— Нам своих палок не хватает, что ли?

Я покачал головой:

— Не то чтобы, но я должен был отреагировать. Чтобы мой подопечный чувствовал свою важность. Тут же, понимаешь, надо линию выстраивать, — я повёл в воздухе ладонью. — Чтобы он и дальше приносил пользу, как осведомитель.

Эльдар почесал затылок.

— Ну… оперативное сопровождение мы всё равно вести не будем. В ОБЭП уйдет… или как там их по-новому называют?

— ОЭБиПК, — подсказал я.

— Тьфу, блин, язык сломаешь, звучит — будто Джигурда охрип.

— Ну и ладно, — буркнул я. — Дело у следака будет, а мы задержим преступника. Карточку на УГРО выставим.

Я посмотрел на него.

— А у нас, сам знаешь, как отчётность ведётся. Кто задержал и доставил — тот и раскрыл преступление.

Эльдар усмехнулся.

— Тоже верно.

В этот момент у меня зазвонил телефон. Я ответил сразу же.

— Егор, приготовься, — тихо сказала Инга.

— Ты сейчас где?

— Там же. Отправляю изображение тебе на телефон.

— Вижу.

На экране сразу появилось видео. Я увидел её.

Она сидела за зелёным столиком на фудкорте торгового центра, болтала ногой и держала телефон возле уха, будто разговаривала с подружкой ни о чем. Со стороны выглядело совершенно безобидно, но я знал, что на самом деле она контролирует все камеры в здании.

Торговый центр теперь был под её колпаком.

— До связи, — сказал я и отключился.

Я повернулся к Эльдару.

— Готовься, Эльдарчик. Он идёт.

— Кто?

— Наш клиент. Пистолет-то ты с собой взял?

Он удивлённо пожал плечами.

— А на хрена? У нас что тут, Чикаго? — фыркнул он. — Из него пальнёшь, потом задолбаешься отписываться.

Он похлопал себя по карману.

— Я лучше так корочки покажу.

— Эх… молодёжь, — проворчал я.

— Ой, да ладно, — отмахнулся он, теребя подбородок. — Нашёл молодежь. Я вообще-то старше тебя.

В этот момент из разъезжающихся дверей торгового центра вышел парень.

На первый взгляд — молодой хлыщ. Худощавый, с подростковой фигурой. Но если присмотреться внимательнее, становилось понятно, что он уже далеко не пацан. Просто маленький рост и узкие плечи делали его визуально моложе лет на десять.

На нём был пижонский костюм, светлая рубашка, аккуратные запонки. Типичный мажорчик или бизнесмен.

Коровин заранее объяснил мне, кто он. Этот парень возил откаты от чиновников и бизнесменов, оформлял подставные фирмы, через которые отмывались деньги. Проводил финансовые операции, которые никогда не должны были попасть в официальные документы. Проще говоря, специалист по криминальным экономическим схемам.

В руке у него был кейс из коричневой кожи с золотистой пряжкой. Пряжка поблёскивала на солнце так, будто действительно была из настоящего золота. В чемоданчике он и вёз чёрную кассу. Сколько именно, мне достоверно известно не было. Миллионы рублей, это точно. Деньги, прошедшие мимо налогов, результат незаконного обналичивания.

— Этот, что ли? — спросил Эльдар.

— Тише ты… — прошипел я. — Ты ещё пальцем на него ткни.

Мы вылезли из машины и пошли ему навстречу. Подошли почти вплотную.

— Гражданин Листьев? — спросил я, показывая удостоверение.

Он замедлил шаг и остановился. Несколько секунд внимательно смотрел на корочку.

— Ну… допустим, — сказал он.

— Проедете с нами.

Он нахмурился.

— А в чём дело? Почему меня задерживают?

— Вас не задерживают, — спокойно сказал я. — Вам предлагают проехать.

— А если я не хочу? — предельно вежливо поинтересовался тот.

Я сделал паузу.

— Но если хотите, мы можем прямо сейчас пригласить понятых, провести личный досмотр и оформить задержание под протокол.

Он сразу напрягся.

— Нет-нет… не надо. Давайте… конечно… поедем, — он попытался улыбнуться. — Но вы объясните, что происходит.

— Объясним по дороге, — сказал я и кивнул Эльдару.

Мы посадили Листьева в машину. Когда я закрывал дверь, взгляд зацепился за ещё одного человека у входа в торговый центр. Крупный мужик в джинсах и рубашке внимательно наблюдал за тем, как мы забираем худого вместе с его кейсом. Ага… Группа прикрытия.

Не просто так в одну каску этот парень с чемоданом налички гуляет по торговому центру. Охранник у него имеется. Но тот в ситуацию не полез. Увидел наши удостоверения и решил не вмешиваться. Да и ладно, не нужен он нам. Спектакль должен был разыграться строго по нотам.

Мы привезли Листьева в отдел, провели в кабинет. Он сидел на стуле, нервно теребя пальцами ручку чемодана. Я строго посмотрел на него.

— Ну что, гражданин Листьев… что у нас в чемодане?

Он сразу напрягся, привстал.

— Послушайте… как вас там… Егор Николаевич, да?

Я кивнул.

— Насколько я понимаю, вы не имеете права меня досматривать без оснований.

Я резко ударил кулаком по столу.

— Сядь.

Он вздрогнул.

— И угомонись, — я кивнул на чемодан. — Открывай сам.

Он побледнел.

— Я ничего открывать не буду. Я требую адвоката.

— Обойдемся без адвокатов… — сказал я спокойно, взял чемодан, щёлкнул замками и открыл крышку.

Внутри лежали аккуратные пачки денег. Эльдар тихо присвистнул.

— Ничего себе… — он наклонился ближе. — Сколько тут?

Я прикинул на глаз.

— Миллиона три… не меньше, — я повернулся к напарнику. — Эльдарчик, выйди погуляй.

Он удивлённо уставился на меня.

— Что?

— Я говорю, сходи купи… сахар к чаю.

— Какой ещё сахар? — нахмурился он.

— У нас в кабинете закончился.

Эльдар фыркнул.

— Мы же чай без сахара пьём.

— Ну вот, — сказал я. — А теперь я захотел рафинада. Сходи, будь другом.

Эльдар прищурился.

— А тебе помощь не нужна вот с этим всем? — кивнул он на чемодан. В глазах у него мелькнул азарт. — Тут ведь такая сумма…

Я посмотрел на него холодно.

— Я тебе как старший опер приказываю. Выйди.

Он вздохнул.

— Ладно.

Эльдар ещё раз покосился на чемодан, потом на Листьева, будто мысленно прикидывал, сколько там внутри, и нехотя вышел из кабинета.

Дверь закрылась. Услышав этот щелчок, Гена буквально вжался в стул.

— Я требую адвоката… — продолжал он бубнить, как заезженная пластинка.

Я подошёл ближе и положил руку ему на плечо. Он вздрогнул.

— Послушай, друг сердечный, — сказал я спокойно. — Мы можем всё порешать без адвоката.

Он насторожился.

— Как это?

— Очень просто.

Я наклонился ближе.

— Ты сейчас берёшь ноги в руки и идёшь домой. Ну или куда там ты собирался.

Он вытаращился на меня.

— Так… просто?

— Ну нет, конечно. Просто даже блошки не плодятся.

Я постучал пальцем по чемодану. Стук вышел не звонкий, дорогой.

— Чемоданчик я оставлю.

Он моргнул.

— Как… вещдок?

Я усмехнулся.

— Гена, не тупи. Какой вещдок? — я развёл руками. — Протокола нет. Понятых нет. Досмотра не было. Гуляй, Вася. Радуйся свободе. Живи дальше.

Я постучал пальцем по столу.

— Ты меня не видел. Я тебя не видел. И о чемоданчике разговоров не заводи.

Он несколько секунд смотрел на меня, потом быстро закивал.

— А… я понял. Я согласен.

— Вот и славненько.

Я сел за стол.

— Сейчас подпишу тебе пропуск на выход.

Он немного помолчал и осторожно сказал:

— Но… тут ведь очень большая сумма.

Я поднял глаза.

— И?

— Может… я хотя бы половину заберу?

Я резко посмотрел на него.

— Слышь, Гена. Ты не в том положении, чтобы торговаться.

Он сразу сжался. И без того худой и щуплый, теперь он будто старался сделаться двухмерным.

— Да… да… конечно… Спасибо, Егор Николаевич, что вошли в моё положение.

Я усмехнулся.

— «Спасибо» я уже изъял.

Он поспешно замотал головой.

— Да нет… это не то, что вы думаете. Это деньги от бизнеса… просто налоги душат… сами понимаете…

Я даже вскинул перед ним руки:

— Я ничего не хочу слушать, — и указал на дверь. — Всё. Иди.