Но сейчас дракончик выглядел до того уставшим, что мне совесть не позволила устраивать ему допрос с пристрастием.

Я даже замялась, не зная, стоит ли рассказывать ему сейчас о визите невесты дракона или лучше отложить этот разговор до завтрашнего дня. Но ящер сам, заметив мое странное выражение лица, потребовал выложить, что тут было, пока он отсутствовал.

— Ни дня не дают пожить спокойно, — поцокав языком, покачал он головой, — Я уж думал, что ты тут будешь спокойно бездельничать, пока меня нет. Хорошо, что пчелы выручили. Но в следующий раз, когда я буду тебе срочно нужен, просто позови меня мысленно, — строго проговорил ящер, взглянув на меня своими изумрудными глазами, — И я появлюсь.

Его так легко можно позвать? А почему он раньше об этом не упоминал? Или необходимости в этом не было?

В любом случае, возможность вызвать дракончика в любой момент была огромным преимуществом. Вот только… Он сам упоминал, когда Сесиль с матерью явились сюда в первый раз, что сильнее всего он в стенах дома. И лишь в этих стенах может дать им серьезный отпор.

А что будет, если они поймают меня не в доме и подальше от пчел? Боюсь, после сегодняшнего они точно поостерегутся к ульям подходить.

Сможет ли тогда помочь дракончик? И насколько это может быть опасно для него самого?

Поведав ящеру обо всех своих сегодняшних размышлениях, я понадеялась, что хоть он сможет что-то придумать. Но увы, дракончик озвучил мне мои же мысли.

— К лорду Грейсу нужно обращаться, — уверенно произнес он, — Ты ему нравишься. И если он узнает о преследованиях, то не даст этим грымзам тебя обидеть.

— И ты думаешь, что одного его слова будет достаточно? — с сомнением уточнила я.

Дамочки все свои темные делишки проворачивали у него за спиной. Кто может гарантировать, что они, получив запрет меня трогать, не психанут и не прикопают меня где-нибудь в укромном уголочке, чтоб никто не узнал и не нашел?

— Если бы узнали, что ты жена дракона, было бы недостаточно, — ответил ящер, — А так, ты не особо им интересна, чтобы специально на тебя охотиться и рисковать помолвкой. Это просто Сесиль, в отличие от матери, слишком не сдержана и импульсивна.

И все равно, к дракону мне обращаться пока не хотелось.

Но еще я вдруг поняла, что мой дракончик слишком много знает об этих леди Хартли, раз даже разбирается в характерах каждой из них.

Но ящер, словно почувствовав мой интерес и осознав, как много у меня накопившихся вопросов, решил в самый неожиданный момент снова испариться, перед этим спешно попрощавшись.

Спать я ложилась с четким намерением во что бы то ни стало завтра одного скрытного и ушлого дракончика допросить.

Вот только этот самый дракончик, будто чуя проблемы своей пятой точкой, показываться мне на следующее утро не спешил. И я решила, что если не дождусь его появления до вечера, то воспользуюсь способом вызвать его, о котором узнала накануне.

Впрочем, делать этого мне так и не потребовалось. Но еще до того, как появился дракончик, на поляне перед домом оказался огромный дракон.

Знакомый дракон, который, как и его невеста, не желал так просто оставлять меня в покое.

Обернувшись человеком, лорд Грейс шагнул ко мне, сидящей на траве возле ульев. Пчелки, парящие рядом, тут же замолкли и поспешили спрятаться в своих ульях, словно понимая, с кем имеют дело.

И мне не оставалось ничего, кроме как вздохнув, подняться на ноги, чтобы поприветствовать дракона.

Обаятельно мне улыбнувшись, Эдгар Грейс обхватил пальцами мою ладонь, поднес ее к своему лицу и, не сводя с моего лица взгляда ореховых глаз, нежно ее поцеловал.

Неожиданно смутившись, я поспешила отнять руку. А следом спешно спрятала обе руки за спину, что не укрылось от дракона. И он понимающе усмехнулся.

Впрочем, долго расшаркиваться лорд не стал и почти сразу перешел к делу, ради того, похоже, отчасти и явился.

— Мы в прошлый раз так с вами и не закончили тот разговор, — напомнил дракон о моей попытке нажаловаться на его невесту.

Я, правда, изначально не планировала ничего говорить ему о вчерашнем визите Сесиль. Но раз уж он сам завел эту тему и, очевидно, что интересуется не из праздного любопытства, пожалуй, стоит воспользоваться этой возможностью и честно во всем признаться.

Поэтому я кивнула и произнесла:

— Появились некоторые новые обстоятельства, о которых вам тоже следует знать.

Вот возьму и расскажу сейчас дракону о том, что его невеста устроила за ним слежку. Исключительно в отместку ей. Да и лорду Грейсу знать об этом будет полезно.

— Отлично, — произнес дракон, а после, оглянувшись на дом, предложил, — Тогда, может, поговорим внутри? Поляна с ульями не самое подходящее место для беседы.

А дом, который изнутри выглядит совершенно не так, как снаружи, — еще более неподходящее место для разговора с драконом.

В деревнях таких домов не бывает. И пространственных карманов в них тоже точно нет.

И дракон, едва увидев дом, точно что-то заподозрит. А потом начнет задавать неудобные вопросы, честно ответить на которые я не смогу. А выкручиваться на ходу я плохо умею.

— Знаете, люблю беседы и прогулки на свежем воздухе, — произнесла я, жизнерадостно улыбнувшись, — Может, лучше прогуляемся?

Я понадеялась, что лорд Грейс не станет возражать. В прошлую нашу встречу мне показалось, что он пытается меня очаровать. А потому делает все, чтобы постараться угодить женским желаниям.

Вот только на этот раз дракона обмануть не удалось.

Он, сощурив свои темные глаза, шагнул ко мне. И, нависнув сверху, вкрадчиво поинтересовался:

— Вы так упорно не желаете пускать меня в этот дом… Что же вы скрываете, Алевтина?

Ореховые глаза впились в мое лицо, словно желая найти там ответ на свой вопрос.

Внезапно взгляд дракона потемнел. И он вдруг вспомнил о том, с помощью какой именно отговорки я пыталась выпроводить его отсюда в прошлый раз.

— Неужели у вас там снова мужчина? — спросил он, втянув воздух сквозь плотно сжатые зубы.

А после, не дожидаясь моего ответа, резко развернулся на сто восемьдесят градусов и направился в сторону дома.

Я поспешила вслед за Эдгаром Грейсом, понадеявшись, что у меня еще получится его остановить. Но дракон двигался так быстро, что я, почти бежавшая за ним, так и не сумела его вовремя догнать.

Дверь, ведущую на веранду, дракон распахнул рывком. И, почти не сбавляя ходу, направился к следующей двери, ведущей уже в дом.

В тот момент, когда он, не встретив никакого препятствия, распахнул и эту дверь, мое сердце бухнулось куда-то в пятки. Но я не затормозила ни на мгновение.

И буквально впечаталась носом в широкую, твердую спину дракона, когда он замер как вкопанный, едва переступив порог кухни и пройдя пару шагов.

Я посчитала, что такая реакция вызвана как раз обновленным ремонтом от дракончика, которого в этом ветхом доме по логике быть не должно.

Но когда дракон вдруг прошипел «Ты!», я поняла, что ошиблась. И поспешила выглянуть из-за его спины, чтобы понять, к кому он обращается.

Но гадать мне не приходилось, и я заранее знала, кого он мог тут застать.

И сейчас, видя дракончика, который завис посреди комнаты и не сводил взгляда с лорда Грейса, я вдруг поняла, что ящер сделал это намерено. Он сам позволил Эдгару Грейсу застать себя здесь.

Уж кто-то, а он точно мог исправиться при желании даже за мгновение до того, как дракон распахнул дверь.

И, судя по тому, что лорд Грейс узнал моего ящера, эти двое были знакомы. И у дракончика были свои резоны быть застигнутым здесь.

Вот только… Насколько эти его таинственные мотивы соответствуют моим собственным? И не навредят ли мне его поступки?

— Так, значит, вот где ты стал все время пропадать, — прошипел тем временем лорд Грейс, обратившись к ящеру.

Все время пропадать? Значит, дракончик был с ним, когда исчезал?

Но зачем? Почему?!