— Инвестиционный банк мне нужен, как и целый юридический отдел, так как я собираюсь создать серьёзную промышленную структуру. Увы, специалистов из разных сфер человеческой деятельности совершенно не найти. То есть, они наверняка есть, но где мне их искать? Уверен, что некоторые заинтересовались бы новыми подходами и инновациями во вроде бы обыденной деятельности. Жаль, что придётся собирать команду единомышленников очень долго.

Разговор, слава богу, клеился, да и я увлёкся. Оба визитёра тоже раскрепостились и задавали вопросы, а также пытались советовать «А если так?». Кое-что я запоминал на будущее, так как слушатели были действительно опытны. Интересно, но даже супружеская чета Ланских подкидывала идеи. А новый знакомый оказывается знаток в разных областях хозяйственых действий, несмотря на молодость. Вроде двадцать пять лет, а разбирается даже в овцеводстве, а не только в солеварнях, которыми управляет. И в финансовой деятельности петрит, даже имеет кое-какие свои инновационные подходы.

— Так может быть отставите карьеру в сторону и несколько лет поработаете со мной? А то трудно вводить новаторство не имея партнёров, которые столь хорошо ухватывают новый взгляд на вроде давно известное. Я не стеснён рамками класса «так же деды делали, значит и нам стоит», а наоборот приветствую разумный креативизм.

Даже Одиноков уже скинул свою маску серьёзного консервативного работника юридической сферы. Он тоже хотел бы поучаствовать в «открытие Америки», пока это какие-нибудь европейцы или французы не сделали.

— Кстати, господа, шутки-шутками, но есть два континента в южном полушарии. Один вроде англичане начали осваивать, но лишь совсем с краешку. Отправили туда пару сотен каторжан, высадили их в бухте на юго-востоке континента и заявили права на громадную территорию. А другой расположен гораздо южнее и его пока никто не открыл, а уж тем более не описал. Но именно в центре этого другого континента находится так называемый Южный географический полюс нашей Земли.

Чувствую что народ прифигел, учуяв куда меня понесло, и лишь Степан Сергеевич ни в чём не сомневался.

— Денис Дмитриевич, так нужно отрядить экспедицию, описать берега и оставить славу открытия за Россией.

— Не так всё это просто. Мы никак не можем описать северный проход по океану вдоль нашего побережья, а оно ведь совсем рядом. Чего уж говорить о южных далях, находящихся в пятнадцати тысячах вёрст к югу, да ещё за морями и океанами. Та же Австралия, объявленная Англией своей, гораздо ближе к нам, хотя и не намного.

Оба молодых человека снова притихли, сообразив что Ланской и я знаем нечто, оправдывающее фантастическое предположение о новом континенте. Ясно, что Одиноков вытрясет из дядюшки всю информацию обо мне, когда вернётся. Бедный Иван Порфирьевич, ему ведь придётся поделиться с племянником всеми сплетнями и слухами о господине Оленине. Как бы он не сбежал от меня, узнав что я «из будущего», ха-ха.

Впрочем встреча закончилась вполне доброжелательно. Я лишь сказал другу Одинокова:

— Вы подумайте над моим предложением о сотрудничестве, Егор Францевич, — и он вполне серьёзно пообещал подумать.

Глава восемнадцатая

Талейран был взволнован, что обычно ему несвойственно. Но пришедшие из Петербурга отчёты и пояснительные записки выглядели взаимопротиворечивыми или, правильнее сказать, непонятными.

— Господин Первый консул, создаётся впечатление, что русские запутались. С одной стороны, они предлагают странный, но дружественный договор, а с другой стороны, выставляют претензии.

— Морис, давайте по порядку рассматривать документы, а то вы всё сразу скопом пытаетесь преподнести.

Ещё бы министру не поднести мешанину повелителю Франции, когда его человек сотворил такое-претакое. Да, судьба мсье Ришара предопределена, но не хочется выглядеть причастным к глупости и самонадеянности исполнителя. Договор с Россией нужен, как воздух, ну или как мирный договор с англичанами. Пара лет передышки позволит республике переварить захваченное и отвоёванное, а заодно усилить армию.

— С чего начать: с большого или с малого?

— Начните с самого главного, а потом перейдём к тому что попроще.

— Хорошо. Итак, Россия предлагает заключить Пакт о ненападении сроком на пятнадцать лет…

Необычный и непривычный вариант позволяет французам не опасаться русских в войнах долгое время, но в то же время и не рассчитывать на их военную помощь.

— Я это понял, мсье, — оборот «гражданин» уже вышел из употребления, вернув прежние формы общения, — есть ли важные детали или комментарии к договору?

— Их император предлагает побыстрее организовать встречу наших представителей для согласования. Такое впечатление, что он спешит побыстрее развязать свои руки для иных военных целей. Тех, которые не связаны с нами.

— Талейран, но меня это вполне устраивает. Сейчас главное для наших стран определить сферы интересов каждой из нас. После этого заключим Пакт. Что вас смущает, друг мой?

Министр во всём искал «английскую руку» и не хотел верить в личные намерения русского царя.

— Ну он же не может отказать ни Англии, ни Австрии, а тем русские солдаты очень нужны в войне с нами. Не верю, что молодой монарх вдруг начал действовать самостоятельно.

— Морис, давайте не будем загадывать, а просто начнём работу над Пактом.

Наполеон больше доверял своему личному чутью, чем сомнениям окружающих и именно поэтому поднялся столь высоко. Вот и сейчас он понимал, что русские почему-то не хотят лезть в европейскую политику ближайшие пятнадцать лет, а значит им что-то стало известно. Вот только непонятно что и откуда. Придётся послать в Петербург своих верных ловких людей, чтобы выяснили подполёку. Людям Талейрана в некоторых вопросах он не всегда доверял.

— Хорошо, второе предложение русских это торговый договор на несколько лет. Но он возможен лишь в случае, если пакт о ненападении будет заключён.

— Понимаю Александра, очень разумно, — министр даже удивлённо уставился на Первого консула, — подумайте сами, какой смысл с нами торговать, если мы не сможем обеспечить сохранность грузов. Так что их интересует?

— Они предлагают поставки мачтовой древесины, лён и льняное парусное полотно, пеньку и корабельные канаты из неё, ну и разное прочее. Правда вывозить русские товары нам придётся самим, а платить несколько дороже, чем платят те же англичане или голландцы.

— Умно, очень умно, браво новый русский царь! — восхитился Бонапарт, — так как мы никуда не денемся и согласимся на эти условия.

— Но почему? — практически возмутился Шарль-Морис, бывший епископ и нынешний хитрован и проходимец международного уровня.

— Друг мой, это наша доплата за пятнадцатилетний мир, неужели вы это не поняли. Без армий России Европа слаба, а благодаря поставкам мы ещё и свой флот усилим.

Первый консул пояснил некоторые нюансы, которые для него реально важны. Например то, что две трети английских кораблей имеют мачты из цельных стволов, купленных у русских. А французские корабли вынуждены делать сборные мачты из кусков, которые гораздо легче разрушаются в сражениях и быстрее приходят в негодность при иных обстоятельствах.

— Нам придётся лишь деньги платить за качество и возможность усиления флота. Но деньги мы можем заработать, а нужные деревья нам брать негде, кроме скандинавских стран. Но и там всё куплено англичанами. Так, а что идёт третьим пунктом?

— Русские требуют уплатить штраф в размере 150 тысяч луидоров за нарушение дипломатического этикета.

Наполеон очень сильно удивился огромной сумме поэтому потребовал подробностей. Одно дело, когда ноту выставляют или требуют удаления из страны нежелательной персоны. А за что огромный штраф?

— Сотрудник нашей дипломатической миссии организовал похищение человека и это подтверждено свидетельскими показаниями. Кроме того, исполнители сразу признались, что их нанял наш человек, а сам он пострадал в процессе захвата.