Я осторожно высунулась из палатки и с опаской взглянула на воинов. Судя по всему, сегодняшняя попойка ничем от вчерашней не отличалась: мужчины были заняты спором, пару человек, перевернув распиленное бревно, устроили бой на руках. Сплошное веселье! И не скажешь, что прошлой ночью на лагерь напали.

Варвары они и есть варвары.

От кухни по дощатому настилу перешла на следующую улочку, и оказалась у палаток, за которыми прикован к столбу Бьёрн. Пройти ещё шагов десять и окажусь на месте. Пламя от костра хорошо освещало сходню, доходило до небольшого проёма между палаток, где находился пленник. Разглядеть, что возле него кто-то околачивается, не составляло труда. Но воины развеселились и я надеялась, что на какое-то время они будут отвлечены. Я направилась к столбу. На всякий случай, сделала вид, что выискиваю сухие ветки для костра.

Оглядываясь, подошла к пленному совсем близко, так, что услышала потрескивание факела, воткнутого тут же рядом возле столба. Грязный, с запечённой по телу кровью несчастный не мог пошевелиться. Руки связаны сзади верёвкой, а металлический браслет до язв натёр щиколотку. Наверное, от увиденного у меня волосы встали дыбом. 

Бросила взгляд на рванные языки пламени и вдруг показали мне судьбу этого человека: Кровавый Эдвард взметнул меч и оборвал жизнь бывшего товарища Радмира. Слегка замотала головой прогоняя ужасное видение прочь. Лишний раз убедилась в слабости своего Дара. Я точно знала, что пленника казнят сегодня ночью. Кровавый Эдвард тут совершенно ни причём. Только откуда эти неправдоподобные и страшные картины?

— И в таком виде ты будешь биться на мечах? — спросила я. 

Покачивая головой, пленник медленно поднял на меня глаза. С трудом разлепил губы пересохшие губы. 

— Я тебя помню, — прошептал он. — Ты Ария.

— Откуда ты знаешь... — удивилась я, но тут же спохватилась. — Ладно, не будем терять время. 

Выпавшее из складок юбки сыровяленое мясо слегка оживило пленника.

— Руки, — прошептал он. — Прошу… затекли совсем…

— Сейчас! — Я кинулась к нему за спину развязывать верёвку. — Потерпи...

С пятой попытки мудрёный узел поддался. Пленник обхватил запястья в том месте, где верёвка оставила следы. Молча долго растирал.

— К сожалению, цепь я снять не смогу, — сказала я, опустив голову. — Закон воинов ты знаешь... Но я принесла еды. Вот! Держи.

Оказалось, что пленник не ел вторые сутки, и только я вручила ему лепёшки и мясо, он тотчас жадно на еду набросился. Наши с ним разговоры на этом кончились. Словно дикий зверь рычал, яростно разрывая зубами сушёные мясные волокна. Понятное дело, когда в желудке долгое время не было ни крошки, не до болтовни. Я уселась на землю рядом.

Воины у костра загоготали – ну и славно, пусть ещё подольше не обращают на нас внимания. Я терпеливо ждала, пока Бьёрн насытится. 

Через некоторое время, когда он почти всё съел, увидела, как с насиженных у костра мест начали подниматься люди. Ну всё. Это за пленником. Видно, пришло его время. Вручат меч и прикажут драться. Это если бедолага сможет поднять оружие. Судя по его состоянию, ему и стоять будет нелегко. Лишний раз утвердилась в правильности своего поступка. Дав немного подкрепиться, хотя бы скрасила человеку последние минуты его жизни.

— Доел? — поторопила я его. — Мне нужно снова завязать тебе руки, прости...

Он смиренно завёл руки за спину. Перед тем, как наклониться к его запястьям, посмотрела в карие глаза частично скрытые взлохмаченной чёлкой. Теперь взгляд пленника не казался мне таким уж измученным. Дерзкий, полный злобы демон схватил меня за руки и прошипел в лицо:

— Привет от короля.

— О чём ты?

— Он приказал, если ты не вернёшься, то пусть не достанешься никому. Поэтому ты идёшь со мной прямо сейчас!

— Так нельзя... — я дёрнула руки, но бессилие воина как рукой сняло. Меня удерживали стальные холодные пальцы. — Ты... ты... предатель!

— Так и есть, — согласился он. — Лучше пять минут предатель, чем всю жизнь мертвец.

— Я же к тебе с добр... 

Договорить я не успела, слово оборвалось и где-то затерялось. Руки мои уже никто не держал. Желудок свело судорогой, дыхание сбилось. С ужасом схватилась за живот – там, где разлилась резкая жгучая боль. Пальцы коснулись твердого предмета. Опустила глаза и только через несколько мгновений сообразила, что из живота выглядывает рукоятка ножа. Первая здравая мысль, которая пришла – найти Радмира. Не сделала и шагу, как ноги подкосились и я стала оседать на колени. Где-то рядом услышала лязганье цепи. Наверное, пленник расстегнул оковы. Рядом толкались разъяренные воины. Помню их широко раскрытые глаза. Мужчины что-то яростно кричали, но доносившиеся звуки перемешивались и рассеивались как туман.

— Нож! — сладким мёдом по венам разлился голос Радмира. — Откуда  у него нож?!

Любимый великан склонился и нежно обхватил руками мою голову. И мы с ним вдвоём погрузились в приятную колыхающую негу. И он обнял меня, так же волнующе как тогда в первый раз меня приняли воды океана. И набежал ветер, и обдувал наши счастливые лица. Мимо пролетели три ласточки. «Какое счастливое, воркующее семейство», – подумалось мне. А потом мы сами, птицами, широко расставили руки и рассекали необъятный морской простор. Всё случится так, как говорил великан. Надо непременно ему об этом сказать, но я спросила:

— Мы в плавающем доме?

Горячие ладони великана убаюкивали, усыпляли, укачивали словно на волнах. И уже я была в них маленькой бьющейся ласточкой, крошечной птичкой в громадной неприступной колыбели. Страшно захотелось спать. Глаза закрывались, но я всеми силами цеплялась за тёмно-синюю бездну, где оставался мой великан. Отчего-то она всё время куда-то ускользала. Лицо Радмира удалялось всё дальше и дальше до тех пор, пока не превратилось в невесомое облачко. А потом облако распалось на миллиарды звёзд. Безликое чужое небо, открывшееся моему взору показалось, запредельно холодным. Я заметалась от одной безжизненной звезды к другой. Всякий раз обжигаясь их ледяным дыханием. Снова одна. Закрутились события и времена. Уже не понимала, в чьём теле, в какой жизни, в каком мире я нахожусь. С единственной мыслью, что великан отыщет меня, выдохнула остаток воздуха. 

И отпустила всё в пекло.

Всплески океана. Откуда-то с небес, со мной говорит бесконечно глубокий голос. Его вибрации, проникая через поры кожи, пронизывают меня насквозь, наполняют знаниями древних провидцев. Все мысли расставляются по полочкам, голова проясняется. Я словно состою из одних звуков.

Вдруг голос исчезает. И вот я уже посреди песков, которым нет ни конца, ни края. Вокруг ни души. Небо несколько раз меняется местами с землёй, а меня, словно песчинку, закручивает в воздушном вихре. Наконец, ветер стихает. Откуда ни возьмись прилетает ворон. Я то ли иду, то ли плыву за ним. Он явно куда-то меня ведёт. Ещё оглядывается, успеваю ли...

Оказалась на знакомой лужайке, окружённой высокими соснами. Их раскидистые ветви, с мягкими, длиной в ладонь иглами, шумят под солёным ветром. Между шершавых темно-коричневых стволов виднеется серая палатка, над входом в которую висит вырезанный из дерева лошадиный череп. Ворон привёл меня к жилищу провидца и исчез.

Только протянула руку к пологу палатки, как меня сбивает с ног волна, и я начинаю тонуть. Вода сомкнулась над головой. Проходящий сквозь водную толщу свет начал тускнеть, и я увидела тянущуюся ко мне руку. Наши пальцы соприкоснулись, сомкнулись в крепкий замок и моё тело вырвали на поверхность. Распластанная на чем-то твердом, я раскачиваюсь на волнах. Нежный солёный ветер развевает спутанные волосы. Хочется скинуть их с лица, но пальцы не слушаются, рука безвольно падает. Провожу подушечками по поверхности, на которой лежу. Гладкое дерево. Над головой огромный багряного цвета полог. Мощный порыв ветра ударяет по нему, и полог надувается. Теперь уже с высоты птичьего полёта я вижу, как, яростно разрывая свинцовую гладь океана, на плавающем доме несется Радмир.