Первой осматриваю женщину.

— Есть открытые повреждения? — уточняю.

Любаня молча закатывает штанину. Ну и ну. Многочисленные укусы на голенях. Видимо, всё это время женщина терпела и ждала, пока помогу тяжелым. Вот это выдержка. Не группа, а крепкие орешки.

— Болевые ощущения есть? — задаю следующий вопрос.

— Щиплет, — отвечает Любаня, даже не поморщившись. — Потом горячими волнами боль расходится по всему телу. Вот до сюда. — Показывает чуть ниже шеи.

С диагностикой нужно поторопиться. Кто знает, на что способен этот яд? Сомнений не остается — в крови женщины именно он. Слишком характерные проявления.

Создаю глиф диагноста и подтверждаю свои догадки.

— Вам лучше сесть, — советую. — Сейчас будет больно.

— Ничего, я постою, — отзывается женщина и только опирается о ближайший камень.

Из хороших новостей — укусы неглубокие. Из плохих — раны очищаются не самым приятным образом. Тело Любани рефлекторно сгибает, помогаю ей сесть на землю.

— Лоскуты ещё остались? — спрашиваю остальных.

Лея прижимает чемодан к себе и качает головой. Даже если у нее есть нужные вещи — теперь она вряд ли поделится.

— Есть парочка, — отвечает Ариадна. — Я помогу перевязать.

Закрываю раны женщины уже простым целительским конструктом и перехожу к следующему бойцу. Работаем с Ариадной как на конвейере — делаю основную работу и оставляю ребят ей на перевязку.

С Геной приходится повозиться чуть подольше — на нём слишком много укусов. Очищать все сразу не вариант — боец может просто не выдержать боли. Осматриваю тело и не понимаю, как он до сих пор держится на ногах. Здесь приходится исхитриться и работать по зонам. Да, получается дольше, но зато больше вероятность, что никто не потеряет сознание.

— Да здесь живого места нет, — удивляюсь, когда боец снимает рубаху.

Диагност показывает, что яд гуляет по всему телу. Видимо, спасет одно: изначально в кровь попало небольшое количество. Пока я работал с товарищами, заражение успело распространиться. Все-таки зверушки еще и ядовитые.

— Дай мне чемодан, — говорит Ариадна Лее. — Тут понадобится много лоскутов. — Кивает на искусанного бойца. Мы как раз в середине работы.

Сначала работаем с ногами, потом переходим к торсу. Раны, конечно затянутся, но не до конца, тут Ариадна полностью права — перевязать не помешает. Иначе после возвращения в город, посещения госпиталя не избежать.

Лея стоит как оглушенная. Смотрит на черные сгустки и не разжимает пальцы на ручке чемодана.

— Давай так, — предлагает менталистка. — Как только мы отсюда выберемся, пойдем по магазинам. Купишь всё, что душе угодно. Я знаю отличное ателье, у меня там работает подруга. Не захочешь по магазинам, закажешь через информер. Я все тебе оплачу. Слышишь? У нас хорошая стипендия в Академии.

Лея недоверчиво смотрит на Ариадну и делает шаг назад — будто старается уберечь самое ценное, что у неё есть.

— Я тоже в деле, — подключаюсь к уговорам. Нам сейчас точно понадобится как минимум две накидки из чемодана администратора. Судя по виду, Лея это прекрасно понимает. — Ещё ужин в любом ресторане сверху. Закажешь, где захочешь, укажем мой счет. Никаких проблем.

— И сережки к новому платью, — поддерживает Ариадна. — Открывай. Вместе выберем, что не сильно жалко. Главное, чтобы ткань была мягкая.

Лея понимает, что ей никак не отвертеться, а пока предлагают, надо брать. Она нехотя открывает замок чемодана и достает оставшуюся одежду. Виктор тут же вырывает тряпки у нее из рук и делает импровизированные бинты.

— Вот и умница, — говорит Ариадна и спешит помочь с перевязками.

Последним обследую Виктора — он упорно не считает это важным. Приходиться настоять на своём — и не зря.

— Никто не знает, когда мы доберемся до города и чего нам это будет стоить, — объясняю главе группы. — Если заражение доберется, куда надо, нам придется остановиться и снова заниматься всем этим. — Киваю на бойцов. — Зачем тратить больше сил, если прямо сейчас мы можем убрать минимум яда из ваших царапин.

— Да какой там яд? — удивляет здоровяк. — Меня даже ни разу не укусили.

Запускаю глиф диагноста, и он показывает мне совершенно иную картину. Кажется, у некоторых тварей не только ядовитые клыки, но и обезболивающий эффект — чтобы укушенный так сразу ничего и не заметил.

Штанина Виктора быстро напитывается кровью, только он этого пока не замечает. Вижу через диагност — снаружи крови пока нет, следов не оставляет. Здоровья у главы группы, похоже, ещё прилично. Его успели укусить всего один-два раза, так что по сравнению со всеми остальными он почти не пострадал. Конечно, если бы не яд.

Немного неожиданно встретить два таких совершенно разных свойства у одного вида монстров. И первое, и второе работают на ослабление жертвы, просто очень по-разному. Дублировать оба умения в одном существе, по-моему, очень странное решение. Но это в том случае, если тварей создавали искусственно, в чем сильно сомневаюсь. Судя по реакциям нападавших на росчерки и выстрелы, эти твари магические, к тому же, имеют отношение к прорывам. Просто живут в этом мире — поэтому кто знает, что с ними не так?

Работая с Виктором, параллельно рассматриваю тушки убитых монстров. С главой группы уже все понятно. Думаю, вырвать клыки у нападавших зверей не помешает. В отличие от взрослых особей, у мелких тварюшек после смерти не видно никаких узлов с магией. Отличаются животные только размером и наличием более пушистого хвоста. Думаю, если их разделать, то никаких камней внутри не найду — раз нет языков хмари, значит, своего средоточия монстры ещё не сформировали.

Хватит того, чтобы просто вырвать передние клыки — минута делов. Задерживаться здесь нельзя. Уходить просто так тоже не вариант — нужно все-таки понять, что там с концентрацией яда. У более крупных особей бороздок для яда на клыках нет — видимо, отравляющее вещество просто особенность слюны или грязи внутри пасти. Довольно интересно.

Заканчиваю с Виктором и выламываю клыки у ближайшей мелкой твари. Закончив, осматриваю импровизированный лагерь.

— Так, господа и дамы, минуту внимания, — делаю небольшое объявление. — Я понимаю, что вы здесь расположились надолго — ну или хотя бы на приличное время. Но нам отсюда лучше уходить.

— Почему? — подает голос Любаня. — Мы сейчас быстренько приготовим ужин. Если мясо животных не отравлено, чего бы и не поесть?

— Не советую, — отвечаю женщине. — Да и запах крови разносится по всему лесу. Можно назвать везением, что на нас до сих пор не вышли монстры покрупнее. Уверен, этот запах для них легко различим. — Киваю на остатки существ. — Поэтому у меня, собственно, всего один вопрос: насколько вам нужна вода? Сможете потерпеть час-два или… день? — прикидываю худший расклад.

— А что, потом ты найдёшь воду? — спрашивает один из проводников.

— Найти несложно, — отвечаю. — Вы прошли от того места, куда вас переместило, около трёх километров, плюс-минус. Правильно?

— Ну да, мы шли минут тридцать, — отвечает глава группы. — Потом остановились передохнуть и хорошенько все обдумать — слишком удобная тут поляна для лагеря.

— И для засады, — замечаю. — До ближайшей воды примерно в четыре раза дальше. Река здесь есть, и она относительно близко. — Смотрю на раненых. — Но на своих двоих, да ещё с ними, эти десять километров совершенно спокойно могут растянуться в полдня.

Один из раненых до сих пор не пришёл в себя. Второй боец поднимается на ноги и даже ходит самостоятельно. Правда, пока прихрамывает.

— И что предлагаешь делать? — задает вопрос Виктор.

— Есть вариант вернуться обратно в город, — спокойно произношу.

Народ тут же оживляется, и на меня со всех сторон сыпятся вопросы.

— То есть ты знаешь, как отсюда выйти? — удивляется Любаня.

— Через сколько мы отсюда выйдем? — задает вопрос Гена.

— Нам не придется ночевать в лесу, правильно понимаю? — уточняет боец, только-только вставший на ноги. Бороться за жизнь ему явно не привыкать.