У церкви уже хлопотала Дарья Матвеевна. Подобрав подол, она выносила из притвора ведро с водой. Я придержал дверь, пропустил ее и снял папаху.

Отец Василий еще оставался в храме. Мы дождались, пока он закончит с книгами, и подошли под благословение.

— Вы ко мне по делу? — спросил он.

Илька кивнул, но заговорить не успел. На крыльце послышались шаги, в дверь заглянул Семен.

— Вот вы где. Денис Палыч в правление зовет, о поездке толковать будем.

— Сейчас, Сема. Ильке со свадьбой разобраться надо.

Рыжий вошел, перекрестился и подошел к брату.

— Тогда обожду вас. Заодно с тобой повидаюсь, Вась, а то завтра с утра уходим.

Батюшка попросил нас отойти, чтобы не мешать Дарье Матвеевне.

— Рассказывай, Илларион.

— Хотим с Анинэ здесь повенчаться, в Лончаково. Когда я у своих был, мы обо всем поговорили. Дед согласен, ее родные тоже. Велели только заранее сообщить, когда приезжать.

— А сама невеста здесь венчаться хочет?

— Хочет. Она Сашу знает, Андрея, Семена. Ей здесь хорошо будет.

Илька посмотрел на меня и добавил:

— Мы еще зимой собирались, а все никак. То я болел, то служба. Теперь дома побыл, опять уходить надо.

Батюшка достал календарь и раскрыл его на июле.

— Когда рассчитываете вернуться?

— Сперва на смотр в Венюково, оттуда вчетвером в Хабаровку, — ответил я. — Получим оружие для станицы и назад.

— Тогда можно наметить пятнадцатое июля. Воскресенье, после Литургии. Петров пост уже закончится, а у вас еще останется время после дороги подготовиться.

Илька подошел ближе, посмотрел на раскрытую страницу.

— Три недели, — прикинул он. — Успеем. Только мне по возвращении еще к своим съездить надо, помочь собраться.

— Вот потому и говорю: наметить. Сначала убедитесь, что по службе отпустят.

— Сегодня же у Степана Анисимовича спрошу.

Отец Василий придержал страницу пальцем.

— Анинэ привези заранее, дня за два. Мне с вами обоими поговорить надо. О браке, о семейной жизни. Где чего не знаете, объясню.

— Она по-русски понимает, только говорить при чужих стесняется.

— Пускай не боится. Мы ведь не на экзамене будем. Ты рядом посидишь, если потребуется, поможешь.

Илька кивнул.

— А отца Филарета пригласить можно? Я у Андрея с Сашей на венчании был. Хотел бы, чтобы и нас он повенчал.

— Можно, отчего же нет. Попросим приехать. Если на этот день у него другого венчания не назначено, думаю, согласится. А здешними приготовлениями я займусь.

— Тогда надо ему сегодня весть передать, — сказал я. — До нашего выхода ответ получить бы.

— По телеграфу спросим, — предложил Семен. — Берестов все одно в правлении.

Батюшка положил календарь на столик возле окна.

— Хорошо. Я сейчас напишу. Понадобятся сведения о вас обоих, о крещении, о родителях. Что есть у тебя на руках, принеси мне сегодня. Чего недостает, будем запрашивать.

— У меня бумаги в доме, — ответил Илька. — После правления занесу.

Пока отец Василий писал просьбу Филарету, побратим спросил про родных:

— Наши, почитай, всем гасяном соберутся. Дед, Аси, остальные. У Анинэ тоже родня приедет. Куда их здесь определить?

— Это уже со Степаном Анисимовичем обсуждайте, — ответил батюшка. — Сколько человек будет, знаешь?

— За наших сказать могу. У Анинэ еще спросить надо.

— Уточним, батюшка, — вмешался я. — В гостевом доме люди живут, всех туда, конечно, не поместим. Кого по дворам пристроим, кого в китайскую слободку поселим.

— Я своим передам, чтобы готовились. А после Хабаровки сам за ними съезжу.

— И скажи, чтобы за несколько дней прибыли, — напомнил отец Василий. — С дороги отдохнут, мы с ними познакомимся. На свадьбе вам и без того забот хватит.

Илька наконец улыбнулся.

— Дед вам обрадуется. Он меня уже спрашивал, когда вы к нам придете.

— Тоже буду рад его видеть. Приезжайте.

Батюшка перечитал свои записи и передал Ильке.

Семен задержался с братом, обещав догнать нас в правлении.

У ограды Илька остановился.

— Анда, ты ведь на венчании рядом будешь?

— Конечно. Мы с Сашей придем.

— Я хочу, чтобы ты венец надо мной держал.

— Ну так, а кому, как не мне, держать над тобой венец, анда?

Он пожал мне руку, мы обнялись и пошли дальше.

В телеграфной комнате я передал Берестову просьбу отца Василия.

Закончив, мы зашли в кабинет к крестному.

Албазов сидел возле стола, рядом с ним лежали бумаги на получение оружия. Завьялов просматривал список караулов. Степан Анисимович поднял глаза, указал нам на лавку.

— Семен где?

— С отцом Василием остался. Сейчас подойдет.

— Ну, пока без него начнем.

Крестный развернул предписание и подвинул Денису Палычу.

— В Хабаровке получите выделенные станице винтовки и патроны. Из Венюкова отправитесь пароходом прямо туда, чтобы лишний круг до дома не делать. Старшим идешь ты, Денис Павлович. С тобой Андрей, Семен и Илларион.

Я прочел лежавшую перед Албазовым бумагу. В ней было указано, куда явиться за оружием и что надлежит принять.

— На месте с отправкой сговоритесь, — сказал крестный. — Сначала узнайте, когда все смогут выдать, потом подводы под груз нанимайте. Чтобы деньги за простой не платить.

Албазов положил к предписанию листок с подсчетами оставшегося пулеметного припаса.

— И про патроны к «Максиму» не забудь, Денис Павлович, — напомнил крестный. — В оружейной лавке спросишь, как договаривались.

— Спрошу. Не окажется нужных — узнаю насчет заказа.

Вошел Семен, поздоровался с Завьяловым и сел рядом со мной.

Денис Палыч сложил бумаги в папку. Крестный продолжил:

— После смотра и игры у вас вечер на сборы. Албазов на пристани уточнит, к какому часу подаваться и как коней погрузить.

Илька подался вперед.

— Степан Анисимович, мне бы после возвращения несколько дней свободных. Мы с Анинэ на пятнадцатое июля свадьбу наметили.

Крестный отложил предписание.

— Вот как. Давно пора. Конечно, Илларион, это даже не обсуждается. По нынешнему поручению времени должно хватить.

— Еще родственников Ильки и Анинэ разместить надо будет, — напомнил я. — Весь гасян в станицу придет.

— Ты знаешь, что, Илларион, перед отправкой из Венюкова мне список своих гостей подготовь, а мы тут уж потолкуем.

— Благодарствую, Степан Анисимович, — ответил побратим.

Крестный вернулся к поездке.

На смотр шла вся учебная команда, а вместе с нею — реестровые казаки, назначенные по списку. Албазов отвечал за их сбор, мы с Меренским — за малолетков. Караульных и назначенных в разъезды атаман оставлял в станице.

— Порядок обычный, — напомнил крестный. — Сперва осмотр казаков, коней и оружия, потом пешее и конное учение, рубка, стрельба. У малолетков еще словесность спросят.

Больше всего я опасался за Якова: шашкой работал хорошо, а в строю еще путался. До отъезда стоило повторить с ним повороты, чтобы перед начальством не растерялся.

Обратно реестровых и малолетков должны были привести Степан Анисимович с Меренским, а мы четверо из Венюкова отправлялись дальше. Олег помогать по хозяйству будет при нашей команде.

За старшего в Лончаково оставался Макар. Едва с нашей поездкой определились, он свернул список караулов и придвинул записи Рубцова.

— Савелий Андреевич к следующему выходу муку и соль просил. Сегодня с подвозом распоряжусь, чтобы потом не задерживать людей.

— Отправляй, нас не жди, — ответил крестный.

Дальше пошли дела, которые нашего присутствия уже не требовали. Мы вышли на площадь.

Илька свернул к себе за обещанными батюшке бумагами. Рыжий отправился на стройку: хотел перед отъездом еще раз потолковать с плотниками о своем курене. Я же наконец пошел домой. До вечера оставалось несколько часов, хотелось управиться со сборами на завтра. Да, может, еще успею кое-что по хозяйству.

По дороге разыскал Меренского и попросил, чтобы он с нашим Караваем позанимался шагистикой.