“Маэстро, ты дурак.
Когда серьезные люди говорят, держи уши открытыми. Авось услышишь полезное.
Студентка Беатрис, которая ходит за тобой хвостом, - дочь Фатимы Ир-Рейи. Ясен красен, она расхвалила тебя перед мамой. Это я имела в виду, говоря, что Ир-Рейя тебя примет: как учителя дочки. Мне плевать на то, с кем ты спишь. Хоть с выхлопной трубой. Это я пыталась сказать, когда ты унесся, как конь, раненный в задницу.
Ни тобой, ни Фатимой манипулировать я не собиралась. Не знаю, зачем эсфера Права встала на сторону фабрикантов. Намного полезнее для них – союз с нами. Я искала человека, которого Ир-Рейя примет непредвзято и выслушает внимательно. Была бы честная сделка. Вот мои условия: да – значит, да; нет – значит, нет.
А к дону Мадуро тебя никто не просил соваться. Вернее, суйся или нет – дело твое. Но не городи чуши от нашего имени! Теперь он думает, что мы рвемся за Высокий Стол, и будет драться насмерть. Сотнями вербует теней, готовится к побоищу. Вы тут, в Лаэрте, все подурели? В Бреге, когда у нас проблема, мы садимся и обсуждаем. А тут – черте что. Я приехала, чтоб договориться с тремя людьми: Ир-Рейей, Мадуро и тобой. Ага, выкуси!
Ладно, провалитесь вы все. Пойду другим путем.
Мор
PS Рука сильно болит? Знаю: денег на доктора нет. Станет худо – приходи в “Три быка”.
- Маэстро, мне так жаль! - вздохнул переписчик, не слишком старательно пряча усмешку. - Наверное, очень обидно – прочесть о себе подобное!
Альваро сказал:
- Я не имею никаких претензий к автору письма. Хочу отправить ей ответ, в котором будет сказано, что она права, а я признал себя ослом.
- С удовольствием напишу его для вас.
Да Силва продолжил:
- У меня есть друг. Ему я тоже хочу отправить послание. Немного затрудняюсь в формулировках, не поможете ли?
- Буду рад, маэстро.
- Ситуация такова. Я преподаю литературу. Друг узнал, что у меня учится дочь одной очень высокопоставленной дамы. Причем я не догадался о происхождении этой девушки, а вот друг все понял, но не сказал, лишь улыбнулся в усы. Он даже посоветовал мне посвататься к этой девице – однако умолчал причину. Лишь позже я узнал все о девушке и ее матери… И тут мне стало интересно: почему же друг темнил?
Переписчик нахмурил брови:
- Погодите, маэстро! Может, он не темнил, а честно не знал?..
Альваро коснулся письма.
- Данное послание составлено грубым стилем. Кажется, писала башмачница или базарная торговка. Меж тем, эта Мор – талантливый инженер, совладелец крупного завода, один из лидеров движения реформистов. Она многое знает о паровых двигателях и забастовках… но откуда ей знать обо мне, а тем паче – о моих студентках? Сия тайна раскрылась, когда я вспомнил, что мой друг – рядовой реформист, мечтающий быть Великим Реформистом. Таким, знаете ли, гласом свободы, рупором бунтарей. Дружба с Мор высоко подняла бы его в среде желтых лент. И тут – удача! - подвернулись мои ценные знакомства. Недолго думая, друг предложил Мор использовать меня.
Переписчик залепетал:
- Постой, ты все не так понял…
- Мор знает о том, что я не узнал в Беатрис дочку Фатимы! Эти сведения она могла получить ровно от одного человека. Мой друг решил выслужиться перед нею – за мой счет. И вот теперь возникает вопрос: как же мне ответить другу?
Прежде, чем Фернан начал оправдываться, Альваро сжал руку в кулак и врезал ему по лицу.
Оба вскрикнули от боли.
- Мог бы и слабее… - проныл Фернан, растирая скулу.
- Мог бы ударить левой… - простонал Альваро, баюкая раненую руку.
Фернан сказал:
- Прости, пожалуйста. Я думал, будет хорошо для всех. Нам – контакт с Фатимой, тебе – материал для книги…
- Знаешь, что забавно? Ты - уже третий, кто пытается доказать, что ложь хороша. До тебя были Фатима и Беатрис.
- Ложь плоха… Но я же не врал, просто умолчал кое-что…
- Они поступили точно так же.
Фернан шмыгнул носом.
- Люсиль предупреждала, что это плохо кончится. Она хотела все тебе рассказать, но я запретил. Не злись хотя бы на нее.
- Я и на тебя уже не злюсь.
Альваро пошевелил рукой. Пальцы саднило, ладонь горела, на повязке расплывалось пятно крови.
- Знаешь, Фернан, с того момента, как я начал писать книгу, все вокруг хотят меня использовать. Причем каждый – своим особенным способом. Мне это надоело. Полагаю, теперь мой черед использовать всех. Начну с тебя.
Герейра встрепенулся:
- Тебе нужна моя помощь?
- Тысяча чертей, да! Я же не могу писать. Поедешь со мной и запишешь разгадки всех секретов!
Фернан сложил в сумку писчие приборы, закрыл будку и вздохнул:
- Эх, опять не заработал ни песо…
Альваро фыркнул:
- Кому ты врешь, приятель? Ты – убежденный левый. Ты ненавидишь зарабатывать!
* * *
Подъездную аллею к генеральному штабу украшали двадцать старинных пушек, позеленевших от времени. Все они были стилизованы под морских чудовищ: малокалиберные изображали акул с разинутыми пастями, тяжелые орудия воплощали самих Владык Бездны.
Часовые грозно уставились на Альваро, едва тот вступил на аллею, но не смогли остановить его силою взгляда. Да Силва дошел до самых дверей здания и заявил часовому:
- Я к генералу Дезерею.
- Не велено! - отрубил солдат.
- Прочти здесь, велено или нет.
Альваро сунул ему под нос листок с подписью Дезерея и полковой печатью. Лицо часового приняло кирпичный вид, свойственный безграмотным олухам при встрече с образованным человеком.
- Не велено!
- Зови старшего.
Альваро сложил листок таким образом, чтобы слово “Ортияр” не бросалось в глаза, но остались на виду слова: “...предъявите дежурному офицеру, и вас пропустят ко мне. Габриэль Дезерей”. Командир вахты взглянул на документ.
- Ждите, доложу.
Пока длилось ожидание, Альваро попробовал затянуть повязку туже. Фернан помог забинтовать рану, но кровь все еще сочилась.
- Надо было сначала пойти в “Три быка”. Там же есть доктор.
- Не пойдем, а поедем, - ответил да Силва.
Вахтенный не провел их в кабинет Дезерея. Вместо этого вышел сам генерал.
- Маэстро, рад видеть, но увы, не имею времени. Если пожелаете, завтра можем отобедать.
Альваро ответил:
- Займу лишь несколько минут, но, простите, прямо сейчас. Сколько тяжелых мортир в армии Хофмайера?
Генерал насупил брови.
- Следуйте за мной.
Вошли в прохладный холл, увешанный флагами. Свернули в боковую дверцу – караульное помещение.
- Прежде, чем дать ответ, я хочу знать причину вашего любопытства.
- Я не претендую на военные секреты. Просто скажите: вам известно число мортир?
- Да.
- А откуда? От разведки, не так ли?
Дезерей набычился и промолчал.
- Вы допускаете возможность, что и разведка противника действует среди нас?
- Маэстро, к чему в клоните?
- За мной следит дангарский шпион. Он знает, что вы просили меня написать книгу–предупреждение. Он требует, чтобы я ее бросил. Сначала прислал угрозу, затем...
Альваро показал окровавленную ладонь. Генерал изменился в лице:
- На вас напали? Нужна медицинская помощь? Охрана?..
- Никак нет. Имею идею получше. Вы хотите донести кайзеру неверное число наших орудий? Или полков, или чего угодно? Я подарю вам дангарского шпиона. Вы заставите его отправить дезинформацию.
- Каким образом?
- Мы сбросили его с хвоста. Шпион не знает, что мы сейчас здесь. Но если я продолжу писать книгу - он появится снова, чтобы меня убить. Пошлите людей следить за теми, кто следит за мной.
Генерал обдумал это.
- Дельно. Одобряю. Выйдя отсюда, полчаса посидите в соседнем сквере, возле танцевальной площадки. Потом идите куда угодно, за вами будет наблюдение. Не старайтесь высмотреть агентов - этим вы их демаскируете.
