Под шестью полными лунами над сверкающим бальным залом, где только что раскрылись самые темные секреты, в самом жестоком мире, со всеми моими шрамами, четверо мужчин стояли на коленях и предлагали мне весь мир.

— Просто сделай это, — прошептала Аран, и ее голос перекрыл тысячи доводов «против», роившихся в моей голове.

Ксеркс поднял голову:

— Мы отказываемся жить без тебя.

Голос Ашера дрогнул:

— Ты нам нужна, принцесса.

Глухой рокот пронесся в груди Джакса:

— Пожалуйста, позволь нам быть твоими.

Кобра прошипел:

— Я отказываюсь провести хоть еще ебучую минуту без тебя в качестве моей связанной. Если дело в собственничестве, признаю, я тут бываю… слегка одержим. Но извиняться за это я не стану.

Я закатила глаза:

— Почему ты так помешан на мне?

Определенно, потеря крови давала о себе знать.

— Хватит трусить. Это выглядит жалко и слабо, — огрызнулся Кобра.

Он что, назвал меня слабой?

Грудь сжалась от обиды на это оскорбление, и эмоции заставили меня схватить нож здоровой рукой.

Кобра хотел безумия?

Я покажу ему, блядь, безумие.

Я полоснула собственную уже и до того окровавленную ладонь.

А почему бы и нет? К этому моменту крови снаружи моего тела было явно больше, чем внутри.

Прежде чем успеть подумать, я прижала искалеченную ладонь к их раскрытым рукам.

Золотая нить пронзила мою грудь насквозь.

Мир пересоздался заново, окрашиваясь в оттенки переливающихся драгоценностей и непостижимой глубины преданности.

В тот же миг парни вскочили на ноги и сгребли меня в охапку.

Разумеется, Кобра добрался первым, и между ними завязалась короткая возня, пока он рычал «моя» и пытался оттащить меня от остальных. Джакс зарычал и вырвал меня из его хватки, чтобы все остальные тоже могли меня обнять. Тем временем Кобра нашептывал мне на ухо, что прикончит меня, если я хоть раз еще позволю отрубить себе палец, а после перешел к перечислению всех тех грязных вещей, которые он собирается сделать с моим телом.

Я его игнорировала.

Потому что в груди взрывалось золото, окутывая меня бесконечным теплом любви и преданности.

Где-то вдалеке ликовали Аран и девчонки.

Дон кашлянул, и я вздохнула, пытаясь отстраниться, но мужчины прижали меня только крепче. Отказываясь отпускать.

Все вместе мы повернулись к нему.

Отлично, ты повела себя безрассудно, а теперь вы все трупы.

Но вместо того, чтобы вытащить пистолет и прострелить нам лбы (в чем я была уверена на девяносто девять процентов, но уже решила, что без парней мне все равно жить незачем), Дон сделал кое-что куда более шокирующее.

Впервые с момента нашей встречи лицо дона озарила улыбка. Его раскатистый голос прогремел:

— Поздравляю, вы прошли третье испытание.

Я моргнула.

Парни все еще стояли рядом со мной, пока замешательство и надежда пульсировали по золотой нити, связывающей нас воедино.

— Третье испытание — это проверка на верность. Сэди доказала свою преданность вам еще во время первого испытания-инициации. Она отказалась сдавать вас или выдавать хоть какую-то информацию, даже под жесточайшим давлением. Вашим же тестом было проверить, заслужили ли вы ее верность.

Мы все замерли в шоке.

— А как же братья Ортега? — первым пришел в себя Джакс. — И Черные Волки?

Дон пожал плечами:

— Десятки лет назад братья работали с Волками, чтобы украсть Ксеркса из омега-центра. Вам нужна была ложная цель, а я преподнес вам месть в качестве милости. Я знал, что вы с ними разберетесь.

Он небрежно махнул рукой, будто не собирался нас только что прикончить, а просто отправил на легкий квест.

У меня отвисла челюсть.

Дон покачал головой с видом мужика, считающего нас безнадежными.

— Я даже дал вам Уоррена для защиты девчонок. У него выдающиеся способности.

Парнишка покраснел под похвалой Дона, а мы все дружно на него зыркнули.

Впечатленными мы не были.

— Кларисса, в начале испытания тебе поручили подружиться с Сэди, чтобы помочь ей освоиться в этом мире, поскольку вы обе альфы-женщины. Это была проверка на верность. Ты провалила ее.

Дон выстрелил из пистолета в танцпол, и Кларисса рухнула замертво.

Я поморщилась.

В последнее время слишком многие вокруг падало замертво, и меня от этого начинало тошнить.

Дон просиял с видом гордого отца и кивнул на Кобру.

Он громко объявил:

— Что ж, это лучший момент, чтобы объявить: мой любимый сын вернулся в мир зверей. Кобра — наследный принц!

По залу пронесся испуганный вздох.

Затем заиграл оркестр, нам вынесли шампанское, и все снова закружились в танце. Без одного пальца, со всеми шрамами напоказ, с богиней внутри себя, я кружилась с каждым из моих мужчин по сверкающему танцполу.

Любовь — это было нечто большее, чем просто чувства.

Это была непоколебимая верность даже в самом мрачном месте.

ДОН

Я улыбался, наблюдая, как мой любимый сын кружит свою связанную по танцполу.

Физически в ней не было ничего особенного, но внутри нее горел огонь, какого я не видел уже несколько веков. Похожий огонь пылал и в пареньке Аран.

Я бросил взгляд на другой конец зала, улыбнувшись, когда заметил, как Джинкс сверлит взглядом бета-солдата, который вытирал лицо так, будто плакал.

Она подняла на меня глаза, и я приподнял шляпу в знак приветствия. Я достаточно долго был Доном, чтобы узнать солдата с первого взгляда.

Из нее вырастет великолепная убийца.

Кобра закружил Сэди рядом с возвышением, и я с нежностью посмотрел на своего блудного сына, выросшего в потрясающего мужчину.

Я усмехнулся, поймав на себе свирепый взгляд Сэди из-за его плеча.

Я всегда знал, каким будет этот финал.

Знал с того самого момента, как глаза моего любимого сына вспыхнули ослепительно-белым лунным светом, когда он связал себя узами с остальными мужчинами.

Глаза каждого из них вспыхнули еще более ярким белым светом, когда они связали себя с Сэди.

Они были истинными.

А судьба всегда находит выход.

ЭПИЛОГ

СЭДИ

И ЖИЛИ ОНИ ДОЛГО И СЧАСТЛИВО

— Ну что, Сэди, как ты справляешься без пальца? Как ты себя в последнее время чувствуешь? Я знаю, это был тяжелый травмирующий опыт для тебя, — произнесла доктор Палмер. Ее суровое лицо сморщилось так, будто она попробовала что-то кислое.

Это было ее обычное выражение лица.

Она была ведущим психотерапевтом Серпентесе, и мы с Аран ходили к ней уже пару недель.

Ее услуги оплачивал Дон.

— Честно говоря, все отлично. Ксеркс и Ашер разработали для меня специальную перчатку. Вот, сейчас покажу. — я достала вещицу из ткани, которую всегда носила с собой на случай чрезвычайных ситуаций. — Подожди секунду, тебе понравится.

Надев черную перчатку на руку, я сощурила кулак и нажала на кнопку на ладони.

Там, где когда-то был мой левый безымянный палец, с сухим щелчком выскочил безумно острый нож.

— На самом деле в рукопашном бою я теперь даже эффективнее. Перевертышей резать стало намного проще.

Доктор Палмер сузила глаза, и резкие морщины вокруг рта залегли еще глубже.

— Ты можешь хотя бы сама себе признаться, что скучаешь по пальцу?

Я с размаху рассекла воздух:

— Ты вообще видишь это оружие? Я, честно говоря, рада, что его больше нет.

Аран, сидевшая рядом со мной на неудобном диване, согласно кивнула.

— Вы видите, какой этот нож острый? Нахрена ей вообще какой-то палец?

Аран постучала пальцем по губам, наблюдая, как я убираю и прячу лезвие.

— Я тут вообще-то думала отрубить себе палец, чтобы тоже заиметь такую штуку. Никто же не ожидает удара, а хук слева становится чертовски эффективным.