Сквозь дым проступили очертания тел.

Пятеро мужчин с темными волосами и жуткими шрамами на лицах развалились на огромном зеленом бархатном диване. В их зубах дымились сигареты, ширинки были расстегнуты, а не меньше дюжины женщин валялись у них в ногах, лаская их и отсасывая.

Голая женщина висела под потолком на ремнях, с микрофоном в руках, закинув голову и закрыв глаза, напевая печальную, знойную мелодию.

Зачарованные автоматы в руках каждого из мужиков были нацелены прямо на нас.

Это был никакой не приватный клуб. Это была ловушка.

Те самые мужики, чьи фото были в письме дона — братья Ортега.

Они ухмылялись, покуривая сигареты, вытянули руки и водили стволами автоматов из стороны в сторону.

Красные точки забегали по каждому из нас.

— Попались, — протянул один из них с полуприкрытыми глазами, пока три бабы ублажали его.

Они думали, что взяли нас тепленькими.

Но я уже заразила их своей кровью. Я швырнула ее по комнате, стоило нам только войти.

По моему виску скатилась капля пота, пока пять капель медленно просачивались сквозь слои мышц и тканей, отыскивая свои источники силы. Но у нас был план. Вместо того чтобы пустить кровь по их костям, атакуя своей силой и приказывая подчиниться, я сосредоточилась на контроле. Если план должен был сработать, они не имели права догадываться, что заражены.

Нам было нужно, чтобы они вели себя нормально — ради выхода на Черных Волков. Только тогда я смогла бы взять их под контроль.

Это оказалось самым трудным из всего, что мне доводилось делать: сдерживать себя, когда жажда крови требовала захватить их, подчинить, заставить рухнуть на колени и повиноваться.

Но то была не драка.

Это была разведка.

Пот струился по моей спине, пальцы сжались в кулаки, мои клетки орали во мне, требуя отпустить кровь на волю. Это все равно что пытаться удержать на цепи бешеного медведя. В глазах все расплывалось от концентрации.

Мы молчали.

Братья хранили молчание, наслаждаясь процессом и будучи абсолютно уверены, что держат нас на мушке.

— Мы хотим вернуть этого омегу Черным Волкам. — лицо Кобры исказилось от злости, и он дернул за цепь на шее Ксеркса. — Он ебучий брак.

От него исходила такая волна ярости, что, не знай я правды, сама бы поверила. На его просьбу они ничего не ответили. Внутри все сжалось от ярости при виде женщин, лежавших у них в ногах. Они были с черными ошейниками на шеях и совершенно голые, пока ласкали мужиков, тискавших их как бездушные вещи. Я едва не потеряла контроль над кровью, собираясь заорать, чтобы они отпустили женщин. Любой бы понял, что тут творится.

Их использовали.

Пот катился по лбу, застилая глаза, пока я отчаянно пыталась вернуть контроль.

Моя кровь капала дальше, проникая в тела мужчин все глубже, оставаясь в дюймах от точки невозврата, где я полностью подчинила бы их волю, но нам было необходимо, чтобы они оставались в неведении.

Оставался лишь один выход.

Я врубила оцепенение.

Мир стал ледяным. Черно-белым.

«Держи свою силу в узде. Сосредоточься.»

Я подчинилась.

Раньше это походило на удержание бешеного зверя на рвущейся из рук цепи, но теперь моя рука сделалась стальной, а пальцы словно оцепенели на невидимом поводке онемения.

Никаких сдвигов.

«Следи внимательно. Это ловушка. Одно неверное движение, и вы все трупы.»

Я не стала гадать, что значило это оцепенение и чем нам грозит ситуация, раз уж я держала братьев под контролем, а просто замерла в ожидании, потому что ощущала вкус опасности на языке.

Один из братьев Ортега, достигнул пика удовольствия, и лениво махнул автоматом через всю комнату.

В стене оказался потайной проем, и она медленно поднялась.

За ней было четыре девочки и четверо мужчин, державших оружие у их голов.

Даже в состоянии оцепенение я почувствовала нечто похожее на страх.

Не двигайся. Стой спокойно.

Четверо до нелепости мускулистых парней с темными глазами уперли дула в затылки четырех девочек-подростков, сидевших на стульях без всяких веревок.

Джинкс, Люсинда, Джала и Джесс сидели с расширенными от ужаса глазами.

В голове прозвучало предупреждение Молли насчет опасностей мира зверей: «Игры разума и коварство здесь в порядке вещей».

Дон нас подставил.

Разве это вообще было третье испытание?

Неужели все вокруг — сплошная ловушка?

С какого хрена девчонок держали в подсобке БДСМ-клуба?

Ничто не складывалось в единую картину.

«Сосредоточься.»

— Мы слыхали, вы нас разыскиваете. Как насчет обмена? Ксеркс на этих девчонок, — прорычал один из волков хриплым голосом, глядя на моего омегу ярко-зелеными глазами.

Щелкнули затворы.

Я шагнула вперед.

«СТОЯТЬ СМИРНО!» — закричало оцепенение в голове, и я остановилась.

«Зарази мужиков. Разверни их стволы.»

Я влила в них силу с такой мощью, что в голове сама собой возникла неоспоримая уверенность: теперь они мертвы мозгом.

Мною двигал страх за девчонок. Мне не нужно было даже говорить.

Пятеро братьев Ортега выпрямились как струны и развернулись к девчонкам. Выставив руки перед собой, они навели автоматы на Черных Волков.

Снимите с предохранителей.

Раздались щелчки.

Тот самый волк, что говорил до этого и держал ствол у головы Джинкс, откинул голову назад и рассмеялся:

— Да, до нас доходили слухи о твоих способностях. Но вживую это поистине впечатляет.

Его лицо окаменело.

— Стоит им нажать на курок, и мы нажмем на свои. Мы правим подпольными группировками этого города пятьсот лет. Хотите проверить нашу реакцию?

Дуло его пистолета еще сильнее вжалось в висок Джинкс.

— Выследить вас оказалось проще простого. Дворецкий и пацан даже не пикнули. Не переживайте, смерть обоих была быстрой. Против ливня пуль мало что можно сделать.

Аран была мертва.

Они. Убили. Аран.

Мои колени подогнулись.

«СОСРЕДОТОЧЬСЯ.»

Джинкс выглядела абсолютно невозмутимой, продолжая лениво гладить своего хорька.

Джакс трясся от ярости. Кобра, Ашер и Ксеркс застыли изваяниями, оценивая обстановку.

— Вы хотите обмена, — медленно проговорил Ксеркс. — Так давайте меняться. Я пойду с вами добровольно.

Волк усмехнулся:

— Разумеется, ты пойдешь с нами добровольно. Проблема лишь в том, что вы пристрелите нас, как только мы отпустим девчонок. Нам такое не подходит.

Я качнулась ближе.

«НЕ ДВИГАТЬСЯ!»

Волк постучал пальцем по губам, будто обдумывая что-то:

— Да, пожалуй, нам придется прикончить одну из девчонок, чтобы вы лучше уяснили обстоятельства. — Он улыбнулся, и все четверо парней еще сильнее вдавили стволы в виски заложниц. — Но какую именно?

«Посмотри на Люсинду. Сосредоточься на ней.»

Люсинда полоснула себя ногтями по предплечью, оставляя глубокие борозды одну за другой.

Со стороны могло показаться, что шестнадцатилетняя девчонка просто калечит себя от нервов.

«Она твоя сестра.»

Перед глазами промелькнули воспоминания о том, как она уверяла меня, что справится сама, что она гораздо сильнее, чем я думаю.

Я поняла.

Внезапно те недосказанные слова, что витали в воздухе, когда она уверяла, будто мне не о чем беспокоиться, показались такими громкими.

Такими очевидными.

Ее ногти яростно кромсали плоть, пока вся рука не превратилась в кровавое месиво из разрезов. По руке из сотен порезов сочилась кровь.

«Спокойно. Приготовься стрелять.»

Никто не обращал на Люсинду внимания. Подумаешь, малолетка истерит и калечит себя на нервной почве.

Ее кровь не парила в воздухе, как моя.

Подобно змейке, она собралась в тонкий ручеек и поползла вверх по руке.

«Отвлеки их.»

— Мы не выпустим вас отсюда живыми, — прорычала я.

Волки перевели на меня внимание, их рты скривились в ухмылках, а во взглядах заплясала ярость.