— Ксанрос и Панана из семьи Молд. Бывшие члены клана Дизир, бывшие пленники клана Дизир, сумевшие сбежать и нашедшие убежище у Ордена Небесного Меча. Когда-то семья Молд влилась в семью Дизир, усилив их и сделав одним из сильнейших кланов Пояса. Но Дизир поступили с ними подло, и сейчас, когда история Дизир подошла к концу, я предлагаю вернуть из забвения семью Молд. Я предлагаю всем Дизир, — голос Хорита загремел, достигая и Армии Пределов Дизир на том берегу реки, — выбрать сейчас сторону. За кого вы?

Теперь рявкнул Ксанрос:

— Это спрашиваю я, Ксанрос Молд! За кого вы⁈ За Болайна Дизир, который объявил, что я погиб, и тайно бросил меня в клетку за то, что я был не согласен с его решениями?

Едва он замолчал, как спросила Панана:

— За кого вы⁈ — её звонкий голос разносился окрест ничуть не слабее. — За Болайна Дизир и его брата Силуса, который бросил меня в тайную тюрьму за то, что я отказалась стать его любовницей?

В два голоса они спросили:

— Или вы за справедливость и Молд⁈

Едва их голоса стихли, как Болайн спокойно, не обращая внимания на бледного сына, который дёргал его за плечо и что-то требовал мыслеречью, сказал:

— А вот и пропажа. Что же, теперь мне полностью ясен ваш план, — оглядев Хорита, Ксанроса и Иликана в небе, он спросил его: — Или есть что-то ещё?

Я чуть склонил голову, оглядывая всё это исподлобья и улыбаясь. Сейчас, да? Сейчас же? Ну!

— Итак, — Болайн опустил голову, расцепил руки, опустил их, словно подвёл итог. — Мой клан ложно обвинён в преступлениях, Орден обманом победил в поединках, затем вытащил на свет освобождённых из тюрьмы преступников, убийц и предателей, и с помощью вступивших с ними в сговор Стражей предложил уничтожить мой клан и отдать его земли другим, — ухмыльнулся, оглядел ещё раз Хорита, комтуров, покачал головой. — Преступлений оказалось даже больше, чем я ожидал, старший. Прошу вашего заступничества перед лицом несправедливости.

— Вижу.

Голос, раздавшийся словно отовсюду, заставил десятки идущих вскинуть головы, пытаясь обнаружить его владельца.

А меня заставил довольно выдохнуть.

Да. Сейчас. Я оказался полностью прав.

— Поражён, насколько прогнили порядки в ваших Поясах Отсева, — задумчиво продолжал голос. — Поражён, насколько сгнили ваши Стражи. Пожалуй, я лично притащу их к реолу Таласу. Настало время полностью пересмотреть систему Стражей в ваших Поясах. Ты хорошо потрудился, младший.

— Рад помочь великому клану Эрзум, старший, — склонился Болайн.

Через миг, следуя его примеру, склонились в приветствии и все остальные Дизир, стоявшие рядом с ним.

Я же теперь улыбался ещё шире. Эрзум. Второй Эрзум. Пересмешник будет счастлив.

Но улыбка застыла у меня на губах, потому что в сотне шагов от земли из пустоты появилась фигура в чёрно-алом халате, стоящая в воздухе, и на землю обрушилось давление и звенящий силой и струной голос:

— На колени, преступники, и я сохраню вам жизнь!

Дарсовы Эрзум. Дарсовы Дизир. Дарсовы Стражи дарсовых Границ.

Как это возможно?

Чёрно-алый в небе не был Властелином.

Это дарсов Повелитель Стихии!

Но это я задавался сомнениями — как же так вышло, что во Второй пояс какие-то жалкие Дизир сумели протащить мимо Стражей целого Повелителя, — а вот Хориту до этого и дела не было.

Он, вероятно, и вовсе не понял уровня Возвышения незваного гостя — думал, мы готовы к его появлению, поэтому выдохнул:

— Ни за что! — и исчез, через миг уже врезаясь в Болайна.

Вперёд ринулись и Амма, и Ксанрос, и Тола, и десятки других идущих, причём с обеих сторон, преодолевая давящую на них силу.

Чёрно-алый в небе мрачно прогремел:

— Что же, вы сами выбрали свою…

Рядом с эрзумцем возник Иликан, ударил мечом, какой-то духовной техникой, спустя миг рядом появился и Клатир, тоже замолотил мечом, вспыхивающим синими разводами при каждом ударе.

У них был вдох.

Через вдох во все стороны от эрзумца хлынула алая волна, ожившее пламя, захлестнула Стражей, отбросила, поволокла прочь, вгрызаясь в их тела и накрывая небо багровым облаком, проливаясь огненной моросью на лес.

— Прочь! — хлестнула следом сорванная струна.

Я скрипнул зубами. Тупые джейры. Куда им — Властелинам даже неполных звёзд — лезть против Повелителя Стихии?

Мне хватило короткого мига, чтобы понять — вряд ли они останутся на ногах после такого, вряд ли удержатся в небе.

Тупые джейры, вместо того чтобы…

— За Орден!

Меня — флагоносца Ордена — едва не сбили с ног. Вопя во всё горло, пользуясь тем, что давление на них исчезло, вся Армия Предела сорвалась с места, ринулась вперёд — к Эрзум и уже сражающемуся магистру Хориту. Потекли рекой разноцветных халатов, обтекая схватку Предводителей, торопясь навстречу такой же, только однотонной Армии Пределов Эрзум, лавой рвущейся через мелкую речушку и сцепившейся на той стороне между собой.

— За Молд!

— За Дизир!

Спохватившись, сам отдал приказ:

— Нинар! На тебе защита младших внизу. Это вся Армия Предела. Перехватывай всё, что может рухнуть на них! Помогай там, где они не справляются, но не выдай себя раньше времени.

— Понял, глава!

— Предводители! — постарался дотянуться мыслеречью до всех, кого помнил. До Толы, Ловера, Шуя, Гилая, Ираи, Тивара, Тордака, Остира и всех прочих. — Защищайте младших, выискивайте Предводителей Эрзум! Они ваша цель!

— Есть! — был мне короткий, слаженный ответ.

— Пересмешник!

— Рано… — процедил тот в ответ, с полуслова поняв меня.

Я и сам поджал губы. Всё верно — рано.

Понятно, почему Стражи ринулись в битву — они просто не поняли, что перед ними не Властелин, пусть и более сильный, а Повелитель Стихии.

Простительно для тех, кто сидит в Тюремных поясах уже половину столетия и забыл, как они вообще выглядят, эти самые Повелители.

Я вот не забыл. А может, тоже ничего не понял, но предположил худшее и оказался прав.

— Господин, — с напряжением в голосе сказал Пересмешник. — Сфера может оказаться слишком слаба. В ней мало энергии, да и…

Он не договорил, но теперь уже я без слов понял его. Возвышение. Всё и всегда решает Возвышение.

Что же…

Я научился убивать Повелителей Стихии. Но сейчас важно даже не то, выживу ли я при этом убийстве, а то, что я не могу позволить себе убить его. Всё идет не по плану. Я не могу позволить себе просто и без затей…

Я оборвал мысль на середине, чтобы не спугнуть его раньше времени, не дать ни малейшего повода Прозрению предупредить нашего гостя. Сжимая флаг Ордена, продолжил думать о своём, неважном и неопасном.

Повелитель Стихии без Нефрита Души?

Смешно.

Нефрит Голоса не способен передать мыслеречь через Великие Барьеры, как не способен и сам Повелитель Стихии дотянуться ей до кого-то из своих.

Но Нефрит Души — совсем другое дело, а у меня тут нет Райгвара с его формациями ловушки.

Значит…

Я могу… познакомиться с этим эрзумцем, но только тогда, когда одолжу его Нефрит. Это ведь такой интересный артефакт, вряд ли он откажется поделиться им и передать Фатии.

Я прищурился, оценивая, как багровое облако откатывается назад, к эрзумцу, снова открывая солнце, закручивается в вихрь.

Ох, не тому я тренировался в жетоне, ох, не тому.

Наконец в основании огненного вихря стал виден и сам эрзумец — нахмуренный, злой. Голос его вновь загремел над уже сошедшимися в битве двумя Армиями Пределов:

— Вы что, смерти ищете? Дожди…

Договорить ему я не дал, отпустив наконец флаг и прямо с земли уйдя перемещением и рявкнув приказ:

— Пересмешник!

Только что между мной и эрзумцем было почти две-три сотни шагов, а уже через миг я оказался на расстоянии полутора шагов от него и резко махнул Пронзателем.

Лезвие Пронзателя прочертило по груди эрзумца, распарывая халат на уровне ключиц, оставляя на нём кровавую черту. Неопасную, несмертельную, не глубже десятой доли пальца.