Не успел, конечно. Хлопнул сдвоенный заряд, и незадачливый стрелок повалился на пол рядом со своим напарником. Тот от выстрелов заорал ещё громче:

— Сдаюсь, сдаюсь! Не стреляйте! Не надо! Я сдаюсь!

— Вот и молодец! — похвалил его капитан, подходя с готовым мио-браслетом. — А теперь ну-ка ручки за спину заведи, будь добр…

Кайто видел всё. Весь особняк, от крыши до цокольного этажа. Мы могли обойтись и без него, продолжая отслеживать камеры наблюдения через терминал капитана, но в данной ситуации ещё один ствол и ещё одна пара рук были куда предпочтительнее. Тем более что Кайто и Вики всё равно снабжали нас всей нужной информацией. Вики даже взломала и отключила систему зенитных батарей, так что «Затерянные звёзды» уже возвращались из-за пятикилометровой зоны, которую охранял комплекс особняка.

А мы шли по коридорам особняка, выводя из строя одну за другой группы охранников и просто первых попавшихся на пути людей. Женщин, детей — со всеми поступали одинаково. Браслеты на руки и на ноги, и уложить носом в пол.

Максимум, что им грозит в таком положении — это отлежать себе бока до тех пор, пока в особняк не прибудут силы Винтерс, но это уже не наши проблемы. Наши проблемы состояли разве что в том, что запас браслетов стремительно таял, и в голову уже начали закрадываться нехорошие мысли о том, что скоро они закончатся вовсе.

Иногда приходилось стрелять. Даже чаще, чем хотелось бы, если говорить совсем уж честно. Примерно один из десяти не собирался сдаваться, и пытался либо сбежать, либо самоубиться об нас, в чём приходилось ему помогать — не бросать же человека один на один с такой проблемой.

Бегуны тоже не достигали своих целей — они же не знали, что особняк полностью под нашим наблюдением, и все их перемещения отслеживаются аж целым искусственным интеллектом. Поэтому, где бы они ни прятались — мы их настигали. После короткой, буквально на три слова, беседы, почти все сдавались, но с несколькими пришлось разобраться окончательно. При этом все прекрасно понимали, что, поговори с ними подольше, хотя бы пять минут, почти всех можно было бы убедить сдаться…

Но у нас не было пяти минут. Вся наша ставка, как и всегда, приходилась на внезапность и хаос в рядах противника. И даже пять минут могли свести всё это преимущество на нет.

— Приближаемся к особняку! — доложила Кори, когда нам осталось досмотреть только один этаж. — При необходимости можем оказать поддержку с воздуха!

— Обойдёмся! — коротко ответил я. — Мы уже почти закончили, так что просто зависните над посадочной площадкой, да пушками пошевелите грозно, напоминая, кто тут сила.

— С удовольствием! — довольно ответила Кори, и отключилась, а мы пошли добивать последний этаж.

С ним покончили быстро — там было всего пятеро живых, и всех пятерых мы так живыми и взяли. Конечно, какое-то количество ещё оставалось снаружи — например, те, что безуспешно искали нас среди солнечных панелей, — но по подсчётам Кайто и Вики их было не больше десяти человек, разбитых на маленькие группы. Работы на пять минут.

— Всё, мы на позиции! — довольно доложила Кори. — Зависли прямо перед особняком!

Я выглянул в ближайшее окно, выходящее на посадочную площадку, и убедился, что всё именно так, как девушка описала — корабль завис над посадочной площадкой, угрожающе направив пушки на особняк, хотя внутри уже некому было угрожать. Все или мертвы, или обездвижены.

— Пока не садись! — напомнил я. — Нам ещё нужно зачист…

Договорить я не успел.

Откуда-то сбоку, из-за моего поля зрения, внезапно вылетело что-то маленькое и быстрое, и, оставляя за собой белый дымный след, врезалось в борт корабля!

И борт расцвёл огненным цветком взрыва…

— Твою мать! — завопила Кори в комлинк. — Сука… Мы под огнём!

— Вижу! — ответил я, пытаясь высмотреть в окно, откуда прилетело в корабль.

Высмотреть не получалось, мешал угол особняка.

— В вас что, зенитка отработала⁈ — вмешался капитан в разговор. — Кайто, я тебя спишу! Ты же говорил, что система ПВО перехвачена!

— Я тут ни при чём! — в панике ответил Кайто. — Зенитная система всё ещё под контролем! Все пусковые установки совершенно безопасны! Да и к тому же, если бы в нас попала одна из этих ракет класса «Огненный дождь», нас бы пополам порвало! А тут, судя по всему, сработало что-то поменьше и послабее!

Слушая рассуждения Кайто, я поднял бластер и попытался прикладом высадить стекло — безуспешно, конечно же. Это же не какое-нибудь там простое стекло, а изолированный поликарбонат, который может выдержать даже очередь из бластера в упор. Поэтому стрелять в него бесполезно — мне придётся потратить полную батарею своего бластера, потом бластера Магнуса и ещё половину капитанской. А бластеры без батарей — это просто бесполезные куски пластика и металла весом в три килограмма каждый.

И это всё не говоря уже о том, что даже если мне удастся расплавить изолированный поликарбонат, его расплавленные брызги зальют всё вокруг, включая и нас самих.

— Кайто, у нас есть камеры на улицах⁈ — спросил я, моментально меняя план действий.

— Э-э-э… — Кайто на мгновение задумался. — Вообще есть, но у нас нет! Там свой сервер, Вики его не ломала — вы же все равно внутри действуете!

— Пусть ломает! — велел я, срываясь с места. — И двери пусть откроет!

Какой бы объективно крутой Вики ни была, но на взлом сервера ей понадобится какое-то время. И, может статься, за это время я вполне успею сам сбежать по лестнице на первый этаж, вырваться на улицу и своими глазами увидеть, что происходит.

Почти что так и получилось. Когда я пинком распахнул входную дверь и выбежал наружу, Кайто завопил в ухо:

— Есть картинка!

Но мне она уже была не нужна. Я и так видел всё, что было нужно.

Посреди двора стоял десяток охранников особняка во главе с капитаном охраны — тем самым здоровяком без шлема и в тяжёлой силовой броне. И именно эта броня, представляющая из себя по сути бронескаф, только без возможности противостоять вакууму и космическому излучению, а, вернее, её сервоприводы, позволяли капитану играючи держать на плече тяжёлую ракетную установку класса земля-воздух и как раз сейчас закидывать в её раструб новую ракету.

Да, по кораблю действительно ударила не стационарная ракетная установка, повреждения от которой могли бы быть фатальными для корпуса. Это был «Зенит», и он был поменьше и послабее, но зато и не требовал для работы огромной и тяжёлой пусковой установки, которая ещё и не на каждый грунт спокойно встанет. Такие установки предполагалось монтировать или на лёгких треногах, приделывать к кронштейнам боевых машин, вроде той, что мы уничтожили в мёртвом городе, или вовсе — в кузова простых гражданских гравикаров, жертвуя защищённостью в пользу мобильности.

Или, как сейчас — стреляя с плеча.

Конечно, обычный человек даже если бы и поднял эту установку, хрен бы куда попал из неё даже при учёте системы автоматического захвата цели — просто не смог бы продержать прицел на этой самой цели две секунды, необходимые для захвата всех видов сигнатур. Но капитан охраны Макоди с его силовой броней — совсем другое дело, он мог себе позволить некоторые вольности. Например — даже вообще отключить систему захвата и лупить сразу же, как только взвалил трубу на плечо. Всё равно корабль в тридцати метрах, не промахнёшься! Можно хоть с закрытыми глазами стрелять!

Но выстрелить ему я не дал. Быстро, за одну секунду поняв, что происходит, я вскинул бластер к плечу и выстрелил сам. Целился в ракетную установку, но в последний момент капитан будто бы передумал стрелять и резко опустил трубу, так что заряд прошёл мимо, в считанных сантиметрах от его лица.

Капитан резко повернулся ко мне, снова вскидывая установку, но целя в этот раз в меня, а не в корабль. Магнус и капитан рядом со мной тоже вскинули оружие, беря на прицел слегка замешкавшихся охранников, которые не успели повернуться.