— Денис Дмитриевич, — опять подключился Строганов, — скоро прибудет князь Чарторыжский и опять начнёт требовать свободу Польше, вместо экономики и, как вы говорили, развития социальных отношений. И как тут быть на ваш взгляд?

Это приятно, что акценты смещаются, а значит появляются надежды на более светлое будущее.

— Павел Александрович, я считаю что негоже сейчас объявлять войну сразу и Пруссии, и Австрии. Она займёт годы, будут расходы и смерти многих тысяч русских солдат. И всё ради того, чтобы Варшава и Краков получили независимость. Так и победа в войне вилами написана, чай не с детишками воевать придётся, а с сильными державами.

Граф несколько растерялся, поэтому попросил уточнений.

— Поясню, если позволите, — продолжил я мысль, — когда-то было Великое Княжество Литовское, которое в целях расширения объединилось с поляками в Речь Посполитую.

Все согласно кивают.

— Те времена уже позади. От литовского княжества остались лишь земли Вильно и Ковно. Да и от Речи Посполитой осталась лишь память после разделов прошлого века. Конечно, император Павел Первый хотел пересмотреть итоги разделов, но не успел.

— Маркиз, не до конца понимаю вас, к чему вы ведёте.

— Павел Александрович, всё же ясно ныне. Лозунг «Свободу Польше» относится лишь к великопольским и малопольским землям, принадлежащие ныне, — специально взял паузу, чтобы подчеркнуть реалии, — … Пруссии и Австрии. А у этих держав их можно отнять лишь силой. Или князь Чарторыйский должен произносить другой лозунг «Свободу Вильно и Ковно». Даже Рига и Ревель, как и Псков, например, никакого отношения к полякам не имеют.

Все перестали кивать сначала, но постепенно дошло. Ох, что будет когда эти доводы выложат Чарторыйскому. Нелепо начинать освобождение поляков с предоставления независимости двум литовским городам.

— Благодарю за то, что опять всё разложили по полочкам, маркиз. В таком виде всё действительно выглядит по-иному. Ох и удивится же Адам Адамович, он-то другого ожидает от императора.

— Я всего лишь высказал своё мнение, как вы попросили. Наверняка у других людей могут быть другие трактовки тех же событий. Почему, например, тем же англичанам не выкупить у пруссов Варшаву, чтобы подарить её полякам и те сделали её вольным городом?

За столом тут же начался дружеский трёп на тему «свободной Варшавы». Он перемежался шуточками и даже вариантами того, что лимонники могли бы ещё купить. Лишь я раздумывал над новым полезным знакомством, это гораздо важнее поляков и их мечт. Теперь буду ждать, когда юриста приведут и земли будут выкуплены. Эх, вот бы сам собой нарисовался знаток зарубежного оборудования, тогда можно его в длительную командировку по разным странам отправить. И денег полные карманы насыпать. Если не сбежит, воспользовавшись моментом, то найдёт, как я надеюсь, всё что мне нужно. И пусть отстегнёт себе в карман часть, главное чтобы качественное оборудование было.

После завтрака я выпросил Расторгуева к себе на обстоятельную беседу. Рад, что мы нашли общий язык и понимание. Тем более, что он оказался не против того, что я своего контролёра за строительством поставлю.

— Это нормально, ваше сиятельство (а почему сиятельство, а не светлость?), подчёркивает порядок в делах и ваш подход ко всему.

— Вот и хорошо. Ещё раз напомню, что мне важнее качество, а не расходы на него. Считайте что даю вам карт-бланш.

Не имею понятия в ходу ли это выражение, но уже привык иногда использовать свой слэнг. В конце концов, если кто-то что-то не поймёт, то попросит объяснить.

В Зимнем шло противоборство сторон. Император мечтал, чтобы члены Непременного совета как можно чаще собирались для обсуждения его идей, но советники не уступали своих позиций. Они и так сделали одолжение, согласившись раз в неделю посещать совещания, но на большую активность царь не мог рассчитывать. Не для того переворот был сделан, чтобы погрязать в делах. Впрочем Александр Первый и сам всё это понимал, бюрократическая машина неповоротлива по определению. Так что можно рассчитывать лишь на близких, тех, кто был в негласном совете. Хотя как втроём-вчетвером реформы вершить пока непонятно.

Двор, кстати, требует своё, а это регулярные приёмы, балы и иные увеселения. И ладно бы время на всё это тратилось, но ведь ещё и деньги из казны утекали. Вон, уже намёки посыпались, мол, при бабушке были шикарные гуляния, а сейчас как-то всё блекло. Вот только бабушка понаделала огромных долгов, а внуку приходится по ним проценты платить. И как Оленину удалось в столь короткий срок заработать миллион рублей? Может его министром финансов поставить? Шутка, понятное дело, но чем-то необходимо пополнять казну.

Ещё и армия денег просит, якобы желая ввода новой формы. Тут тоже отдельные высокие военные чины радеют за свой карман, это абсолютно ясно. Понятно же, что массовое «переодевание» повлечёт столь же массовое разворовывание средств. Так у Наполеона хотя бы гильотина есть для излишне зарвавшихся, а в России всё мягко и с пониманием выражения «бес попутал». Хотя императору уже донесли о том, как на эту фразу отреагировал тот же Оленин. Сказал по-простому, что того кого бес попутал, надобно сжечь, чтобы хотя бы душу человека спасти. Иначе бес будет постоянно путать того, кто не устоял перед ним хотя бы раз. Интересно, а на сколько сократится количество преступлений после первых сожжений?

Император всё больше видел разницу между тем, как мечталось об улучшениях в жизни России и тем, как сложно их вводить. «Бесформенное здание управления страной» требовало множества исполнителей, но находились лишь единицы, готовые верой и правдой служить реформам. Прошло уже полтора месяца со дня вступления на престол, а воз, как говорится, и ныне там. Тут ещё и прибывший английский посланник желает чуть ли не с самим царём обсудить морское соглашение. Конечно, восстанавливать с англичанами отношения нужно, но кто кому обязан?

Оставаясь протектором Мальтийского ордена, Александр Первый чувствовал личную ответственность перед иоаннитами. А так как Мальта по-прежнему находилось в руках Англии, то с этим что-то нужно было делать. Может действительно не ставить англичан в известность о том, что Индийский поход отменён? Или их собственные шпионы уже доставили сведения о развороте экспедиционного корпуса для возвращении домой. Граф Панин настаивает на скорейшем подписании договора с Англией, лишь бы побыстрее восстановить отношения. Действительно, Россия во многом зависит от неё, поэтому приходится лавировать.

Эх, быстрее бы маркиз д’Эсте построил свой городок и начал переработку сырья в товар. Тогда полегче будет в вопросах экспорта, а значит и зависимость от английских купцов уменьшится. А если ещё и Строганов то же самое повторит, то глядишь вослед за ними ещё какие-нибудь миллионщики тоже займутся переработкой. И чем меньше будет оставаться сырья в свободной продаже, тем выше будут платить за него иностранные купцы.

Вечером в английской дипломатической миссии подбивали итоги первого дня сбора данных.

— Господин барон, в двух русских ложах готовы к сотрудничеству. Их члены желают, чтобы наша страна помогла России встать на правильный путь развития. Их интересуют указания, ну и деньги естественно. Вроде люди очень состоятельные, но некоторые из них имеют временные финансовые проблемы.

— Мистер Уоррен, обещайте, но не забудьте расставить приоритеты. Сначала дела, потом оплата, а не наоборот.

Прописные истины легко повторять, но нужны дополнительные варианты подходов. Россия должна безмолвно проглотить бомбардировку столицы их союзника и не создавать проблем с подписанием соглашения. Фицгерберт хотел побыстрее выполнить поручение, желательно в мае, в крайнем случае в начале июня. Тем более, что подписывать итоговый документ будет другой человек. Единственное, что дипломат мог себе позволить, так это посетить коронацию императора Александра Первого, намеченную на сентябрь. Но хотелось бы в летнее время позаниматься делами, порученными друзьями-масонами, а не копаясь в бумагах.