— Это пока, — тут же вставил дракончик, в очередной раз словно прочитав мои мысли, — А что до имени… — он крепко задумался и, выдохнув сквозь ноздри облачко дыма, произнес, — Можешь и дальше звать меня дракончиком. Мне нравится.

— Ты обещал объяснить, что здесь происходит, — напомнила я ящеру, — И как я вообще здесь оказалась? И почему ты отвечаешь на вопросы, которые я себе мысленно задаю?

— Это я тебя сюда перенес. Отсюда и ментальная связь. Временная, разумеется. Честно говоря, еле успел в последний момент, — признался он, утирая лоб крылом, — Еще бы чуть-чуть и все. Твоя бы душа отправилась вслед за душой Оливии.

— А кто такая Оливия? — машинально поинтересовалась я.

— Одна несчастная, в теле которой ты сейчас оказалась, — с готовностью ответил дракончик.

А я вновь уставилась на собственные ладони, которые еще на первый взгляд показались мне странными. Потом ощупала свое тело. Коленки, как и локти, острые до ужаса. Ручки тоненькие совсем. А живот, и тот впал.

Да, это точно не мое тело. Тут кожа да кости. А я хоть и была стройной всегда, но точно не на грани анорексии.

— А почему я оказалась здесь? — подняв взгляд на дракончика, спросила я.

Что-то это не похоже на обещанный рай после смерти…

— Ну, ты-то еще не умерла. Пока, — вновь напомнил он, — Зато можешь и очень скоро, если сейчас внимательно меня не выслушаешь.

Вот мы и подобрались к главной теме разговора…

— В общем, сегодня Оливия стала женой лорда Эдгара Грейса, — набрав в грудь побольше воздуха, начал дракончик.

Ну конкретно это я уже сумела понять из разговоров тех людей в храме. А вот все предпосылки и последствия этого брака для меня оставались непонятными. Как и странное поведение новоиспеченного супруга.

— Здесь все не так просто, — согласился со мной ящер, прочитав мои мысли, — Дело в том, что род Грейс проклят. Уже давно, слишком давно. И проклятие заключается в том, что все первые жены наследников погибают. Кто-то раньше, кто-то позже. Кому-то даются месяцы, а кому-то годы. Но исход один — они умирают, так и не подарив роду следующего наследника.

Интересное начало…

— Так, может, это жирный намек на то, что выходцам этого рода и размножаться не следует? — осторожно предположила я.

Уставился на меня дракончик почти что оскорбленно. А затем продолжил:

— Эдгар Грейс встретил подходящую невесту. Из богатого, влиятельного, древнего рода. А главное — у невесты идеальная совместимость с его драконьей кровью. И, значит, у них должны родиться сильные и крепкие наследники.

— Но невеста, став женой, умерла бы раньше, чем наследников сумела подарить, — продолжила я за него, уже начав соображать, что к чему.

— Верно, — кивнул дракончик, — Поэтому Эдгар решил обмануть проклятье. Нашел в ближайшей деревне подходящую девушку, которой было нечего терять. И сумел с ней заключить сделку. Она выходит за него замуж и умирает, а он взамен за это помогает ее больной сестре.

— А это не слишком? — с сомнением уточнила я у ящера, — Отдать жизнь за такое?

— Оливия и сама была больна, — вздохнул дракончик, — Все равно бы вскоре умерла. А так, хотя бы еще и помогла сестре. Точнее, думала, что помогла.

— Хочешь сказать, что выполнять свою часть сделки этот Эдгар не собирался? — испытывая нехорошее предчувствие, спросила я.

Ну и людишки тут! Один другого краше. Мой бывший по сравнению с ними просто божий одуванчик.

— Он, может, и собирался, — протянул дракончик неоднозначно, — Но его невеста со своей мамашей сделать этого точно не позволят.

— А им-то какая разница? — удивилась я, — Ну вылечат они какую-то девочку. От них разве убудет?

— Светлая ты душа, оттого и не понимаешь ничего, — вздохнул он в ответ, — А вот те, кого питает темная магия, на добрые и бескорыстные поступки не способны. Чем больше боли и страданий вокруг, тем они сильнее.

Перед мысленным взором тут же предстал образ Сесиль и ее пугающей до одури матери. Да, с такими бы я точно не хотела случайно пересечься где-нибудь в темном переулке.

— Так и что теперь? — уточнила у дракончика нетерпеливо, — Раз Оливия вышла замуж за этого лорда, а теперь на ее месте оказалась я, то я все же должна умереть? А Оливия куда делась? Ее ты спас?

Он же меня сюда перенес с того шоссе. Значит, и Оливию тоже дракончик дел куда-то. Логично же.

— Ее я спасти не успел, — трагичным голосом признался он, низко склонив голову, — Когда примчался, она уже была мертва.

Гулко сглотнула, ощутив, как холодок пробегает по позвоночнику.

Если до этого момента все происходящее и казалось мне какой-то трагикомедией, то сейчас я в полной мере осознала, что попала в самый настоящий хоррор.

— А убила ее, случайно, не мать Сесиль? — уточнила я, вспомнив угрозы этой пугающей женщины.

Она ведь говорила, что никто не должен узнать о том, что именно произошло в той каморке. Еще, кажется, угрожала, что непременно узнает, почему я осталась жива.

Кажется, теперь все сходится. И угрозы ее теперь вовсе не кажутся бессмысленной белибердой.

— Все так, — кивнул дракончик, — Эдгар хотел провести в храме тихую церемонию. Но его невеста сообщила обо всем семье Грейс. Вот они и примчались всем семейством, чтобы лично все проконтролировать.

— Так тот страшный мужик — это…

— Младший брат покойного лорда Грейса. Дядя твоего мужа, — пояснил дракончик.

Вот так родственничек мне достался, аж жуть берет.

— А остальные, значит, тоже новоиспеченные родственники, — пробормотала я себе под нос, а после вскинула голову на дракончика и уточнила, — А почему они меня убивать передумали? Испугались первой неудачной попытки и решили отпустить?

— А кто сказал, что они передумали? — с непробиваемым спокойствием ответил он вопросом на вопрос.

Вот мы и приплыли, Алевтина.

Участь умереть под колесами автомобиля еще никогда не казалась мне такой привлекательной, как в этот момент…

Шарахнулась от дракончика в сторону и, вжавшись в заднюю стенку кареты, затравленно посмотрела на него и дрогнувшим голосом уточнила:

— Ты с ними заодно, да? Явился, чтобы меня добить?

Услышав подобное заявление, дракончик опешил. И даже своими огромными глазищами недоуменно хлопнул. Дважды.

— Я? Добить? — фыркнул он, выпуская облачко дыма, — Да я вообще здесь единственный, кто жизнь твою сохранить желает.

— А тебе это зачем? — склонив голову набок, недоверчиво уточнила я.

Появился неизвестно откуда, притащил меня неизвестно куда, и какие у него мотивы, тоже совершенно непонятно.

— Какая разница? Главное, что я на твоей стороне, — отозвался дракончик, — И сейчас тебя должно волновать не это. Тебя должны волновать пчелы.

Покосилась на дракончика подозрительно. Может, он тоже того? Ну, умом тронулся…

При чем тут спасение моей жизни и какие-то пчелы?

— Это не простые пчелы, — возразил ящер, — Это пчелы-убийцы.

— Чего-чего?

У меня аж рот некультурно приоткрылся от удивления.

А кто у них здесь еще есть? Бабочки-террористы или кузнечики-садисты?

— Организм местных пчел вырабатывает особый яд. Ужалят один раз, и жизни гарантированно можно лишиться в считаные минуты. Иммунитетом обладают одни лишь драконы, а у всех остальных против пчелок нет и шанса, — вздохнул удрученно дракончик.

— И меня везут к этим самым пчелам? — дошло до меня, наконец.

— Ага, — кивнул он, — Сами убивать они тебя не захотели. Решили, что такой способ будет более гуманным.

На бедных пчелок всю грязную работу решили переложить, значит.

— И спастись никак? — с надеждой посмотрев на дракончика, спросила я.

Потом покосилась в сторону дверцы экипажа. Ехали мы, конечно, быстро. Для кареты. Но скорость и близко не сравнится с той, какую набирают автомобили. А, значит, если я выпрыгну на ходу, то и убиться по идее не должна…

— Даже не пытайся, — покачал головой дракончик, — Только лоб себе расшибешь. Дядюшка Эдгара магическую сеть поставил на карету. Пока места назначения не достигнете, и кучер лично дверь не откроет, тебе отсюда не выбраться.