— Степан Сергеевич, тогда подойдём с другого конца. Если первый этаж для хозяйствования, то второй этаж можно использовать и под мои личные апартаменты, в одном крыле, и под посетителей в другом крыле, например. Вполне возможно, что на бумажке уже сейчас можно вычеркнуть всё, что этому не соответствует.

Серьёзному молодому человеку явно не понравился мой подход, но возражать он не рискнул. Находясь в карете, мы почикали всё ненужное, оставив лишь пять адресов. Впрочем уже второй объект мне понравился, соответствуя моим хотелкам, а третий вообще оказался самое то.

— Господа, именно это здание идеально подходит моим планам, остановимся на этом выборе.

— Господин маркиз, но мы ещё два дома не посетили, — попытался брыкаться навязанный нам спутник.

— И не нужно, ибо от добра добра не ищут. Скажу вам по секрету, что проблема выбора является одной из самых трудных и долго разрешаемых проблем для человечества. Лучше давайте подумаем кто может сделать ремонт этого здания, тем более что в особом оно не нуждается. И каким образом перестроим вот этот боковой вход для посетителей, желающих остаться инкогнито.

В принципе, зданьице действительно удобное и имеет участок с каретным сараем и конюшней, а также небольшой флигель внутри заднего двора. И отдельный двухэтажный домишко возле выездных ворот вроде для вахтёров или охранников. Одно крыло имеет нужные мне комнаты для проживания и обитания, а в другом можно принимать редких и редчайших посетителей. Тем более, что я сразу предупредил Ланского (для передачи этой инфы наверх) о том, что ограничусь десятком клиентов, а потом закрою сервис.

Чиновник записал пожелания, отвёз нас домой, после чего вернулся в Зимний, будучи недовольным. Он явно рассчитывал, что я буду посещать все здания по списку изо дня в день (по одному, а иногда по два). Тогда его синекура растянется надолго. Такой работы в день всего лишь час-полтора, а потом гуляй где хочешь, да ещё и на императорской карете. Увы, не срослось, представляю чего он обо мне наговорит своим дружкам.

Я считал, что люди в прошлом жили в более медленном темпе, чем мы, но пока всё развивается очень быстро. Сразу после обеда подъехал некто, кто выглядит как портной, двигается как портной, и чего-то покрякивает как портной.

— Ну как же без военного мундира, ну хотя бы намекните как он выглядеть должен. А может по образу и подобию построим вам мундир?

— Пока чин господина Оленина не приведён в соответствие с нашими чинами, — начал пояснения гофмаршал, — наверное не следует спешить с мундиром. Тем более, что в ближайшие дни всё разъяснится. Кстати, Денис Дмитриевич, а какому роду войск ваша военная специальность наиболее близка?

— Скорее всего, Степан Сергеевич, я соответствую военным егерям, если таковые у вас имеются. Полевая разведка дальнего радиуса действия занимается ещё и диверсиями в тылу врага.

Ланской призадумался, а потом принял решение.

— Попробую получить разрешение, чтобы вас числили, как майора в отставке от лейб-гвардии егерского батальона. Это наиболее близко по сути, хотя и не совсем. Посоветуюсь, пожалуй, с генералом Багратионом на эту тему, тем более что он шеф нашего егерского батальона.

— Буду благодарен за это. Тем более, что у меня в планах имеется подготовка инструкторов по атлетическому воспитанию солдат. А дюжину кандидатов можно отобрать из этих самых егерей. Пока войны никакой нет можно использовать время с потенциальной пользой для русской армии.

Кутюрье обмерил меня всего с головы до пяток, поназаписал себе всякой цифири, после чего отбыл заниматься построением моего личного гардероба (вообще-то содержимым, наверное?). А мы с гофмаршалом испили чаю с устатку и отправились к нему в кабинет составлять затребованную государем докладную записку с переводом на русский язык начала девятнадцатого века.

В это время в Зимнем шли свои процессы. Сразу после обеда кое-кто занялся переводом шепотков в более внятное придворное бухтенье, а сам император собрал членов Непременного совета. Председательствующий граф Салтыков сразу нашёлся, а вот из остальных дванадцати членов не всех удалось быстро разыскать. Те же Зубовы и граф Пален на совещании отсутствовали по причине занятости, а может уже отдыхать изволили перед вечерним приёмом. Поэтому информацию о возможном госте из будущего довели лишь до активистов. Ну или до тех, кто спрятаться не успел.

Александр замечал как изо дня в день активность, вспыхнувшая после смерти отца, день за днём идёт на спад. Он мог рассчитывать лишь на тех, из кого собирался создать официально невидимый свету Негласный совет. Больше доверять свои идеи реформ было практически некому. «Сфинкс» прекрасно понимал, что большинство вельмож и царедворцев мечтает о новых должностях и чинах, а вот работать по-настоящему им как-то не хотелось.

Именно поэтому ему импонировал подход Оленина, пусть даже выглядящий излишне вызывающе. Заработать миллионы, чтобы воплотить их в предприятия и проекты, уже слишком смело. А уж тот темп с которым маркиз выбрал себе здание за полдня вообще поражал. Любой другой растянул бы этот процесс на две-три недели, воспользовавшись случаем. Правда теперь и царю придётся поспешить, обеспечив ремонтные работы по дому, а также определить и выделить штат прислуги. Если бы все сановники так работали, вся Россия незамедлительно начала бы меняться.

Краткий доклад членам совета сделал Кочубей и сразу же полилось умничанье.

— Глупости какие-то…

— Так не может быть, это ложь…

— Мошенника нужно отправить в Петропавловку, дабы другим неповадно было…

— Зачем тратить наше время на сей бред?…

Хорошо, что ближники царя заблаговременно распределили роли и были готовы поставить «советчиков» на место. Люлей самым умным навалял Строганов.

— Господа, вам всего лишь сообщено о появлении в Петербурге человека, считающего что он из будущего, не более. Запрещать ему жить, имея своё мнение, неразумно, да и в Европе нас не одобрят если мы его арестуем ни за что. Вреда он не приносит, кстати. Тем паче, что вы сами не только в различные масонские ложи входите, но и пользуетесь услугами различных прорицателей и гадалок.

— Граф, но зачем же было нас собирать по такому поводу?

— Думаю, что вы точно так же проявили недовольство, если бы мы вам об этом не сообщили, а утаили в секрете случившееся. Сами же понимаете, как неприятно о чём-нибудь узнавать, когда информация приходит через третьи-четвёртые уста. Ещё и возмущались тем почему вас сразу не ввели в курс столь необычного события.

Члены совета в душе соглашались с разумными доводами, так как и сами имели рыльце в пушку, встречаясь иногда с сомнительными личностями. Другое дело, что признать невероятное очевидным ну никак не хотелось. Так и разошлись бурча и недовольствуя. Император, оставшись с верными друзьями наедине, сразу подытожил (с грустью).

— И как с такими советниками заниматься преобразованиями?

Он не ожидал чуда, понимая что любые новации будут тормозиться косностью, а то и откровенным неисполнением, но пока не имел достаточной поддержки со стороны сильных мира сего. Даже те, кто убил отца, оставались на своих постах и должностях, а попасть под вторую «замену императора» ему совсем не хотелось. Присягнувшая гвардия возглавлялась теми же полковниками, так что никаких гарантий сохранения престола за ним не имелось. Вот и приходится делать вид, что расстановка сил среди власть имущих его вполне устраивает.

Может имеет смысл спросить у Оленина о том, что думают о смерти Павла Первого в будущем? А пока нужно узнать по поводу судьбы семейства д’Эсте, по крайней мере, её итальянской ветви.

— Ваше величество, — начал докладывать герольдмейстер, — на сегодняшний день в итальянской ветви д’Эсте имеется лишь герцог Модены и Реджо Эрколе III Ринальдо. Причём само герцогство завоёвано французами и находится в составе Цизальпинской республики. В обмен, согласно Люневильскому мирному соглашению, он получил земли в Германии. Какие именно пока не удалось выяснить, но вскоре я получу сведения.