— Кто хоть шаг сделает — пожалеет, — спокойно, но твёрдо сказал он, поворачиваясь на демонов и ангелов, — Назад, вперёд — не имеет значения. Стойте, где стоите.

Все на миг застыли. Ангелы переглянулись. Они были с приказом, но без руководства, а потому ответные действия и все решения на ИХ плечах.

— Мы предупреждали. Он сделал шаг, — ангел сжимает копьё, забрало щёлкает, — Теперь мы в праве…

БАХ!

Перед ним из ниоткуда возникает копия Михаэля и коротко бьёт в живот! Рука клона покрывается камнем, загорается и взрывом пламени феникса сносит ангела! И он… отлетает. Отлетает, словно не двухметровое создание в серебряной броне, не воин Небес, а обычный мешок с перьями!

Ангел упал, прокатился по снегу и уже захотел подняться, как сильно закашлялся. Его кожа начала заметно рябить, а конечности дрожать, будто включались и выключались!

Отбросил то его взрыв, но урон… нет, от огня ангелы не страдают. Они, пусть и физические, но всё же — создания Небес из человеческой души. И если у них такая реакция на удар Михаэля, то это может значить только одно.

Он бьёт по их душе напрямую. Следовательно — бьёт по всему ангелу разом, игнорируя любую защиту.

— Ха… ХА-ХА! — загоготал демон, вскидывая меч и делая шаг, — ОН ЗА НАС! СМЕРТЬ АНГЕЛЬСКОМУ ОТРО…

Клон появляется сзади него, хватает обеими руками за глазницы, и медленно, с хрустом костей и плоти, с воплем ещё живого создания… разрывает тело надвое! Чёрная кровь закапала на снег, а тело тут же начало испаряться!

Ещё демон вскинул арбалет. Клон Кайзера скрещивает руки, направляет вниз, и из чёрной смолы, с чудовищным рёвом, разрывая землю и раскидывая мелких демонов, вырывается ЧУДОВИЩЕ! Огромное, чёрное, покрытое бурлящей смолой, оно походило на четырёхметрового тощего человека с канатами тонких, но отчётливых мышц, с белоснежным рогатым черепом и красными глазами, горящими на месте пустых глазниц!

Чудище выскакивает из земли и одним ударом превращает демона в кусок сжатого кровоточащего мяса, в ошмёток на снегу! БАХ! Удар его лапы порождает грохот, и все невольно поджимаются, ожидая лавину.

Монстр протяжно выдыхает через костлявые ноздри. Белый морозный пар расстилается по земле. Всё моментально обмораживается, и раскиданный снег возвращается, но только… другой. Более синий. Острый. Иней, где снежинки остры как терновые шипы. Смертельный, пагубный и очень нехороший мороз, впивающийся в кожу, моментально окутывает ноги, сковывая движение.

Оригинальный Михаэль же продолжал оглядывать всё место происшествия. Он внимательно и очень хмуро фиксировал каждую деталь, причём именно с Древом, тогда как на врагов вокруг будто даже не обращал внимания.

А враги застыли. Вот сейчас уже точно.

Сколько ещё клонов в невидимости тут стоит? Какой силой от оригинала они обладают? И главное…

Какой силой на самом деле владеет САМ оригинал?

— Как ты смеешь идти против небесного порядка?.., — процедил другой из ангелов, сжимая двуручный меч, но не решаясь сделать шаг, — Отродье!

— Я вас предупреждал.

— У тебя нет никакого…

— Земля. Моя, — прорычал он нечеловеческим голосом, — И больше никто из вас не принесёт свои правила в МОЙ дом!

На его лбу открылся третий глаз, что с подсознательным воплем начал метаться по сторонам, фиксируя любое зло, а над головой вспыхнул остроконечный нимб.

— Кара настигнет всех, кто пришёл с мечом в мой дом! Люди — МОЙ народ. И Земля — МОЙ дом! — голос парня усилился, и он поворачивается на застывших демонов, — Здесь Я и судья, и палач, и Правосудие! Я ХОЧУ быть добрым, но если вы не будете слушаться, то и топор Войны занесу тоже Я!

Казалось, что он смотрит не на всех, а на каждого отдельно. Что его глаза небесного цвета впиваются в душу и сущность, начиная копаться в ней как рой насекомых в трупе животного.

— Я наблюдал за всем с самого начала. Вы все при своём, все правы и не правы. Вы все — люди в ином обличии. И вы на МОЕЙ Земле! — его мышцы скрипят, будто готовясь к трансформации, — И мы все будем говорить.

Спустя некоторое время. Инферно. Домен Люцифера.

Князев шагал по замку.

До потери памяти Люцифер любил обставлять своё жилище. Наверное, потому что смирился, что ему тут ещё жить и жить, и ни Князев, ни Небеса с их вечно палящим солнцем, не дадут ему спокойно делать что вздумается.

Его домен, замок — место, где он буквально заперт, и в его власти это место менять. Это его дом. И Люцифер был известен тем, что в последние сотни лет очень бережно обставлял свою «сокровищницу». Здесь было правда приятно и очень богато — каждый, кто тут побывал, всегда хорошо отзывался о доме второго дьявола во вселенной.

И потому куда напряжённее видеть, как это место… буквально заброшено.

Нет ни слуг, ни присущего идеального домашнего порядка. Да, здесь нет хаоса, не видно битвы, и место точно не покидали в спешке! Его именно что просто решили оставить и не возвращаться.

И отворя тяжёлые кованные двери в тронный зал, Князев, естественно…

— Никого, — вздохнул он.

Тронный зал точно так же пуст, как и пусты остальные комнаты. Ни души. Нигде.

Люцифер покинул свой дом. И если никто не знает где он, то значит… он нашёл способ претворять свои планы незамеченным.

Князев ещё раз огляделся, больше от досады, чем с целью кого-то найти, и услышал голос в ухе.

— Виктор, там Миша уже на месте. Скоро будет конференция.

— Понял, возвращаюсь, — кивает Князев.

Император ещё раз оглядывается в полной темноте брошенного замка, и… вздохнув, направляется на выход.

Неизвестно, как далеко Люцифер всё забыл. И это важно. Потому что ранний Люцифер — очень и очень опасный противник. Менее предусмотрительный, более безрассудный и нетерпимый.

Плохое предчувствие.

Я сидел на диване. Вокруг все крутились. Буквально все — потому что конференция проводилась сразу же в Греции, и… ну… тут все и были.

Ну и, конечно, я никого не просил приходить, но узнал один — узнали все, и тут же решили навестить.

— Ох, ну что снова не так, ох… — крутилась Катя, — Ну вот опять набедокурил! Ну вот опять! А ведь меня рядом не было всего час!

— Я, наоборот, всё уладил, между прочим! — спокойно говорю.

— С другими, почему-то, таких проблем нет… — бурчит Лёня, — Миша, ну чего ты такой?.. Ох…

— У других нет ни сил, ни полномочий решать судьбу мира. А я ему желаю всего лучшего, — я вздыхаю, — Не переживайте, всё на мази. Временная трудность.

Все всё равно хмурились. Пусть не прошло и дня, но все всё равно в курсе новостей. И про спустившиеся Небеса, и про явившуюся Бездну, и про то, как я встал поперёк сразу им всем.

Их беспокоил даже не я. Понятно уже, что я человек-проблема, но только сильный, и как-то справлюсь.

Все за ситуацию в мире переживали.

В прошлый раз, когда Небеса пошли войной на Бездну, человечество чуть не вымерло, напомню. Спасибо Люциферу. И, с учётом, что к делу причастен я, можно смело ожидать катастрофу вселенского масштаба!

— Может есть ещё что-то, что нам лучше знать? Ну так… чтобы с ума не сойти в один момент от новостей? — аккуратно и как всегда очень метко спросил Максим.

— Ну… вообще есть, — задумываюсь, — Но вы узнаете об этом чууууть попозже.

— Мы умрьом?..

— О, нет! Это, наоборот, всем понравится. Особенно тебе, — говорю я Кате.

— Мне-е-е⁈ — даже чуть возмущенно распахнула она глаза-блюдца.

— Ага, ты такое любишь, — подмигиваю, — Ладно, пожелайте мне удачки. Пойду скажу миру пару слов.

И в комнату ожидания, что находится перед конференц-залом, заходит… мой дедушка Вильгельм. Он внимательно оглядывает моих собравшихся друзей, а затем переводит взгляд на меня. Друзья же… ну, застыли. Ведь все прекрасно знают кто это.

Все знают Императора Германского.