Я понадеялся, что речь идет об их стоимости в денежном эквиваленте. Мне совсем не хотелось слышать, что Карин взяла их в качестве боевого трофея, сняв с какого-нибудь трупа.

– Кто полезет первым? – поинтересовалась Кара Небесная.

– Я.

– Почему ты?

– Потому что это моя идея, – сказал я. – И потому что я тяжелее вас. Если нам встретится какое-нибудь препятствие, я постараюсь снести его своим телом.

– Хотела бы я на это посмотреть, – сказала она и тут же спохватилась. – Нет, я не желаю этого видеть, пока несу ответственность за твою жизнь.

Глава двенадцатая,

в которой главные герои попадают в подземелье, но оказываются немного не там, где рассчитывали, а также знакомятся с гоблинами гораздо ближе, чем им бы этого хотелось

По законам приключенческого жанра мы должны были соскользнуть в вентиляционную шахту гномов в последний момент, уже опаленные огненным дыханием обнаружившего нас дракона. В приключенческом жанре все важные события происходят за несколько секунд перед глобальной катастрофой. Остается только удивляться, как героям удается выжить, обладая столь отвратительным чувством времени.

Мигель утверждает, что мало просто принять правильное решение. Для достижения успеха необходимо принять правильное решение своевременно. Хороший полководец знает, когда именно ему нужно двинуть в битву последний резерв.

В общем, когда мы спрыгнули в вентиляционную шахту, дракона в поле видимости не наблюдалось.

В шахте было темно и ощутимо пахло дымом. Несмотря на то, что я тормозил, упираясь в стены обеими руками и ногами, скорость я развил достаточно приличную. Судя по доносящимся сверху звукам, Карин испытывала те же проблемы, и не слишком от меня отставала.

Работа с камнем для гномов является не ремеслом, а искусством, и низкорослый народец весьма в этом искусстве преуспел. Никто из прочих разумных обитателей Вестланда не может не только сравниться, но хотя бы приблизиться к их достижениям.

Система вентиляции их подземных городов требует отдельного долгого и обстоятельного рассказа, вести который у меня нет ни времени, ни соответствующего технического образования.

Воздуховоды малого диаметра гномы пробивают снизу вверх при помощи специальных буров. Поэтому эти воздуховоды строго вертикальны и прямы, как дорогой бильярдный кий.

Шахты, подобные той, по которой мы сейчас спускались, гномы пробивают кирками, ломами или чем там еще, начиная идти от поверхности вглубь. Как они при этом умудряются попадать именно туда, куда нужно, для меня остается загадкой. Наверное, это часть гномьей магии.

Шахта не была вертикальной, и прямой она тоже не была, поэтому мы спускались быстрее, чем нам хотелось, но медленнее, чем могли бы.

Через сто метров спуска у моего правого сапога оторвался каблук. Куски кожи, которыми я обмотал руки нагрелись от трения и изорвались в клочья. Спуск в подземелья уже не казался мне такой хорошей идеей, как раньше.

Карин, наверное, сильно беспокоит ее плечо.

Несмотря на то, что я подозревал о наличии в шахте защитных сооружений, решетка, ударившая меня по ногам, оказалась для меня крайней неожиданностью. Удар был сильным и неприятным, особенно для той ноги, сапог которой остался без каблука.

Тремя секундами позже на меня свалилась Карин, едва не свернув мне шею.

– Черт побери! – сказала она, рассмотрев препятствие, а потом отпустила в мой адрес пару весьма нелицеприятных эпитетов. – Надеюсь, вдобавок к шелковому носовому платку ты прихватил еще и пилочку для ногтей.

Прутья решетки были толщиной с мой большой палец. Если орудовать пилочкой для ногтей, на преодоление преграды уйдут недели.

– Зажмурьтесь, – попросил я и произнес короткое заклинание, направив указательный палец на решетку.

Никакого искусства в этом заклинании не было. Голая сила.

Оно вынесло решетку, отдачей подбросив нас с Карин на пару метров вверх. Я не успел сообразить, что происходит и расставить ноги для позиции торможения, как рухнул вниз, набирая скорость в соответствии с законами физики.

Метров через двести, которые я пролетел всего за пару секунд, шахта изогнулась под углом в сорок пять градусов, и стала больше напоминать желоб. Я больно приложился копчиком о камень, и дальше уже не летел, а скользил по инерции. Могу вас заверить, подобный способ передвижения был далек от катания на детских горках.

Прочная кожаная куртка на спине разлетелась в клочья, мгновением позже ее участь разделила рубашка, и основной удар приняла на себя моя многострадальная спина. Наверное, ее успело бы разодрать до кости, если бы шахта вдруг не кончилась, и я всем телом не грохнулся на жесткий каменный пол.

Замечательно.

Карин свалилась прямо на меня, врезавшись своими каблуками мне в область поясницы. Что-то очень громко и неприятно хрустнуло. Я надеялся, это был не мой позвоночник, хотя твердой уверенности по этому поводу не испытывал.

Карин наконец перестала меня топтать и поднялась на ноги. Ее одежда оказалась куда практичнее, чем моя, и куртка осталась целой, приобретя только несколько новых потертостей. Руки кровоточили у нас обоих.

– Должна тебе заметить, красавчик, очень не похоже, что мы угодили в какое-то производственное помещение гномов, – заявила Карин таким тоном, словно я был в этом виноват. Могла бы сказать «спасибо» за то, что мы не угодили в котел с расплавленным металлом, как она опасалась.

На производственное помещение это действительно не было похоже. Мы находились в достаточно широком темном проходе, в котором не было никаких следов разумной жизни. Разумеется, кроме дыма, которым тянуло с левой от меня стороны.

– Странный запах, – констатировала Карин. – Я думала, производство гномов пахнет как-то иначе.

В качестве основного вида топлива гномы используют каменный уголь, добываемый ими здесь же, под землей. Дым, который сейчас обоняли мои рецепторы, был скорее растительного происхождения и отдавал чем-то сладковато-горьким.

– Может быть, так пахнет их кухня, – предположил я.

– В таком случае, будем считать, что я на диете, – сказала Карин.

Мы пошли в сторону, с которой доносился дым, потому что идти в другую сторону было бы глупо. Без помощи гномов мы ни за что не выбрались бы из этих подземелий.

Дым валил из крупной пещеры. Ее потолок достигал девяти метров в высоту. Пещера была круглой, метров двадцати в диаметре, и явно имела искусственное происхождение. Природа не любит творить идеальные геометрические формы.

Как выяснилось, дым шел от костра, в котором горел произрастающий в пещерах мох – единственное растение, которое можно встретить в подземных владениях гномов. Самым неприятным для нас оказалось то, что костер развели отнюдь не гномы.

Гоблины.

Уродливые создания метровой высоты, с кривыми ручками и ножками, бледной кожей и головами, напоминающими голову бультерьера. Они были одеты в какие-то лохмотья и вооружены короткими кривыми копьями и ржавыми мечами, явно видавшими свои лучшие времена в руках своих истинных хозяев – гномов.

Их было два десятка, и они нас тоже заметили.

Отношение пещерных гоблинов к представителям иных разумных видов можно охарактеризовать одним словом – еда.

Пожалуй, они не питаются только пещерными троллями, и только по той причине, что боятся нападать на этих громадин.

Гоблины зашевелились и начали двигаться к нам.

Карин попыталась выхватить меч и зашипела от боли. С ободранными руками не очень-то пофехтуешь. Лично я и кулак нормально сжать не мог.

Тем не менее, Карин вынула из ножен оба своих меча.

Ни минуты покоя бедному чародею… Неужели очередное приключение?

Совершив несколько пассов руками, я вынул из воздуха файерболл размером с футбольный мяч и продемонстрировал его гоблинам.

– Вау! – сказали гоблины. – Волшебник!

Живописная группа замерла на месте. Сцепляться рогами с чародеем им явно не хотелось.