Вместо того чтобы отправиться с Леви в хижину на поиски Эллиота, как она хотела, Сан провела последние несколько часов, изучая материалы дела и протоколы судебных заседаний по приговору Мэтью Кенту. Леви поехал без нее. Он обещал позвонить, как только что-то узнает, так или иначе, но она не знала, есть ли у него сотовая связь. Есть ли у него способ связаться с ней.

Мэтью Кент отказался назвать имена своих сообщников, людей, которые, по его словам, на самом деле дёргали за ниточки, заявляя всем, кто его слушал, что они его убьют. Он играл роль козла отпущения, чего бы это ни стоило. И исчезновение Эллиота едва не сошло ему с рук.

Следователи потеряли след денег после того, как они покинули банк на Кайманах. Десятки миллионов долларов. Деньги не просто исчезли. Они были у кого-то, но, судя по виду Эддисон Кент, не у нее и не у её мужа.

На фотографиях с судебного процесса Эддисон выглядела измождённой. Ее темные волосы были неухоженными. Ее бледное лицо было впалым. Она прошла через все испытания благодаря своему мужу. Тот факт, что они все еще были женаты, озадачил Сан, но, возможно, Эддисон просто не хотела подавать на развод, пока её муж сидел в тюрьме.

Она посмотрела на Рохаса. Он все еще был там, просматривая записи из бара и «Квик-Марта» в надежде уловить взгляд на мужчин в пикапе. Без этого у них ничего не было.

— Рохас, ты произвёл на меня впечатление еще до того, как я шантажом заставила тебя присоединиться к команде. Иди домой. Это может подождать до завтра.

— Тогда какое у тебя оправдание? — спросил он. — Знаешь, если это может подождать. — он встал и подошел к ней. — Хочешь, чтобы я приготовил свежий чайник перед уходом?

Она улыбнулась, словно он только что предложил ей кусочек рая.

Свет фар проникал сквозь переднее стекло станции. Леви подъехал и припарковался. Должно быть, он не нашел Эллиота.

— Я понял, — сказал Рохас, собираясь впустить его.

Тут зазвонил её телефон. Она посмотрела на часы. Одиннадцать тридцать в будний день. У её дочери должно быть веское оправдание, чтобы не ложиться так поздно.

Она нажала на зелёную кнопку. — Уже поздно. И ты навечно лишаешься права пользоваться телефоном. Лучше бы это было что то…

— Мамочка, — сказала Аури, её голос был таким тонким, что она почти не слышала её.

— Милая, что случилось?

— Мне кажется, я нашла труп.

Сан поднялась на ноги и вышла вслед за Рохасом на улицу.

— Где ты?

— Я упала.

Она щёлкнула пальцами и показала Рохасу, чтобы он шёл к своему круизеру.

Он кивнул и направился к своему припаркованному внедорожнику, а она подошла к машине Леви.

— Куда, малыш? — спросила она.

Леви не колебался. Он забрался обратно в свой пикап, а Сан села на пассажирское сиденье.

— Ты знаешь тот маленький мост на Санрайз?

— Савиата. Да. Я почти на месте.

Леви сдал назад и менее чем за две минуты доставил её на Санрайз. Рохас ехал следом, включив аварийные мигалки.

Они затормозили, и Леви оказался за дверью быстрее, чем Сан успела отстегнуться.

— Не спускайся сюда! — крикнула Аури.

Рохас достал фонарик и искал её лучом, пока не нашел.

Леви начал спускаться в овраг.

— Не спускайся сюда! — крикнула Аури, делая еще одну попытку. — Это место преступления.

Запах донёсся до Сан и только подстегнул её панику. Она последовала за Леви вниз.

— Преступление! Место преступления!

Не обращая внимания на Аури, Леви продолжил спуск.

Он остановился на склоне, маневрируя вокруг нее, затем посмотрел на Рохаса и хлопнул в ладоши. Рохас бросил ему фонарик, а сам вызвал «скорую».

— Леви, — сказала Аури, заметно дрожа.

— Какого черта, Рыжая?

Сан подняла достаточно грязи, чтобы похоронить их обоих, когда попыталась остановиться на склоне рядом с Леви.

— Что за место преступления, которое никто, кроме меня, не понимает в серьез?

— Аури, детка, что случилось?

— Я упала, — сказала она. — И мой велосипед упал вместе со мной.

Леви посветил фонарем.

— Ты можешь стоять?

— Моя нога зацепилась за цепь. Но ничего не сломано. Я не испытываю ни тошноты, ни сильной боли. У меня также нет головокружения или других признаков сотрясения мозга. Я просто запутался. И у меня стреляющая боль в лодыжке каждый раз, когда я пытаюсь пошевелиться.

— Спасибо за подобную диагностику, доктор Викрам, — сказала Сан.

Леви посветил фонарем на ее лодыжку.

— Ой, — сказал он. — Возможно, нам придется отрезать это от тебя.

— Чем? — спросила Аури, охваченная паникой.

— Если только… — он изучил ее еще немного. — Могу я попробовать поднять этот конец, Рыжая?

Она кивнула и взяла Сан за руку.

— Если будет больно, скажи мне. Я остановлюсь.

— Хорошо.

Сан опустилась на колени рядом с ней.

— Стоит ли мне вообще спрашивать, что ты делаешь в овраге посреди ночи с запутавшимся вокруг тебя велосипедом?

Она поджала губы, а затем кротко ответила:

— Мне нужно было извиниться перед Крузом.

— Ты не могла написать ему?

— Он не отвечал. Я забеспокоилась.

— Аури, — назидательно сказала Сан, но девушка резко вдохнула.

— Вот так, — сказал Леви, отпуская велосипед.

Он заскользил по оврагу.

— Ты сделал это? спросила Аури, пытаясь сесть.

— Не-а. — Он снова прижал её к земле. — Оставайся на месте, Рикки Роуд Рейсер.

Но она не стала. Она обхватила его за шею и затряслась еще сильнее.

— Где скорая помощь? — крикнула Сан.

— Уже в пути, босс, — ответил Рохас. Он нашел еще один фонарик.

— По-настоящему, — сказала Аури, обнимая Леви за шею. — Мёртвое тело. В двух шагах от нас.

— Об этом мы позаботимся через минуту, — сказал он.

Она отпустила его.

— Я подумала, может, тот, кто это сделал, все еще здесь.

— О, детка. — Сан заключила её в объятия.

— Это моя заслуга, — сказал Леви, посветив на полуприкрытое тело.

Сан услышала приближающийся вой сирен. Она закрыла уши Аури руками, прекрасно понимая, что та все еще слышит их разговор, но это хоть как-то утешило Сан.

— Это тот самый парень?

Он кивнул.

— Это он.

— Ты не шутил. Он и двух кварталов не продержался.

— Никогда не думал, что они бросят его в центре города. — он осветил фонарем все вокруг. — Он даже не был мёртв, когда они его выбросили. Посмотри, сколько крови.

— С такими друзьями.

— Вы же знаете, что я все еще слышу вас? — спросила Аури.

Сан крепче обняла её, а затем посмотрел на Леви.

— Я собираюсь поднять тебя, — сказал он Аури. — Если будет больно, дай мне знать.

— Каков план? — спросила Сан.

Он просканировал местность.

— Я спущу её вниз и провожу до перил. Оттуда я смогу её поднять.

Сан кивнула.

— Рохас, пусть Куинс оцепит территорию и позвонит в Альбукерке. Нам нужна еще одна команда криминалистов, чтобы осмотреть место происшествия.

— Будет сделано, босс.

Леви поднял на руки любимую девочку Сан. Аури обхватила его так, словно он был шоколадным пирожным, а она — куском фольги.

Сан шла рядом с ними, светя фонарем, помогая ему лавировать по неровной земле.

— И разбудите моих родителей! — крикнула она через плечо.

***

Сан и Леви наблюдали, как команда из Альбукерке грузит умершего мужчину — естественно, без документов — в машину скорой помощи, чтобы доставить его в ОМИ. Они уже побывали в неотложке с Аури, осмотрели её и отправили домой, к бабушке и дедушке. Может быть, Сан слишком много на них взвалила.

— Чувак, — сказала она Леви, — когда ты задаёшься целью убить человека, ты полностью отдаёшься работе.

— Я стараюсь.

На её телефон пришло сообщение от Карвера. Она даже не стала беспокоиться. Было почти три часа ночи.

— Твой ребёнок — это нечто особенное, — сказал Леви.

— Если ты хочешь сказать, что она — магнит для проблем, то я согласна.