И тут Суви резко встаёт, осматривается, потягивается, и разворачивается к лестнице!

— Суви, и куда ты собралась⁈ — не поняла блондинка.

Кореянка немного помедлила. Посмотрела на подругу, затем на лестницу… и…

— Ищо.

— Ха⁈ Эй. Эй! А ну стой! — Катя свалилась с дивана и вцепилась в ногу подруге, — Имей совесть! Имей совеееесть!

И тут по лестнице спускается Он. Виновник массового сумасшествия у девочек, профессиональный пианист, и своего рода тренер игры на маракасах. Миша.

Он спускается к последней ступеньке и смотрит на двух девушек: одна краснеет и отводит взгляд, вторая вцепилась первой в ногу.

Смотрит. Смотрит…

— Оригинал просил передать, что отправился в Бездну для урегулирования демонических вопросов и подтягиванию огненной магии у чёрного кота. Я клон, я клон, — показал он букву «V».

— Ой, да ладно⁈ — Катя махнула руками, — У него прикол такой, всегда после этого клона оставлять⁈ А в глаза кто смотреть будет⁈

Суви притихла. Понимая, что это всего лишь кукла, болванчик, а не настоящий Михаэль, плюс зная принцип работы его техники клонирования, — это программируемые манекены, которые передают подсознательное, отчего Миша скорее «легко вспоминает» изученное, чем получает напрямую, — то и сильно стыдится перед ним не получается — сам Миша напрямую этого и не узнает.

Кореянка моргнула пару раз. Подумала. Покумекала головёшкой.

— М-м-м… ищо.

И она потопала к клону.

— Ха⁈ — Катя подскочила, — Суви! Имей самоуважение! Сувиииии!

Спустя пару дней. Кабинет организатора Игр в Греции.

Рихтера вызвали срочным номером. Настолько, что при нерезиновом бюджете они нашли средства срочно вытянуть Рихтера из Парижа, прямиком с его свидания с ментором французской делегации — молодой француженки в чулочках.

Крайне недовольный, заместитель директора появился в кабинете организатора всего мероприятия.

— О, приветствую, господин Рихтер! Рад, что вы уделили мне время хех! — чуть лысоватый и полноватый старичок с крайне дружелюбным видом подскочил к молодому брюнету, начиная трясти его за руку, — Проходите, проходите!

Рихтер на него покосился.

Таааак? И что здесь происходит? До Игр осталось буквально два дня, всё уже утверждено, и остались последние мгновения спокойствия перед тотальным хаосом, а тут его вдруг резко вызывают на личный разговор? Да ещё и с таким дружелюбием⁈

Не, Греки не славятся агрессивностью, зато Рихтер славится экстравагантным характером, и другие мужчины его предпочитают избегать.

— Чай, кофе? Покрепче? У меня тут всё есть, хех! — кругловатый мужичок порхал вокруг гостя.

— Покрепче не надо, меня дама за бокалом вина ещё ждать будет, — хмурится парень, — Пожалуйста, давайте к делу. Я же знаю, что на для светской беседы позвали.

— О, да-да, конечно! Понимаю, вы деловой человек, хех… — неловко почесал пухляш лысину и присел за свой директорский стол, — В общем, тут такое дело, господин Рихтер. Ваш… э-э… подопечный, Михаэль Кайзер, крайне эффектно появился!

— Да? Впервые слышу.

— Это правда! Это, плюс первое появление японцев! Я… честно говоря не ожидал такого ажиотажа от первых в моей руководящей карьере Игр, хех. Немного даже волнительно…

Брюнет продолжал прямо смотреть на организатора. Тот, поняв что ходит вокруг да около, чуть потупился, почесал затылок и выдохнул.

— Ну в общем, со мной связалось много важных людей. Говорят, бум у стриминговых сервисов на эти Игры, рейтинги — лучшие за двадцать лет!

— Правда? Не знал.

Особенно о том, что всё это подбивал Евгений со своей транснациональной продюсерской компанией, и всё это тоже спланировано.

«Вааау… вот это нооооовость…», — едва не закатил брюнет глаза.

— Правда! — закивал мужичок, — В общем, я к чему? Со мной тут ещё… ну… через третьих лиц… в общем… ну… букмекеры связались. И лично пару держателей стриминга. И это… господин Рихтер… вы не хотите подзаработать? Там буквально все хотят, чтобы… — и он глубоко вздыхает, — Чтобы Игры открылись одиночной дуэлью Кайзера и японца.

И вот тут Рихтер впервые неподдельно вскидывает брови.

Конечно, всё и так организуется с учётом поднятия рейтингов Кайзера — ему быть Императором Человечества. Но все в офисе Михаэля думали, что это ОНИ должны подстраиваться под условия Игр, потому что сама их организация — то, куда своих подсадить не вышло.

А тут… условия ЕЩË лучше сами идут в руки? Кайзеру? Не хуже, не сомнительно, а просто безусловно ЛУЧШЕ?

Эм, что?

«Миша-Миша…», — и Рихтер очень довольно улыбается, наконец проявляя интерес к этому разговору, — «Неужели наконец Судьба на твоей стороне? Что-то изменилось?..»

Хех.

Ну, Игры теперь стали ещё интереснее, это уж точно!

Ведь буквальное ПЕРВОЕ, что увидит весь мир — дуэль двух мировых сенсаций: Михаэль Кайзер и биологическое японское оружие.

Я на секунду замер.

Что-то происходит с моим клоном, но я не могу этого доказать. Но что-то явно там с ним делают! Жаль, что в школе клонирования я пока полный смешарик, и только подсознательное себе передавать и могу. Ну хоть так: и драться ими можно, и в целом усвоение материала повышают. Разве что учителям его приходится повторять дважды. Ну ничё, половина из них всё равно в изотерической турме, им делать особо и нечего.

Помотав головой и отбросив наваждение, я глянул вниз. Крысолюд в балахоне и с посохом, размером с десятилетку, стоял и дрожащими ручками протягивал мне кусок мяса.

— Что это? — улыбаюсь я, словно родитель улыбается своему маленькому несмышлёнышу.

— Печёночка демона… — пропищал он, — В дар-дар Королю Крыс! Очень любим-любим вас!

— Оооу, ну какие вы славные грызуны! — растаял я, — Спасибо больше! Но я не голоден. Можешь кушать.

— Можно кушать-кушать печёночку? — выпучил он чёрные глазки.

— Кушай на здоровье мой хороший!

— Ура! Ура! Печёночка! — счастливо запрыгал он на месте, — Поделюсь со всеми! Вкусный суп наварим, о-о-о великий-великий суп наварим!

И счастливая крыска ускакала делиться. Я же с улыбкой смотрел ей вслед, не переставая наслаждаться плодами своих действий.

Тут и целая раса крысолюдов вернулась к жизни… и дружба Потапыча и его верного крысиного соратника под надзором Зайки научила всех вокруг делиться и заботиться о друзьях… и, в конце концов, крысиные маги!

Фасолька не сидит на месте и, не без помощи нашего таинственного друга, достигает успехов! Вот мы уже научились выводить крыс с активным магическим ядром. Поначалу все хотели сделать их «сыромантами», — не от слова «сыро», очевидно, а «сыр», — но когда поняли, что магии сыра ПОКА ЧТО нет, то решили учить хвостатых магии чумы, ритуалам, и вообще, там учитель… БАРОН.

Нет, ну вот главное не пойму, то есть магии сыра нет, а магия пива, твою мать, оказалась! ПИВА! У меня маги в армии могут наколдовать ПИВО!

Обалденный Барон, обалденная магия. Спасибо, чо. Ну, грех жаловаться.

Кстаааааати о Грехах.

Я стоял перед огромной горой и смотрел в самый вверх. Гора смотрела в ответ. Воооот такими огненными глазищами с вертикальными зрачками! Когда гора дышала, я чувствовал, на удивление, приятный аромат свеженького костра… и как волосы развиваются по ветру. Потому что один вздох такого гиганта, и тут всех крыс разнесёт по Домену.

— И вот… ты снова… здесь… — как и раньше, Гнев говорил очень размеренно и даже лениво, сонно.

— Ты скучал⁈ — ору я.

— Желал… твоего успеха… да.

Я вскидываю брови.

Блин, почему мой РОДНОЙ дед, который основал весь род, меня за бездарную обезьяну считал, а случайный каменный дед, который буквально воплощение ГНЕВА — всегда такой лапочка?

Хм…

Дед… м-м-м… дееееед…

— Слушай, Гнев, прежде чем мы приступим ко всему прочему, у меня вопрос!

— Слушаю… герцог.

— А тебе нравятся драконы? А жёны? А хочешь себе драконо-жену⁈ Хочешь познакомлю? Она правда немного костлявая, но ничего, откормишь! У тебя вон… массы много, поделишься. Хочешь, хочешь? — захлопал я ресничками.