Ну и - получил. Язык вздрогнул и, держа меня в горизонтальном положении, стремительно протащил по всей каменистой поверхности вкруговую. Естественно, меч из руки, врезавшейся в бетонный обломок, снова выпал.

На какое-то время я сам выпал из реальности. В личную тьму.

Пришёл в себя и почувствовал, что дышать стало легче. Правда, видеть - ничего не видел. И почему-то дёргался. Но не сам. А на чём-то. Попробовал подвигаться, чтобы выползти из ослабевшего языка. Сверху-то всё равно давило.

- Спокойно, Вадим. Потерпи немного.

Голос знакомый. Но глуховат. Будто из-за стены доносится.

- Кто…

- Я это, Дэнил. Подожди, сейчас вытащу.

- Отку…

- Болтун.

Он сказал - и мне сразу стало легче. Если уж Дэнил так отвечает, значит, и впрямь можно потерпеть немного. Я расслабился, а через минуты две он вытащил меня. Точнее - стащил с нижнего оборота языка, разрезав верхний.

- Ну и поросёнок, - задумчиво сказал Дэнил, разглядывая меня.

Гарм чихнул, подтверждая.

- Я поросёнок, но поросёнок живой, - возразил я, еле ворочая раздутыми губами. Потом сделал попытку приподняться.

Дэнил понял, чего я хочу, и сказал:

- Не шевелись. Дыра закрыта. Я переговорил с Диланом. Сейчас сюда прибудет Иннокентий с ребятами-волонтёрами, перевезём тебя наверх со всеми удобствами.

- Не…

- Не разговаривай. Ты сейчас как хороший бифштекс, так что лежи спокойно. Я использовал твой метод вызова Дилана. Он смирился с ним, когда я пообещал, что научу и его таким образом связываться с нами.

- Ребята… Опасно.

- Я предупредил их. Они приедут на хорошем крытом грузовике. Вооружённые.

- Почему…

- Почему сам не подлечу? Чревато. Привыкнешь брать чужую энергию - не станешь вырабатывать своей. Всю жизнь будешь кормиться на донорах. Тебе это надо? Придёшь в себя - будем учиться.

Он наклонился куда-то вбок, повозился. В руках у него оказалась фляжка с водой. Будто так и надо, Дэнил отрезал карман от своей куртки и, прислонив меня к окаменелому обломку, принялся отмывать моё лицо от грязи. В первую очередь - нос и под ним, так как мой насморк оказался кровавым, из-за чего и приходилось дышать ртом. Было так тихо и спокойно, что мы оба буквально подпрыгнули, когда в разгромленном зале старинного метро раздался самый обыкновенный телефонный звонок. Издалека, но звонко. С бегающим по стенам глухим эхом.

- Дьявол… - пробормотал Дэнил, оглядываясь в поисках телефона. - Какого?.. Гарм, сторожить! Вадим, полежишь без меня?

- Да уж не сбегу.

Я был благодарен Дэнилу, когда он, прежде чем уйти, сунул мне в руки "Скорпион" и даггер. Хотя, судя по его действиям, он не сомневался, что так и должно. В смысле - оставлять меня без оружия не годится.

Гарм присел рядом со мной, следя за перемещениями Дэнила, ищущего источник звонка. От пса шло тепло, и я быстро успокоился. Если уж я, будучи тигром в воображении, наделал столько "делов", то в паре с Дэнилом (и с псом) можно вообще ничего не бояться.

Дэнил отсутствовал недолго. Вернулся задумчивый и продолжил моё омовение, сообщив лишь:

- Сейчас появятся незнакомые лица с каким-то важным сообщением. Нас просили не пускать сразу в ход оружие.

Заинтригованный, я сделал только один вывод: незнакомые лица мало того что знали о нас обоих, но уже и сталкивались с нами в не совсем дружественной обстановке. А Дэнил, забывшись и перестав протирать моё лицо, так же задумчиво огляделся и тихо высказался:

- А ведь здесь камер должно быть немеряно. И некоторые за это время всё ещё…

Он не договорил, но я сообразил, что он имеет в виду. Переспросить, чтобы удостовериться в своей правоте, не успел. Дэнил взглянул направо и поднял брови.

- Ха… Чистюли…

Он помог мне сесть у моего обломка, как в кресле. Отдышавшись, я присмотрелся к двоим идущим и присвистнул:

- Какие люди! И без охраны! Почти…

- Ты знаешь, кто это?

Ещё бы не знать!.. Как и тогда, в квартире Серены, тип в чёрном костюме с бабочкой выглядел холёным, правда, несколько бледным. Но это - возможно, за счёт плохого освещения. Но точно не за счёт плохого освещения топорщилась рубаха там, где его перевязали. Ранил-то я его под ключицу. Интересно, почему здесь он, раненный мной, а не кто-то другой? Больше людей в той шабле нет?

Непрофессионал. Даже я, лишь недавно вплотную прикоснувшийся к жизни спецов, не представляющих жизни без оружия, понял это.

Даже явно вооружённый тип, сопровождающий Холёного рыская глазами по сторонам, и тот… Я подвигал рукой с ПП, примериваясь. Да. Даже в таком состоянии я легко снял бы его.

- Это они - Серену напугали, - негромко сказал я, чтобы слышал только Дэнил.

- Кажется, ты их тоже… неплохо напугал, - усмехнулся он.

Спотыкаясь и охая при каждом резком движении, Холёный добрался до нас и с минуту пялился на полбашки псевдопаука, будто вросшей в землю. Клыкастой челюстью, будто кусающей землю, к нам. Слепо запрокинувшего на потолок потухшие зеркальца глазищ, всё ещё отсверкивающие тусклым серебром.

- Господи… - прошептал он.

Гарм встал и… Нет, мы такого точно от него не ожидали! И не учили такому! Но он не спеша протрусил к башке и, примерившись, поднял заднюю лапу. Закончив священнодействие, он так же неспешно приплёлся назад и уселся рядом с нами.

Холёный перевёл дух.

- Я представляю организацию… э-э… Не будем называть конкретные институты…

Дэнил медленно улыбнулся. Холёный икнул. И намертво замолчал, в ужасе уставившись на Дэнила.

- Вот так, - негромко сказал Дэнил. - Итак, тебя, шавка, зовут Джейкоб Макривз. Ты представляешь один из лагерей в институте, где когда-то работал Дилан. И при котором когда-то воспитывался (так называемое) я. Ваша группа была против, чтобы оставить дыру открытой, но действовали уж очень подленько. Ложа масонов, блин. Кого боялись? Хозяев, под чьей конторой работали? Государства, которое не знало, что делать свалившейся на его голову проблемой? Вы пробудили Вадима, чтобы в процесс, тянувшийся годами, вмешался человек со стороны. Спасибо вам, конечно, а то бы я ещё долго пребывал в не самом лучшем состоянии. Теперь вы…

Неприлично перебив, холёный Джейкоб Макривз торопливо заговорил:

- Мы принесли вам амнистии! Теперь вы можете жить нормальной жизнью порядочных членов общества…

Если этот тип себе позволяет перебивать нас, то почему бы и мне не сделать того же? Я приподнял "Скорпион", лежащий на локте и уже переведённый на одиночный огонь, и, благо Дэнил видел, выстрелил. Макривз вздрогнул и замолк, обернувшись. Его телохранитель, оторопев, судорожно вздрагивал рукой у пояса с кобурой.

Ещё выстрел. Третий.

- Две камеры и телефон, - безразлично сказал я. - Ещё одна камера за столбом. Больше ведь нет? Теперь мы: вы отдаёте нам ваши амнистии и убираетесь из нашей жизни. С Подпольем мы справимся сами. Забираем его в качестве премии. И если кто-то из вашей братии попробует только вякнуть о научных исследованиях… В общем, мы теперь всегда знаем, где вас искать. Точно, Дэнил?

- Точно, - согласился он. - Да, уходя - не забудьте, что здесь, в тумане, ещё много осталось иномирных экземпляров, которые жаждут полакомиться чьей-нибудь нежной плотью.

Эпилог.

Боссу на работе сообщили, что я попал в крупную аварию на Нижнем уровне. Свидетельство о моём состоянии было подписано доктором Арнольдом и представляло собой такой длинный перечень повреждений, что босс перезвонил самолично и предложил взять к больничной неделе недельный же отпуск для полного выздоровления. Мы в этот момент находились в саду мамы. Серена, выслушав, искренне поблагодарила его, но скептически сказала, отключив телефон:

- Надо было вписать в свидетельство сломанную ногу - тогда мы могли бы позволить себе медовый месяц.

- Слишком долго, - пробормотал я, потягиваясь в гамаке - так, что она свалилась с краю на меня полностью. - Я отвыкну от Микки и Фрика и потом при виде них постоянно буду дёргаться.