– Удачного полета, – прошептал Ларс, ознакомившись с донесением.
Путь лежал к центральным районам сектора. Ларс позаботился о сборах заранее, снаряжение было надето, оборудование собрано в рюкзак. Вес оказался довольно большим, но особых проблем это не вызвало. Ларс надел шлем, закинул рюкзак, плотно закрепив его на спине, после чего покинул убежище.
В это время улицы уже успели наполниться людьми. Как показалось, еще сильнее, чем обычно. Сказывалась повсеместная безработица. Помимо шахт, на Персефоне были и другие занятия – малый бизнес на стации пропускал через себя большие средства. Теперь все изменилось: упавший спрос заставил многих бизнесменов сокращаться, другие же и вовсе разорились. Местные жители метались в поисках хоть каких-то доходов. А Ларс со своим тяжелым рюкзаком, растворившись в толпе, шел на средней скорости потока. Времени на то, чтобы добраться до центра, у него имелось предостаточно, и вызывать подозрения у властей было совершенно не обязательно.
Все должно было пройти гладко. Минувшие беспорядки привнесли в сектор кое-что новое. Некую свободу, какой не ощущалось ранее. Шпиль не рисковал лишний раз теребить и без того раздраженную рану, тем более что она могла перерасти в нечто большее, что могло убить весь организм. Местные органы правопорядка слегка ослабили хватку, полицейские патрули почти исчезли. Сотрудники в основном молча ходили по своим маршрутам, не останавливая и не проверяя прохожих, просто следили за порядком на улицах, слегка настороженные – всего сутки назад толпа разве что не линчевала таких, как они, за одну лишь только форму.
Пятый сектор считался самым населенным на станции. Внешний вид представлял собой плотную застройку жилых блоков, однообразных многоэтажных зданий темно-синего цвета, сделанных из специального сплава, способного в случае сбоя всех систем сохранить людей в целости и сохранности в условиях суровой атмосферы карликовой планеты. Первые этажи этих блоков часто занимали магазины, бары, административные и муниципальные структуры. Отдельные здания выделялись для школ и торговых центров.
Центральные районы практически не отличались от северных. Исключение составляла лишь широкая магистраль, идущая от разрушенных мятежниками мостов, разделявших третий и четвертый сектора. Так как улицы в пятом секторе были в основном довольно узкими и предназначенными для пешеходов, а для машин имелись специально выделенные односторонние проезжие части, такая магистраль имела при себе большое количество многоэтажных парковок открытого типа. Во время противостояния мятежников с республиканской армией часть из них серьезно пострадала. Многие так и стояли в полуразрушенном состоянии по сей день, однако не все.
Добраться до центра удалось в срок. Не доходя до магистрали, Ларс свернул налево, в узкий проулок, идущий на восток вдоль зданий у дороги. Нужная парковка находилась совсем рядом. Часть ее строения была открыта для пользования, другая закрыта на ремонт. Выбор именно этого места был не случаен. Помимо близкого расположения от маршрута цели, парковка была достаточно высока, а главное, ее верхние этажи были закрыты для посетителей. После обретения независимости станция тратила серьезные средства на восстановление. Но вскоре, вместе с кризисом, все сошло на нет. Испытывая серьезные финансовые проблемы, руководство заморозило проведение ремонтных работ, что исключало присутствие рабочих.
Дойдя до нужного здания, Ларс осмотрелся. Верхние этажи парковки были полностью затянуты тентом, это давало неплохое укрытие, по крайней мере, до того момента, когда будет произведен выстрел. Нижняя часть здания продолжала работу в штатном режиме: хорошо освещенная и снабженная энергией, а значит, с рабочей системой безопасности. Как правило, именно безопасность на таких парковках занимала безусловный приоритет среди всех прочих услуг, предоставляемых учредителями. Ее обеспечивали круглосуточным видеонаблюдением, сотней датчиков и довольно сложной в обиходе системой идентификации собственника. И если два последних пункта в случае Ларса никак не работали, то первый являлся серьезной угрозой и учитывался им при планировании операции. Не попасться в поле зрения камер было невозможно, этот факт распространялся и на улицы тоже. Ларс мог передвигаться по станции сколько угодно, но лишь потому, что камеры не знали своей цели. Как только власти обозначат подозреваемого, уйти от их взора окажется почти невыполнимой задачей. Это должен был понимать каждый потенциальный преступник. Понимал это и Ларс.
Кинув взгляд на часы, Ларс зашел в здание. Пройдя к лифту, нажал кнопку последнего эксплуатируемого этажа. Поднявшись, вновь осмотрелся в поисках прохода к лестничной клетке, а как только нашел, минуя стройные ряды автомобилей, двинулся в нужном направлении.
Как и ожидалось, проход на ремонтируемые этажи оградили лишь предупредительным знаком и лентой. Питание к ним не поступало, и с этого момента Ларс находился вне досягаемости камер.
Ускорившись, он взбежал на последний этаж. Включив ПНВ, для того чтобы разглядеть тьму, побежал на противоположную сторону. Именно там находилось самое благоприятное место для выстрела. Добравшись, Ларс скинул с себя рюкзак. Вынув из него нож, подошел к краю и разрезал тент. Делать большое отверстие ему не требовалось, он ограничился минимумом, требуемым для систем орудия. Отойдя от проделанного «окна», Ларс приступил к сборке.
«Перо» – так прозвали республиканские десантники «ПЗРК 9MV28» из-за своей легкости и мобильности. Этот переносной зенитно-ракетный комплекс собирался из двух частей и мог запросто поместиться в армейском рюкзаке любого десантника, в чьих традициях было действие налегке. На его сборку требовалось не больше десяти секунд, дальность и точность впечатляли своими параметрами. А самым главным плюсом «Пера» являлась возможность ведения огня из плотных укрытий, для наведения требовалось лишь слегка высунуть «Перо» из-за укрытия в сторону цели, датчики находились спереди, а небольшой дисплей давал полную информацию о происходящем снаружи его пользователю на другом конце комплекса. Это оружие Ларс заказал, еще находясь на нижних уровнях. А прибыв в новое убежище, обнаружил «Перо» в разобранном виде, аккуратно уложенным в тайнике вместе с компактными припасами.
Закончив со сборкой, Ларс зарядил ракету и, закинув «Перо» на плечо, подошел к окошку. До пролета цели оставалось около пяти минут. Включать «Перо» раньше не рекомендовалось – любой самолет мог бы вычислить захват цели и тут же скрыться из зоны действия. Внимательно следя за горизонтом, Ларс решил выждать.
Однако уже через минуту цель показалась над северо-восточными районами пятого сектора. Приблизив изображение в шлеме, Ларс удостоверился в том, что это действительно была она. Немного потянув время, пока самолет залетит глубже в радиус поражения, Ларс наконец запустил «Перо», приступив к наведению.
С этого момента пилоты знали, что им грозит опасность. Подтверждением послужил маневр уклона, проделанный целью сразу же после захвата «Пером». Резко сменив высоту и выпустив контрмеры, самолет пошел вниз к жилым блокам, в надежде скрыться за стоящими там постройками. В результате первый же выстрел ушел в никуда. Быстро перезарядив «Перо», Ларс выстрелил вновь.
До Ларса донесся громкий хлопок. Как будто бы мощный взрыв петарды, а вместе с ним вспышка, и уже секундой позже самолет, окутанный дымом и пламенем, словно метеор, камнем полетел на жилые районы.
Ларс не видел место падения. Сразу же после попадания он, скинув с плеча «Перо», подбежал к рюкзаку. Ему требовалось как можно скорее покинуть здание парковки. Засечь позицию, с которой вели огонь, для местных властей было проще простого. Еще несколько минут у них должно было уйти на подключение к местной системе видеонаблюдения, просмотру записей для выявления подозреваемого. Человек с увесистым рюкзаком на спине для них будет целью номер один.
Камеры должны были засечь его уход. Ларс рассчитывал на это. Было бы глупо подняться с оборудованием, а спуститься уже без него. Даже ребенок мог бы сопоставить внешний вид одного и того же человека, цвет костюма и модель, – вряд ли на парковку могли зайти сразу несколько посетителей в одинаковом снаряжении. Поэтому, разобрав «Перо» и уложив его обратно в рюкзак, Ларс прихватил его с собой и поторопился на выход.