— ГЕЙ…, — с небес был слышен его голос.
— Кто?
— БОЛГ.
Он что-то швырнул.
Что-то золотое и длинное.
— Сука…, — до меня только дошло, — СУКА-СУКА-СУКА!
Копьё. Это было копьё.
— Обжорство, срочно ко мне! Быстрее! — заорал я телепатией, — БЫСТРО КО…
Поздно — Гейболг достигает звуковой скорости и пробивает мою грудь насквозь.
|Вы погибли|
|По законам Посмертия, вы сможете вернуться к жизни через шесть суток|
|А до тех пор, вход в мир ЭндГейма для вас закрыт|
.
.
.
|Активация способности «Вендетта»|
|Возрождение|
.
.
.
|Активация проклятья|
|Отомстите убийце в течение одной минуты|
Я открываю глаза и понимаю, что копьё прибило меня к земле и я едва ли на нём не повис.
— Тварь…, — Гнев берёт контроль над телом, — Тварь. ПОГАНАЯ ТВАРЬ! — заревел я на всё поле боя.
Земля затряслась от одного лишь моего голоса. Битва снова остановилась. Все повернулись.
— Бесите…, — снимаю себя с копья и выпрямляюсь на ногах, — Бесите. Бесите! БЕСИТЕ! — поднимаю руки, — ХВАТИТ НА МЕНЯ СМОТРЕТЬ! ЗАКРОЙТЕ СВОИ ПОГАНЫЕ ГЛАЗА, ЧЁРТОВЫ ОТБРОСЫ!
|Активация ультимативной способности «Хребты Безумия»|
Небо окрасилось в алый. Возникшая тишина, казалось, стала материальной и начала проникать во вражеские тела, покрывая собой сотни, если не тысячи метров вокруг.
Сначала все молчали. Затем раздались первые голоса:
— Моя… голова…, — все хватались то за уши, то за глаза, то за виски, — Она… она разрывается! Голова разрывается!
— Громко. КАК ЖЕ ГРОМКО!
— Боже, прошу, — говоривший упал на колени, — ЗАТКНИТЕ ЕГО! Я не могу! Я НЕ МОГУ! Он шепчет. Шепчет. шепчет. Шепчет-шепчетщепчетШЕПЧЕТ И ШЕПЧЕТ! А-А-А-А-А-А-А-А, ЗАТКНИСЬ!
— Это ты виноват! Это из-за тебя умерла наша мать! — вопил кто-то с пеной у рта, — Я знаю! Я всё знаю! ОН сказал мне! Он всё рассказал!
— Я должен был занять этот пост! Ты меня понимаешь?! Боже, ответь, что ты меня понимаешь?! — мужчина поднял меч, — ХВАТИТ ШЕПТАТЬ, ЧТО Я ПОГАНОЕ НИЧТОЖЕСТВО! Я НЕ ВИНОВАТ! Я! НЕ! ВИНОВАТ!
— Больно… мне больно…, — девушка упала и обхватила колени, катаясь из стороны в сторону, — Я слышу… я всё слышу! Теперь я всё понимаю! Я… я знаю что делать! — она встала и подняла копьё, — Ха… ха. Ха. Ха! ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Я БЫЛА ЛУЧШЕЙ! Я ДОКАЖУ, ЧТО Я ЛУЧШЕ НЕЁ! — она разбежалась и на всей скорости пронзила голову игрока, со всей яростью начиная превращать его в фарш, — СДОХНИ, СДОХНИ, СДОХНИ!
— Кто? — плачущий мужчина ошарашенно вертел головой, — Кто это сделал?! Кто?! КТО?! А? что ты говоришь? Я сам? Нет. Нет-нет-нет! Не может быть! Это… это неправда! Ты мне веришь?! Да?! Спасибо! БОЛЬШОЕ СПАСИБО! Я докажу! Не уходи! Прошу, не оставляй меня! — воин выхватывает меч и рубит напарника, — Сладкое… сладкое! Чувствую… и… СЛЫШУ СЛАДКИЙ ЗАПАХ! Больше! БОЛЬШЕ! МНЕ НУЖНО БОЛЬШЕ!
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Мясо! Я вижу мясо! Я его слышу! Оно хочет, чтобы я его разорвала! — эльфийка махала кинжалами и полосовала лица таких же вопящих игроков, — Давай! Давай! Я должна! Мне отплатят! Он сказал, что я заслужу награду! Хочу… хочу-хочу-хочу… Я ТОЖЕ ХОЧУ НАГРА…, — сзади подбежал гном и с размаха проломил ей хребет.
Дёргающийся труп упал наземь, и по нему тут же пробежала орава вопящих защитников.
— Отдай мне! Это моё! — у мужчины отбили меч, и он поднял камень, чтобы проломить кому-то череп, — Оно похвалит меня! Я хочу похвалы! Я заслуживаю! Мама, я тоже заслуживаю похвалы, ТУПАЯ ТЫ СУКА! СДОХНИ, ТВАРЬ! Я НЕНАВИДЕЛ ТЕБЯ, ПОГАНАЯ ШЛЮХА! — он упал на колени и заревел, — Мамочка, прости. Я не хотел. Это я не тебе. Прости. ПРОСТИ. ПРОСТИ, ТУПАЯ СУКА! ПРОСТИ МЕНЯ!
— Оно шепчет… оно шепчет… оно говорит… я слышу. Я СЛЫШУ! БОЖЕ, КАК ЖЕ ГРОМКО! ЗАТКНИСЬ! ЭТО ТЫ?! ДА, ЭТО ТЫ! — девушка-рептилия свернула шею эльфу, — Нет… нет-нет-нет! Почему оно не прекратилось?! — она громко заплакала и поплелась вперёд, высматривая ещё живых напарников, — Ты! Это ты! Это ты постоянно мне шепчешь! ЗАТКНИ-И-И-ИСЬ! — она заорала во всё горло и прокусила глотку такого же сумасшедшего, — Нет… снова не ты…
— Ч-что это…, — пробормотал стоявший позади меня орк, — Что происходит? Боже, какого хрена?..
Безумие. Поле боя погрузилось в хаос абсолютного безумия. Отовсюду слышался звук разрываемой плоти, крики, вопли, плачь и стоны. Кто-то молил голоса в голове заткнуться, кто-то наоборот просил их остаться; одни вгрызались в глотки первому встречному, вторые методично выслеживали определённые цели; кто-то использовал оружие, а кто-то хватал камень и с его помощью забивал друзей насмерть. Безумие каждого одновременно было практически уникальным, однако, абсолютно всех объединяло одно — они не могли насытиться кровью.
Вон, девушка забивает до смерти своего брата. Вон, игрок оторвал собственную руку, чтобы заострённой костью разрезать глотку потерявшему сознание напарнику. А вот, сразу группа людей убивала исключительно гномов, руководствуясь зверскими принципами расизма.
Это был Хаос — абсолютный и беспощадный.
И самое интересное, что никто из обезумевших за всё время так и не тронул ни одного Легионера — как и само проклятье, они просто обходили их стороной. Всё, что делали мои воины — лишь испуганно озирались по сторонам и пыталась отойти подальше от потерявших рассудок зверей.
Я же превратил меч в копьё и метнул в одного-единственного врага. Промазал.
Телепорт.
— Ха-ха-а-а…, — на моём лице разросся оскал, когда в нескольких метрах я увидел Кухулина, — Нашё-ё-ё-ё-лся… попа-а-а-а-а-лся, — пропели мы вместе с Гневом, хватая каменное копьё и разбегаясь в сторону легендарного воина.
Из-за Хребтов Безумия он едва контролировал тело и очевидно ничего не слышал из-за нарастающего шёпота, однако, каким-то чудом он смог скрестить руки и уже начал призывать Гейболг обратно.
Но было слишком поздно.
Перешедший на третью стадию Гнев в разы увеличил мои силы, отчего было достаточно лишь подскочить к парализованному врагу, сделать пару выпадов и вонзить копьё всего на несколько сантиметров во вражескую грудь.
«Смена!», — скомандовали мы вместе с Грехом.
Копьё превращается в косу и разрывает копейщика надвое, отчего он, конечно же, не умер. Наверное, характеристики у нас почти одинаковые.
«Смена!», — перехватываю рукоять молота и со всего размаха вбиваю в его голову, — «Похоть!»
Из груди вырывается десяток цепей, и сквозь сечение забирается во внутренности Кухулина и начинает разрывать его изнутри.
Задираю молот. Вновь удар. И вновь. И вновь. Бью, бью, бью-бью-бью-бьюбьюбьюбьюБЬЮБЬЮБЬЮ и БЬЮ ЭТО ПОГАНУЮ ТВАРЬ, ПОСМЕВШУЮ МЕНЯ УБИТЬ!
Лишь спустя десятки безостановочных ударов и смятое в кашу сердце, синеволосый мужчина наконец умер. И то, понял я это лишь по восставшему призраку — иначе бы я так и продолжил колотить голову трупа.
|Месть свершена|
|Деактивация проклятья|
Я тяжело задышал и оперся о колени, ощущая непривычную свободу собственного тела и разума.
Гнев добровольно покидает нервную систему и возвращается обратно в голову, забирая вместе с собой одолженный навык «Хребты Безумия».
Я поднимаю голову и осматриваюсь, в надежде не увидеть ещё одного столь сильного игрока.
Однако, врагов больше не осталось. Даже внутри города все потенциальные оппоненты попали под навык третьей стадии Гнева, и потому остались лишь те, кто сразу бы сдался после захвата столицы. Теперь можно сказать, что я победил. На сей раз точно и без сюрпризов — врагов просто не осталось.
Победа. Некому противостоять. Можно радоваться — гномы полностью порабощены, и Альянс будет вынужден отступить в земли ящеролюдей и эльфов.
Однако…
.
.
.
Сука, меня ведь только что с одного удара убили…