом восстанавливает силы. Делаю то же самое. Но могут ли остальные наши ребята провернуть этот фокус — не знаю. Напрямую нас этому не учили.

Присаживаюсь на поваленное дерево и неожиданно оказываюсь в лесу совершенно один. А… Этот фокус мне уже хорошо знаком.

— Слушай, мажонок, — на меня внимательно смотрит Леший. — Мы так не договаривались.