Знание - сила.

Кастео, Бэрронс, Фейд, Риодан, Лор, Даку.

Последнее имя вызывает у неё легкую улыбку. Было время, когда из любви к сражениям он даже стал гладиатором, а в другие времена, в других краях - легендарным самураем. Вторая из самых ожидаемых ею битв - с ним.

Их методы такие же отвратительные, как и у фейри, но двух имен из известных ей шести нет в ее списке. Двоим из них она позволит жить.

Идя дальше, она игнорирует обрывки услышанных разговоров.

- Кто она?

- Никогда не видел ее раньше.

- Черт, а сучка горяча!

- У тебя ни единого шанса, Брюгер. Она тебя порвет.

- И я умру счастливым.

- Думаешь, она фейри?

- Не знаю, но двигается она как одна из них.

Она переняла то, что посчитала полезным, от фейри, которых тщательно изучила. В её списке их много.

Но она не фейри. Она человек.

Минуя подклубы, она, молча, ломает руку глупца, решившего схватить её за задницу. Вслед ей несутся истошные вопли и болезненные крики мужчины, прижимающего к себе окровавленную руку.

На этот раз она улыбается.

Никто не смеет прикасаться к ней. Кроме тех, с кем она вступает в битву по собственному усмотрению.

На самом верху, за стеклянной балюстрадой, отделяющей внутренний периметр приватных уровней, она обнаруживает идеальную наживку и замечает аномалию. Человек там, где его быть не должно. На верхние уровни имеет доступ только Девятка и несколько избранных. Но мужчина - человек, и он наверху. Без сопровождения. Он раздевается под музыку, перебрасывая через хромированные перила одежду в восхищенную толпу женщин.

Она оценивает его физические данные, когда он полностью обнажается. Да, он идеален.

Подойдя к стеклянной лестнице, ведущей на те уровни, где по слухам, помимо кабинета владельца и электронного сердца громадного клуба, находятся апартаменты Девятки, она замечает вторую аномалию. У подножия лестницы нет привычных двух охранников из Девятки, к столкновению с которыми она была готова. Невероятно, но факт.

Она бы перешла в режим повышенной боевой готовности, но она из него и не выходит.

Тихо, не испытывая свою удачу - удача всегда благоволит тому, кто знает свою цель - она поднимается по лестнице.

Глава 10

Внутри нее прячется волчица,

Которая выходит на свободу...

Мак

Сейчас полночь. Наша встреча закончилась несколько часов назад, и я осталась одна в магазине. После ухода Кэт и Шона, Риодан сказал Бэрронсу о том, что надо бы прибрать за Ледяным Королем. Бессмыслица какая-то. Последний оставшийся лед растаял еще несколько недель назад.

Бэрронс ушел по своим делам, чтобы вернуться с колотящимся сердцем, сверкающими глазами и утихшей яростью. Он не занимается со мной сексом, когда голоден. И у меня есть свои предположения на этот счет.

Однажды, я спросила у него, что он ест, а в ответ получила нежное:

- Не твое нахрен дело.

В общем-то, это и не важно. Он такой, какой есть. Надо либо принять это, либо уйти. А уходить я не собираюсь. Да, этот мужчина не вегетарианец. Но у него есть зубная щётка, так что жизнь продолжается.

Несколько часов я потратила впустую над принесенным из Зеркал потрепанным, полуразвалившимся фолиантом, название которого переводится приблизительно как «Мерзкие фейри». Затем занялась уборкой, протерла пыль с полок и прилавков, а после проверила все оружие, что припрятала в магазине. И всё это лишь бы не думать об ужасном поступке, который сегодня совершила. Пока я не заставлю Книгу заткнуться навсегда, есть риск, что весь этот ужас повторится. Хотела увидеться с инспектором Джейном, узнать, где живет семья О'Лири и, выяснив, в чем они нуждаются, обеспечить их этим. Но при мысли об этом вина и горе накатывают на меня, и от боли в желудке я сгибаюсь пополам.

Давно я не ухаживала за своим арсеналом. Я скучаю по своему оружию, но не готова носить его. После случившегося сегодня, я могла бы и от копья оказаться, но не хочу оставлять его там, где его могут найти, даже в книжном магазине. Бэрронс терпеть не может эту древнюю реликвию фейри, потому что она может убить меня. А мне копьё нравится по той же самой причине. Убить и пистолет может. Оружие нужно уважать.

Разбираю свои Глоки, Вальтеры, Сиг и Кимбер, чищу, перезаряжаю и снова кладу на полку, оставляя Фалькон Коммандр сорок пятого калибра напоследок, потому что на данный момент он мой фаворит, а потом перехожу к винтовкам. Любуясь, раскладываю их на прилавке. Я наслаждаюсь, держа в руках металл и пластик, прохладное железо пуль, сделанных вместе с Дэни. Тренируюсь в метании ножей на манекене, который установила в задней комнате. Я даже начищаю свое копье, держа его осторожно, стараясь блокировать ужасные картинки, навязываемые мне Книгой.

Ну а когда занять себя больше нечем, начинаю ходить туда-сюда, пытаясь понять, почему Риодан даже не упомянул о Дэни сегодня.

Он наверняка знает, что она пропала. И точно её ищет. Если бы она была поблизости, то попыталась бы заполучить себе место за нашим столом. Она всегда защищала Дублин и ставила его превыше всего, даже тогда,когда Ро угрожала ей, контролировала и направляла её меч.

Вонзив в Ровену Копье, я применила к ней Глас и выяснила, что она своим даром внушения заставила Дэни убить мою сестру. Но мне не известны подробности.

Я думала, что уже простила её за участие в убийстве моей сестры. Но одно дело размышлять об этом, сидя в книжном магазине, и совсем другое, глядя ей в глаза, почувствовать это прощение и суметь выразить его своими действиями. Мне так и не удалось это сделать тем вечером, когда мы встретились впервые после того, как я узнала всю правду.

Я набросилась на неё. Едва смогла отступить. Спасибо ещё, что не отключилась полностью. Интересно, кстати, почему? Чем отличался вечер, в который я направила свое копьё на Дэни, от того момента сегодня, когда я занесла его над Серой Женщиной?

- Алина, Алина, Алина, - шепчу я.

Иногда я повторяю её имя словно молитву, будто одного этого достаточно, чтобы воскресить её из мертвых. А ведь никто не предупреждает нас о том, что, когда умирает близкий человек, приходиться терять его дважды:первый раз - когда смерть разлучает нас, и второй - когда мы с этим смиряемся. И в этом длинном мрачном путешествии от одной потери к другой мы не одиноки. Рука об руку с нами неторопливо идет горе, соблазняя буйным цветом воспоминаний, способных свести с ума. Как же хочется зарыться носом в этот букет. Но застряв в прошлом, мы перестаем жить по-настоящему. Общаясь с призраками, сами становимся призраками.

Но я всё равно тоскую по тому летнему дню в Фэйри. Вокруг песок. Волейбольная сетка неподалеку. В руках бутылка «Короны», по стенкам которой стекает сок лайма. И неважно что рядом лишь иллюзия Алины.

«Так давай воспроизведем этот день,» - мягко мурлычит мой внутренний пассажир. – «Мы ведь можем.»

- Уже проходили, прекрати искушать, - бормочу я. - Придумай что-нибудь новенькое. Ответ все еще «нет».

От входной двери вдруг отлетает колокольчик с треском и скрежетом металла, пролетает по воздуху и обрушивается на пол с последним, непокорным звоном.

С удивлением и негодованием я перевожу взгляд на распахнутую дверь, которая была заперта. Мне был дорог этот колокольчик.

- Мог бы и постучать, - раздраженно говорю я Риодану, стоящему на пороге. - Я бы тебе открыла.

- Полагаю, копье у тебя.

- Конечно, у меня, - я не могла вздохнуть спокойно, пока Бэрронс не вернул мне его по окончании собрания.

Риодан указывает на дверь.

- У нас проблемы. Идем. В Честер. Немедленно.

Я не собираюсь никуда идти с владельцем Честера, он и так всё время достает меня. Следом обязательно пристроится моя темная свита, и он снова начнёт изучать меня под микроскопом. Мне хватило и сегодняшней встречи.

- Ты говорил, что мне нельзя входить в клуб вооруженной, и я не отвечаю за твои...