— Нет, вовсе нет. Мы живем далеко отсюда. Мне приходится идти много километров, чтобы добраться до этой поляны.

— Правда? — он ей явно не поверил, но, кажется, не сердился за обман. — Странно, но я чувствую колдовство, исходящее оттуда. Много колдовства.

Врекенеры отслеживали Чародеек по запаху и мощности колдовства. Ланте должна предупредить родителей, чтобы они вели себя осторожней. Должна хотя бы попытаться сделать это. Они слишком увлеклись, создавая огромное количество золота.

— Я не знаю, что ты имеешь ввиду.

Он отступил от неё.

— А что такое убеждения?

Посмотрев на ладони, Ланте поразилась мощности той силы, которой владела. Она, в самом деле, собирается причинить боль этому мальчишке? Кажется, он больше не представляет для нее угрозы.

Поджав губы, она отозвала свою силу.

— Я могу заставить любое существо делать то, что мне хочется. Это и называется убеждением, хотя должно называться приказом.

Несколько лет назад Ланте впервые использовала свою силу, в сердцах приказав сестре закрыть рот. Целую неделю никто не мог понять, почему Сабина не может его открыть. Все это время она оставалась голодной.

— Звучит впечатляюще, ягненочек. Так же могущественна, как красива?

Девочка покраснела. Тронос считает ее красивой? Она посмотрела на своё поношенное платье, выцветшее от многократных стирок — раньше оно было очень ярким. Чародейки очень любят яркие цвета. На ногах Ланте не было обуви, потому что она выросла из сапожек. Она-то уж точно не считала себя красивой.

— Уверен, тебя все время называют прекрасной, — твердо сказал мальчик.

Нет. Он ошибается. Ланте крайне редко общалась с кем-то кроме своей семьи. Сабина если и хвалила сестренку, то лишь отмечая её способности, но не внешность. А родители, кажется, временами вообще не замечали дочь…

Мальчик приблизился к ней.

— Стой. Ч-что ты делаешь? — попятилась от него Ланте, но уперлась в ствол дерева.

— Хочу кое в чем убедиться, — нагнувшись к ней, Тронос… понюхал её волосы! Когда он отстранился от Ланте, его лицо озарила дерзкая улыбка, словно он только что выиграл супер приз или открыл новый мир.

Улыбка Троноса почему-то заставила Ланте почувствовать себя так, словно она всю дорогу до этой горы проделала бегом. Она не могла отдышаться, а её сердечко бешено колотилось в груди.

— Ты пахнешь небом. И домом. — Его слова прозвучали как важный… неоспоримый факт.

— Что это значит? — Боги, этот мальчик сбивал её с толку.

— Твой запах для меня ощущается по-особенному — как ничей и никогда ни в прошлом, ни в будущем, — от эмоций его глаза отливали серебром. Ветер трепал его темно-русые волосы. — А это значит, что мы станем лучшими друзьями, а когда вырастем… больше, чем друзьями.

Сосредоточившись на его словах о лучших друзьях, Ланте затосковала. Она всегда хотела, чтобы у нее был настоящий друг. Она любила Сабину, но сестренке было уже двенадцать лет, и, как правило, на уме у нее были взрослые проблемы: как раздобыть теплые вещи для зимы или где найти достаточно еды, чтобы прокормить четырех человек.

Ланте понимала, что кто-то должен был позаботиться об этих вещах, пока родители заняты. В детстве она даже предпочитала звать А-би, а не мать.

Врекенер, даже такой обаятельный как этот мальчик, не мог стать лучшим другом Ланте.

— Ты должен уйти, Тронос Талос, — ответила девочка, но в эту секунду ее желудок предательски заурчал, отчего Ланте смутилась, а мальчик развеселился.

— Возможно, ты великая и ужасная чародейка, но ведь одним колдовством сыта не будешь? — расправив свои завораживающие крылья, мальчик продолжил: — подождешь меня здесь, пока я раздобуду еды для тебя?

— Зачем тебе это делать?

— Теперь это моя обязанность, ягненочек, — распрямив плечи, ответил Тронос, с гордостью в серебристых глазах посмотрев на девочку.

— Я не понимаю, — вздохнула Ланте. — Ведь мы — враги. Мы не должны вести себя… — она махнула рукой на себя, потом на него: — вот так.

— Если хочешь, я никому не скажу об этом, — подмигнул он ей.

* * * * *

Четыре месяца спустя

Тронос… рассказал.

А Ланте заставила его заплатить за это.

«Чародейки — безнравственные, азартные, параноидальные гедонистки;

их любовь к вину… пьянкам и кутежам сравнима лишь с получаемым

ими удовольствием от воровства. Если не контролировать действия

Чародеек, это может привести к катастрофическим последствиям».

— ТРОНОС ТАЛОС, РЫЦАРЬ СВЕТА, НАСЛЕДНИК НЕБЕС.

«Бессмысленный секс похож на питье текилы, когда на дне бутылки плавает червяк: секундное веселье, но не то, что вы хотели бы повторить еще раз».

— МЕЛАНТЕЙ ДЭЙ ЧАРОДЕЙКА, КОРОЛЕВА УБЕЖДЕНИЯ.

Глава 01

Остров где-то в Тихом океане,

наши дни.

Забежав в сотрясающийся от взрывов, наполненный дымом тоннель, Ланте сосредоточилась на своих друзьях — ведьме Кэрроу и ее приемной дочери Руби — бежавших впереди. Держа на руках семилетнюю девочку, ведьма, сломя голову уносила ноги из этого богом забытого места.

Ланте бежала за ними, сжимая рукой меч, в рукоятку которого впивались металлические когти фехтовальной перчатки. Чародейка попыталась улыбнуться хмуро смотревшей на нее девочке.

Кэрроу… или Кроу, как ее называла Руби… и Ланте пытались превратить для малышки этот страшный побег в веселое приключение. Очаровательная, но вспыльчивая Руби явно не купилась на эту уловку.

Направиться в туннели девушкам казалось не плохой идеей, ведь им было нужно найти выход из тюрьмы Ордена, узниками которой они все были до недавнего времени, и скрыться от других бессмертных. После катастрофического разрушения тюрьмы, освободившиеся бессмертные начали друг на друга охотиться, в охваченных огнем помещениях. Несостоявшийся муж Кэрроу, который мог быть злом, а мог и не быть им, охотился за ней.

Очередной толчок землетрясения обрушил шквал мелких камушков прямо на черные косы Ланте. К сожалению, у нее тоже есть свой преследователь — Тронос, сумасшедший крылатый военачальник, последние пятьсот лет одержимый желанием захватить Ланте в плен.

Врекенеры страдают клаустрофобией — любое подземелье для них под запретом, тем более они просто не смогут пролезть в туннель. Тронос никогда не сунется за ней в этот подземный лабиринт.

От гремевших где-то вдали взрывов, туннель содрогался. Да все-таки спуститься в подземелье — идея не плохая. Ланте посмотрела наверх, и увидела, что перекрытие, поддерживающее потолок, прогнулось от напряжения. Неудивительно. На острове, где расположилась тюрьма, по милости одной из Чародеек, из земли прорастают все новые и новые горы.

Прямо перед Ланте упал валун, замедлив ее движение. Каменная пыль посыпалась на нее, словно песчаный занавес, попадая на лицо и маску Чародейки. Силуэты Кэрроу и Руби расплылись в этой дымке. И Ланте не заметила, как Ведьмы повернули за угол.

Побежав быстрее, девушка с разочарованием дернула торк, который люди одевали на всех бессмертных пленников. Ошейник, от которого было невозможно избавиться, мешал пленникам использовать свои врожденные способности: нейтрализуя силу, выносливость и способность бессмертных к регенерации.

Некоторым заключенным… в основном относившимся к Правусу… сегодня ночью помогли избавиться от торков. Но Ланте до сих пор носила свой, и это было очень несправедливо, потому что мало кто мог назвать ее «хорошей».

Не будь на ней торка, она смогла бы, управляя более сильными существами, защитить себя и своих друзей. Она бы знала мысли противника и двигалась со сверхъестественной скоростью, или же создала бы портал и убралась подальше… от этого проклятого острова.

Подальше от Троноса.

Ланте приподняла свой металлический нагрудник… ужасно неудобная вещь, если ты спасаешься бегством. Как в прочем и юбка из металлической сетки, и ботфорты на шпильке. Стараясь не обращать внимания на неудобную одежду, Ланте побежала быстрее, отчаянно желая, не думать о своем извечном враге.