Она опустила взгляд.

— Я действительно люблю его.

— О, Боже, Нэнси. — Сан потерла лицо кончиками пальцев и встала, чтобы посмотреть в окно, за которым открывался потрясающий вид на ночной Санта-Фе, — её ярость была слишком велика, чтобы оценить её.

Ее подруга всегда была не в ладах с головой, но изменять результаты анализа ДНК? Теперь каждый тест, который она когда-либо проводила, будет поставлен под сомнение. Каждый человек, осуждённый на основании обработанных ею улик, будет отброшен. Людей, виновных в убийствах, изнасилованиях, растлении и торговле любым количеством преступников, теперь придется судить заново или вообще выпускать на свободу.

То, что Сан собиралась сделать, было неэтично, но она не могла этого допустить. Если бы она могла помочь. Она должна была знать.

— Не волнуйся, Сан, — сказала Нэнси срывающимся голосом. — Он не любит меня в ответ.

— Сколько?

— Ты не понимаешь. Он спас жизнь моему брату в Аризоне. Они собирались убить его.

— Сколько дел, Нэнс? Сколько ты подделала?

— Только одно, клянусь. Ты знакома с моим братом. Кевина не было бы в живых, если бы не Уинн.

— Он смотрящий, Нэнс. Твоему брату, вероятно, даже не угрожала реальная опасность. Скорее всего, это была подстава, чтобы подмять тебя под себя. Чтобы приберечь тебя на чёрный день.

— Нет, это случилось много лет назад. А потом мы начали переписываться. — она отвела взгляд. — Ну, в основном я писала ему. Он никогда не просил меня ни о чем до сих пор.

— Вот как они работают. Ну же, Нэнси. Ты не можешь быть такой наивной.

Когда она ничего не ответила, Сан сделала единственное, что могла сделать в этой ситуации.

— Завтра утром ты уйдешь в отставку.

На ее лице отразилась абсолютная паника.

— Я не могу.

— Ты уволишься, или я передам тебя в полицию СФПД. Все твои дела… Это будет беспорядок, и ты это знаешь.

Она подняла подбородок.

— Это будет твое слово против моего.

— Нэнси, не заставляй меня делать это. — Она достала свой телефон. — Я записала весь этот разговор. Тебя арестуют.

— Тогда арестуй меня. Я не могу уйти. — В ее лице читались страх и отчаяние. В этом внезапно появился смысл.

— Кто еще держит тебя в зубах?

Ее пальцы сжались вокруг стакана. — Кто-то гораздо страшнее тебя.

— Ты только что сказала мне, что не изменила никаких других тестов.

— Нет. — Она подошла ближе, умоляя. — Клянусь Богом, Сан. Он просто… Я просто делаю для него пару подработок время от времени. Не по правилам. Вот и все.

Какого рода подработками может заниматься лабораторная крыса в криминалистике?

— Кто?

Между ресницами собралась влага.

— Если я расскажу тебе, то к утру буду мертва.

— Я могу защитить тебя.

Она насмехалась.

— Ты даже не можешь защитить себя.

— Нэнси, ты ставишь меня в очень затруднительное положение.

Она опустила бокал.

— Ты делаешь то, что должна делать, Саншайн.

Одно можно было сказать наверняка. Ей предстояло еще разобраться в ситуации с Нэнси. Но пока…

— Я хочу, чтобы анализ, который ты подделала, был немедленно уничтожен.

Она кивнула.

— Конечно.

— Тогда мы с тобой поговорим. — Сан подошла к ней и понизила голос, надеясь помешать тем, кто мог подслушивать. — И для справки: я тоже могу быть страшной.

Нэнси снова кивнула, ее ладони сжались в узлы.

***

Сан написала родителям, чтобы они знали, что она опоздает в больницу на следующее утро. Аури выписывали, и они были нужны ей там. Они хотели оставить Круза еще на пару дней, к большому сожалению Аури.

Она вышла из крейсера под слепящий свет солнца Нью-Мексико. Она спала ровно три секунды, что могло объяснить её вампирическую неприязнь к яркому светилу в небе.

— Что случилось? — спросил Квинси.

— Уже рассвело.

Квинси осмотрел синеву над ними. — По-моему, такой дневной свет называют дневным.

Прошлой ночью она прокрутила в голове все возможные сценарии того, почему Леви скрыл от нее правду. Сотрудник правоохранительных органов пришёл к одному тревожному выводу: он с самого начала был в курсе дела. Но если так, то почему? И что произошло?

Сам он был еще ребёнком. Во всяком случае, молодым. Ему было всего двадцать, когда это случилось. Неужели Кубрик каким-то образом обманом заставил его помочь с похищением? Если да, то какое событие привело к их размолвке и последующей схватке насмерть? И какое, черт возьми, отношение ко всему этому имел Уинн? Неужели он тоже был замешан? Это было семейное дело?

Ее мозг распух от всех этих вопросов. В поисках ответов они с Квинси оказались в тюрьме штата в Санта-Фе. Окружной прокурор справился с задачей. Он добился перевода Уинна Равиндера в Нью-Мексико, причём сделал это в рекордно короткие сроки.

— Думаю, мне стоит пойти одной, — сказала она Куинсу. — Уинн может говорить со мной более откровенно, если тебя там не будет.

— Вот что ты получила за свои мысли, босс.

Она покачала головой.

— Не заставляй меня тянуть за звание.

— Не заставляй меня дёргать за волосы. Это не очень мужественно, но зато эффективно.

Их провели в кабинет, где на столе лежали стопки папок высотой с Квинси.

— Он поступил вчера вечером, — сказал специалист по приёму, роясь в папках на своем столе в поисках нужной. Он нашел то, что искал, и сел за компьютер.

— Да. Уинн Равиндер. У него неплохой послужной список. Он внимательно осмотрел их. — Должно быть, это очень важно, раз его так быстро перевели, — сказал он, закидывая удочку.

— Так и есть, — сказала она, не клюнув.

— Я попрошу сержанта привести его.

Она потянула за воротник мундира, пока они ждали в маленькой комнате, похожей на ту, что была в Аризоне, только в Нью-Мексико явно не было таких денег, как у них. Металлический стол был покрашен около сотни раз, каждый слой имел разные оттенки одних и тех же нейтральных цветов.

— Яблочко, — сказал Уинн, когда его ввели. Он посмотрел на Квинси, а затем вернул свое внимание к Сан. — Ты получила моё сообщение.

— Нет. Никакого сообщения.

Он выглядел удивлённым.

— Тогда почему ты здесь так рано?

— Вопросы.

— Много вопросов, — добавил Куинси.

Подозрение сузило его веки.

— С этим придется подождать. Ты должна добраться до Равиндера.

Она нахмурилась.

— Ты и есть Равиндер.

— Я не Равиндер. Я не Леви.

Ей всегда казалось забавным, что все остальные Равиндеры называют Леви по фамилии.

— Ты получила моё сообщение или нет?

— Нет, — ответила она.

Резкость в его голосе насторожила ее, но ей нужно было сосредоточиться.

— Слушай, мы перевели тебя, чтобы получить ответы. Пришло время заплатить.

— Это может подождать. Вам нужно немедленно добраться до него. Я думал, вы здесь именно для этого.

— У меня такое чувство, что скоро ты тоже получишь сообщение. От Нэнси Дэнфорт? — она встала и облокотилась на стол. — Ты солгал.

— Нэнси? — переспросил он. Он откинулся в кресле, подтверждая свое молчание.

— Как ты заставил ее фальсифицировать тест ДНК?

Он облизал губы.

— У нас нет на это времени.

— А почему? Зачем признаваться в убийстве, которого ты не совершал?

Он разочарованно пошевелил челюстью.

— Я отвечу на твои вопросы, а ты займёшься Равиндером?

— Да.

— Отлично. Избавься от этого халка.

Сан повернулась к нему.

— Опять это? — спросил Куинси.

Когда она не ответила, он демонстративно встал, и его раздражение проявлялось в каждом резком движении. Он постучал в дверь, чтобы его выпустили, и вышел с тем же энтузиазмом.

После того как дверь закрылась, она вновь обратила внимание на Уинна.

— Ты признался в убийстве, которого не совершал.

— Неважно.

— Ты его не совершал, — повторила она.

— Неважно, кто это сделал, цветущая яблоня. Ты должна раскрыть дело. Я сяду за убийство. Все счастливы.