Несмотря на свои размеры, исхудалое тело дьявола было невероятно ловким и быстрым. Оно также было способно на чудовищные вспышки взрывной силы, от которых многие люди были бы ошеломлены. Кроме того, оно само по себе было оружием — с его когтями, лапами, клыками и рогами Санни был способен нанести большой урон даже безоружному.

Он мог даже убивать существ шипом на конце хвоста.

После этой первой тренировки он вызвал Святую и начал настоящую тренировку.

Пока они спарринговались, Санни наблюдал за уходом обитателей Святилища. Они уходили колонной, Кай шел впереди, а Эффи — позади. Некоторые несли свои скудные пожитки, а некоторые шли с пустыми руками. Некоторые плакали, а некоторые молчали и стоически терпели.

Некоторые даже улыбались.

Над ними двигался летающий корабль, который нес тех, кто не мог идти. Санни не мог видеть, но знал, что Касси управляет им. На мгновение ему стало любопытно, как она может общаться с Куклами Матроса… однако это короткое отвлечение дорого ему обошлось, когда Святая нанесла болезненный удар в живот, и Санни решил сосредоточиться на себе.

Вернув все свое внимание к тренировочному бою, он подумал:

«Я желаю им добра… даже если они не настоящие, я желаю им всего наилучшего…»

Долгие часы прошли в упорных тренировках. Медленно, но верно, он привыкал к новым пропорциям своего странного и мощного тела. Его рост, досягаемость, мощь… все это начинало сходиться, заставляя его снова чувствовать себя уверенно в своей шкуре.

В какой-то момент, смертельно устав, Санни решил сделать перерыв. Приказав Святой отступить, он присел возле озера и набрал воды, чтобы смыть пот с лица. Затем он вылил немного на голову и вздохнул, глядя на прозрачную гладь озера.

На ней отражалась изящная фигура Святой, а рядом с ней — его собственная. Обсидиановая кожа, звериные черты лица, глаза, похожие на лужи жидкой тьмы, закрученные рога… Мастер Джет как-то пошутила, что однажды он станет цветочным мальчиком. Вспомнив это, Санни улыбнулся.

«Интересно, что бы она сказала, если бы увидела меня таким…»

И тут он замер.

Его пот стал холодным.

…На поверхности озера появилось третье отражение.

Это был высокий и стройный молодой человек с бледной кожей и черными как ворон волосами. Его лицо было острым и тонким — не совсем красивым, но в то же время очаровательным и странно притягательным. Его поразительные глаза, казалось, не имели собственного цвета, а отражали мир, словно два бассейна жидкого серебра.

Сейчас они были такими же голубыми, как бескрайнее, необъятное небо.

Молодой человек приятно улыбнулся, а затем поднял руку в знак приветствия.

До боли знакомый голос внезапно зазвучал в сознании Санни.

— Ах, Санлес… как приятно встретить тебя снова, спустя столько времени. Только посмотри на себя… Боже! Я почти не узнал тебя за этим устрашающим лицом…

Услышав приятный голос Мордрета, Санни вспомнил время, которое они провели вместе в Низшем Небе, и ту близость, которая существовала между ними тогда. Давным-давно он считал таинственного принца если не другом, то, по крайней мере, союзником. Ему настолько нравился обладатель бесплотного голоса, что он забеспокоился, когда тот исчез.

Конечно, все это было ложью. Искусно созданная Мордретом сеть обмана, чтобы заманить Санни в Храм Ночи и освободить его.

Воспоминания о мрачной развязке этой истории — страх, боль, стыд за то, что его сбили с пути и предали… резня — ледяными когтями вцепились в его сердце. Санни несколько мгновений смотрел на отражение молодого человека, затем стиснул зубы.

Ему было неприятно признавать это, но от того, что он боялся Мордрета, никуда не деться. Санни встречал много могущественных людей и еще более ужасающих мерзостей, но Принц Ничего был, пожалуй, единственным, кого он по-настоящему боялся. Не из-за Божественного Аспекта или родословной Войны, а именно из-за того, насколько коварным и необъяснимым был Принц Ничего.

Как говорил учитель Юлий, люди больше всего боялись неизвестности. И сколько бы Санни ни пытался, он просто не мог понять, как мыслит Мордрет, каковы его мотивы и что он замышляет за этой дружелюбной улыбкой. Из-за жуткой неправильности, скрывающейся в глубине его глаз, Принца Ничего невозможно было предсказать.

Черт, его даже невозможно было убить. Весь великий клан Валор пытался, но потерпел неудачу.

…Схватив Необычный Камень, Санни убедился, что за ним действительно никто не стоит, и обратился к отражению хрипловатым голосом:

— … О. Это ты. Что ты делаешь в озере? Не будь чужаком, Мордрет… войди в моё Море Душ, и давай поговорим с глазу на глаз.

Отражение юноши зависло, его улыбка стала немного принужденной. Затем оно снова заговорило:

— Как странно… Я слышу, как ты говоришь, но не вижу, как двигаются твои губы. Ты научился новым трюкам, Санлес? О, молодец. Я и сам кое-что умею…

Санни нахмурился, тени скрыли его глаза.

— Я… я слышал. Целый регион королевства, Мордрет? Правда? Я думал, тебе не нравится убивать невинных людей. Или ты говорил себе, что это нормально, потому что они не настоящие?

Мордрет слегка наклонил голову. Затем он сказал с той же приятной улыбкой:

— Какой смысл было бы убивать их, если бы они не были настоящими?

Услышав это, Санни вздрогнул.

Отражение, тем временем, покачало головой.

— Они были достаточно реальны, чтобы служить цели… однако, не пойми меня неправильно. Я бы не сделал того же самого в мире бодрствования. Все, кого я убил, были уже мертвы, Санлес. Все они были обречены, и притом безнадежно. Я просто придал их смерти иной смысл.

Мордрет не выглядел довольным собой, но и не раскаивался в том, что убил тысячи людей. Он был просто… безразличным.

Что было гораздо более нервирующим.

Принц Ничего посмотрел на Санни и усмехнулся:

— Значит, твой маленький оракул рассказал тебе все о моих приключениях? Что ж, замечательно. Мне не придется описывать их самому. Время не терпит, в конце концов… послать отражение на такое расстояние нелегко даже для меня.

Санни задержался на несколько мгновений, затем вздохнул и скрестил свои четыре руки.

— Она сделала это, хотя я бы не использовал слово «приключения» для описания этого. Чего ты хочешь, Мордрет?

Отражение помолчало немного, затем улыбнулось.

— А что еще? Покорить Кошмар, конечно же. А ты нет?

Из уст Санни вырвался низкий рык.

— Хочу. Перестань играть в игры и просто скажи мне, чего ты от меня хочешь.

Мордрет вздохнул.

— Ну, если ты настаиваешь. То, что я хочу, довольно просто… не сказать, что легко. Я хочу, чтобы ты любой ценой сохранил жизнь Ноктису.

Санни моргнул.

«Что он пытается заставить меня сделать… он действительно хочет, чтобы я защищал Ноктиса, или он надеется, что я сделаю противоположное тому, что он хочет, и убью Ноктиса? Почему он хочет, чтобы Ноктис умер еще до начала войны? Нет, подождите… может, он действительно хочет, чтобы Ноктис жил… ах! Проклятый Мордрет… ненавижу этого лживого ублюдка!»

Он уставился на отражение с мрачным выражением лица, а затем ровно произнес:

— И это всё?

Принц Ничего улыбнулся:

— Да, это всё. Если ты сможешь выполнить это простое задание, я могу гарантировать, что мы победим Кошмар и выберемся из него живыми.

Санни фыркнул.

— Ты можешь гарантировать это, да? Как? Что ты планируешь? Что насчет Надежды, ты попытаешься освободить ее, или ты нашел способ вернуть ее тюрьму в первоначальное состояние?

Порыв ветра внезапно потревожил поверхность озера, и отражение изгнанного принца исказилось, колыхаясь вместе с водой.

Он снова заговорил, его голос звучал немного отстраненно.

— Ах, как неудобно. Похоже, у меня закончилась сущность… До новой встречи, Санлес…

Санни сжал руки в кулаки.

— Опять это? Исчезаешь, когда нужно ответить на вопрос… ублюдок, ты понимаешь, что мы сейчас на одной стороне? Мы можем убить друг друга после Вознесения… но сначала нам нужно пережить Кошмар!