Захотелось крикнуть великану, сообщить о своём присутствии, но вовремя опомнилась. Отвлеки я его сейчас, хоть на мгновение, Эдвард непременно воспользуется замешательством Радмира.

— Ты хочешь, — надтреснутым голосом произнёс Эдвард, — чтобы я покинул замок? Но кто тогда наденет корону? Неужели тот, кто вырос с лошадями?

Великан промолчал.

— Ты здесь никто. –– Эдвард усмехнулся. — Обычный чужак, каких до тебя было так много, что я сбился со счёта. Мои люди рано или поздно тебя убьют.

— Всё это по праву принадлежит мне, — ответил Радмир. — Ты дурак, если не понял, что эти люди уже не твои.

— Ну… кое-кто мне всё же принадлежит, — сказал Эдвард и хищно улыбнулся. — Кажется, твоя ведунья сбежала?

— Что с ней? — прорычал Радмир.

Я закрыла руками рот, сдерживая порыв себя выдать. Отвлеку, и великан тут же окажется побеждённым.

Эдвард, криво улыбаясь, отвёл из-за плеча меч и занёс руку, готовясь нанести стремительный удар слева. Лезвие рассекло вечерний воздух. Радмир увернулся, присев на одно колено, и в тот же самый миг рубанул по лодыжке Кровавого Эдварда. Король с воплем повалился на спину. Я увидела на земле растекающееся тёмное пятно. Эдвард вопил и кричал своим людям, чтобы те помогли ему и обезвредили Радмира, но никто не трогался с места. Великан откинул ногой меч Кровавого Эдварда и встал с колена. Приставил к горлу побеждённого короля кончик своего меча. Эдвард лежал и не дёргался.

–– Что с ней? –– снова прогремел Радмир.

Зазвучал злой, издевательский хохот.

–– У меня служанки темпераментнее, чем она! Думаю ей…

Радмир не дал ему договорить. Разрубил ворот кольчуги и с силой вонзил лезвие в горло. На землю хлынула кровь.

Штурм завершился. Народ на площади замер, никто не шевелился, но спустя несколько мгновений горожане и люди Радмира громко приветствовали нового Короля. Великан отвёл плечи назад и поднял подбородок, я не могла оторвать от него глаз. Он повернулся, наши взгляды встретились. Дрожь пронзила меня до самых костей. Великан закинул меч на плечо и быстрым шагом двинулся в мою сторону. Мне стало так страшно, как не было никогда в жизни. Что может ожидать сбежавшая от него пленница? Ну, или не пленница, а бывшая невеста. А если не бывшая невеста, то кто тогда? Наверное, убьёт сейчас, за то, что ослушалась. 

Приближаясь, Радмир неотрывно на меня смотрел. Оказавшись на расстоянии вытянутой руки, бросил под ноги меч. И вот уже он обнимает меня, подхватывает на руки.

— Любимая, — произнёс он тихо и отчётливо. — Никогда больше так не делай.

Наверное, я засияла как Вещий в день нашего с ним знакомства. Возникло ощущение невесомости во всём теле. Щёки запылали. Я обняла великана за шею. А он  уткнулся мне в плечо, а потом посмотрел в мои глаза и наклонился так близко, что наши губы почти соприкасались. Я судорожно вздохнула, справляться с эмоциями не получалось. Полились слёзы. Его губы накрыли мои, и внутри полыхнуло пламя. Поцелуй длился пару мгновений, но это время показалось мне вечностью.  

— Это твой замок, — сказал мой великан. — Ты согласна быть моей женой?

Помню, как за плечом великана упала звезда. Всего одно мгновение – а в памяти останется навсегда. Как и его поцелуи с прикосновениями. Может быть, именно они будут последним, что я увижу в своей жизни. Но это будет потом, когда мы состаримся, а сейчас – вся жизнь впереди. Наша с ним жизнь.

Этим вечером мы ужинали за столом трапезного зала. Того самого, где повстречались с великаном и откуда он увёз меня в свой лагерь. Ничего не изменилось: тот же камин на полстены напротив стола, те же роскошные шерстяные гобелены и портьеры, за которыми я однажды от великана пряталась. Изменились только хозяева замка. Я, Вещий и Курт сидели рядом с Радмиром в центре щедро обставленного стола – главная кухарка постаралась. Однако, думаю, что с приездом Олафа, вся королевская кухня окажется в его распоряжении. Вот уж он удивится и обрадуется! Как, впрочем, и все мы: жизнь каждого из нас за один вечер изменилась до неузнаваемости.  

Пылающий в огромном камине огонь освещал сильное смуглое лицо великана. Служанки подавали хлеб и напитки. Музыкант возле камина играл на лютне и громко пел. Я перебирала пальцами кусочек сдобы, разглядывая вдоль длинных скамей пирующих воинов Радмира. Здоровяки стучали деревянными кружками по столу в такт победной песне в честь своего предводителя. Взрывы смеха отдавались эхом в трапезном зале.

Перед ужином я напоила бабушку настоями из мёда и трав, сейчас она спит в одной из комнат замка. Чувствует себя хорошо. Я даже успела помыться и переодеться в платье, которое принесла служанка. Раны Эйрика затянулись так же успешно, как и у воинов в лагере. Их разговор с Радмиром состоялся без меня, но, видно, прошёл успешно –  Эйрик сидел за общим столом, не рядом с Радмиром, как это было раньше, а на самом конце стола. Но, по-моему Эйрик искренне рад и этому. По прогнозам великана, Пенни, Олаф и остальные люди из лагеря должны прибыть на рассвете. Кровавый Эдвард убит – и переживать вроде как и не из-за чего, но не давали покоя камушки провидца. 

— Расскажи о Торскане, — спросил вдруг у великана Курт, сидящий по левую руку Радмира.

Я сразу от своих мыслей отвлеклась на мужской разговор. Великан некоторое время раздумывал над его вопросом.

— Неужто собрался к отцу Пенни?

— Почему бы нет? Я хочу жениться на его дочери, но не желаю оказаться однажды с перерезанным горлом.  

— На компромисс он не пойдёт, — сдержанно заметил великан, подсаживая вилкой варёный кусок говядины.

— А если заплатить серебром? Много серебра! У Эдварда, наверняка, казна доверху набита. Это решит все наши проблемы.

— Ему не нужно серебро. — Радмир потёр лоб. — К весне он приготовит корабли и сам захочет навестить Южный Резуон. И что-то мне подсказывает, что дружественным этот визит не будет.

— Тогда мы должны остановить их и атаковать первыми!

Опять война! Ну почему у мужчин одно решение всех проблем?

— Зачем атаковать? — встряла в разговор я. — Итак крови немало пролито. А  за полководца он бы не согласился выдать дочь?

У Радмира приподнялась бровь.

— А почему нет? — спросила я. — Курт защитил лагерь в твоё отсутствие, среди противников ему не было равных. Когда ты, возложишь на себя корону, тебе первым делом нужно будет окружить себя преданными и храбрыми людьми. Мне кажется, Курт именно такой человек.

— Умеешь ты удивить, — сказал Курт не на шутку озадаченный моими речами. Он завёл ручищу в распущенные волосы и обратился к великану. — Что скажешь?

— Ария права. — Он положил кулаки на стол. — Ты возглавишь армию.  А прежде чем отправимся в Торскану, надо выстроить не менее десяти кораблей, уж тогда отец Пенни захочет нас выслушать. Опыта строительства драккаров у нас ни у кого нет. Единственный человек, который на это способен, Эрик. Вот ему и доверим.

— Эйрик? — Курт нахмурил брови. — Ты уверен?

Может, Курт и засомневался в Эйрике, но я поразилась мудрости Радмира. Мне показалось, что дело тут не только в прощении, – великан смотрел в будущее. Поставленная цель их снова объединит, как в старые добрые времена, когда они были словно братьями. К тому же зная, волевой характер Эйрика – лучшей кандидатуры для строительства плавающих домов не сыскать.

Радмир откинул голову назад и посмотрел на веселящегося Эйрика.

— Да, у меня был с ним разговор. Работой и докажет свою преданность, ну и смекалку.

Через некоторое время, когда люди наелись и изрядно напились, Радмир хлопнул Курта по плечу и встал с лавки.  

— Отдыхай, брат, у нас впереди много дел! А с тобой, — он обратился ко мне. — Нам нужно кое-что обсудить.

У меня перехватило дыхание. Неужели разозлился на моё предложение? Что полезла со своими идеями, не обговорив с ним заранее? Поднялась следом и взялась за протянутую руку. Наши пальцы переплелись.