То есть опытная собака, она не носом в землю идёт, она по верху чует. И уже все эти сдвойки, стройки распутывает на раз! Опытную собаку зайцу обмануть очень тяжело! Опыт — это опыт!

А чутьё… с каким уж родилась, такое оно и есть. Ну, можно чуть-чуть развить, и всё.

А он, значит, говорит, что улучшит. Ну, ладно. При всех тех чудесах, про которые леший рассказал, это так, вообще, мелочи жизни, вот.

Когда шулюм уже был почти готов, пришли мужики. Сначала, конечно, собаки прибежали. Прибежали, хвостами виляют, как будто учуяли, что всё, еда готова. А следом за собаками уже и Дима с Саней подтянулись. Видать, тоже запах шулюма учуяли.

— О, кто добыл! Серега из-под Соловки поди взял? — спросил Саня, снимая с плеча ружье и убирая его в машину.

— Ну, а из-под кого ещё-то? — ответил я. — Соловка у меня добытчица!

Саня говорит:

— Ну, да! Твоя Соловка — это да, собака серьёзная. Вязать с кем будешь? Щенка из-под неё хочу.

— Посмотрим, — пожал я плечами. — Не знаю пока с кем. Хороших выжлецов мало. Не с Фаготом же твоим?

— Ну да, мой Фагот глупенький, — со вздохом согласился Саня.

Дима тем временем помыл руки и начал резать хлеб. Саня быстренько к нему присоединился. В том смысле, что начал доставать миски, чашки и всё остальное.

Накрыли они на стол. А у меня уже всё готово. Черпак взял да по мискам шулюм разложил. Саня бутылочку достал. Ясно, сегодня охотиться больше не будем.

Но это мы не будем. А собаки сейчас отдохнут, поедят немного, и отправятся на вечернюю зорьку. На ночь-то, конечно, их надо будет поймать и привязать, а то они за ночь ухайдокаются, а утром уже всё, какая им охота. Лапы сбиты будут, лежать будут вылизывать подушечки. Всё-таки целое лето по вольерам сидели. С непривычки уработаются в первый день.

В общем, воды собакам налили, корма дали немножко, чтоб не переборщить, а то собакам тяжко за зайцем бегать будет. А так немного отдохнут, силы поправят и снова в бой.

В общем, позаботились мы о собачках и сами сели за стол.

Сидим с мужиками, едим шулюм. Мужики нахваливают. А что его нахваливать-то, вкусный! Костерок рядом трещит, дымком тянет, на свежем воздухе да после того, как пробежались по лесу. Да ещё и по рюмочке коньячка приговорили, за открытие охотничьего сезона. Плюс, добыча в первый день. Не всегда так везёт, что открытие охоты, и вот он, заяц! Да ещё и молоденькая зайчишка, хорошо проварилась, не жёсткая. Это если б матёрый самец попался бы, то да, вонючий был бы. А тут прям ну красота, как на заказ!

Я сразу, конечно, подумал про лешего, что это он мне зайца подогнал. Сам подумал, сам посмеялся над своими мыслями. Однако, задумался, вспомнив что он мне там наобещал, если я внучку его найду.

Мужики хоть и обсуждали свои дела, однако то, что я задумался, сразу заметили. Ну и спрашивают, мол, чего хмурый такой, дома, поди, чего случилось? Или жена на охоту не пускала?

Я усмехнулся.

— Да что вы! Жена у меня молодец! Она понимает, что мужику время от времени надо что-нибудь… В лесу там пошароебиться или на рыбалку сходить. Никогда не препятствует.

Саня вздохнул и говорит:

— Ну да, у тебя жена хорошая, золото. Моя вон изворчалась вся. Правда, сумку с продуктами собрала и плова наварила в дорогу. И пирожков напекла. Чтоб нормально закусывали, говорит.

Я засмеялся:

— Вот видишь! Твоя плову наварила и пирожков напекла. А моя только отпустила на охоту без проблем. Единственное, сказала, твои развлечения, сам себе и готовь.

Ну, посмеялись, конечно.

А Григорич только покачал головой. Потому как его жена, как и моя тоже, всегда на охоту без проблем отпускает. Они-то уже больше пятидесяти лет вместе прожили, уже золотую свадьбу справили. Там уже какие проблемы? Охота и охота. Понимает она всё. А не понимала б, и не прожили бы столько.

Слово за словом, вспомнили Костю Каменева. Он раньше в нашей компании на охоту ездил. Он преподаватель в университете, женился на студентке, и она ему ребёночка родила. Так-то в пятьдесят лет уж внуков надо нянчить, а у него вот сынок маленький. Теперь вместе с женой с пелёнками возится, не до охоты ему стало. Собаку и ружьё продал, чтоб соблазна не было.

Повспоминали других людей, с кем раньше охотились. Помянули добрым словом Петра Кузьмича, который помер в прошлом году от сахарного диабета. Что ж, бывает такое. Но все-таки жалко, что в последнее время он не мог ходить, ноги раздулись у него, поэтому с охотой завязал. А может, не завязал бы с охотой, так ещё бы пожил, кто ж его знает? Пока движешься, пока шевелишься, то и живёшь, а как сядешь дома на диване, то и всё, считай, жизнь закончилась.

С грустных мыслей сами собой перешли на обсуждение собак, поговорили про мою Соловку, что щенков от неё все хотят. А я вот и думаю, хочу ли я щенков? Потому что это же два месяца с того, как они родятся, да пока поднимутся, это же сколько суеты-то! Если ещё первые дни выжловка сама справляться будет, а потом на прикорм ставить надо. А это шесть раз в день готовить свеженькое, всё время чтоб все продукты были хорошие. Витамины ещё, минеральные добавки… А потом прививки и глистогонные. Замучишься! А ведь вся забота упадёт на жену, а она ведь работает ещё! Я-то в поездках буду, мне-то что? А ей придётся кормить, да и ночью вставать, как с дитём с малым. Плавали, знаем.

Ну Саня и пообещал:

— Ты только Соловку покрой. А с продуктами мы тебе поможем, правда, Дим?

Дима кивнул.

Я вздохнул и ответил:

— С продуктами я и сам разберусь, небось нормально зарабатываю. Найдите нормального выжлеца, я Соловку свожу на вязку, будут тогда вам щенки. А с кем попало вязать не хочу, Ты уж, Саня, извини.

— Да я что? Фагот действительно глуповат. Бабы испортили его, игрушку сделали, он и не понимает, что след искать надо.

У Сани жена и две дочки, живут в квартире, Фагот тоже. Тяжело в таких условиях поддерживать у собаки охотничьи инстинкты.

А может, у Фагота они сразу убитые были, кто знает? Но вязать с таким выжлецом Соловку точно не буду.

Стали вспоминать, какие выжлецы есть у нас в городе. К сожалению, хороших, добрых выжлецов не осталось. Был Барон у Андрюхи Егорова, хороший был пёс, на всех соревнованиях всегда первые места брал. Да состарился уже, последние дни доживает. Ему выжловка уже сто лет не нужна, потерял он интерес к выжловкам.

— Слышал, в Кемерово есть хороший выжлец, — не унимался Саня. — Хочешь, свяжусь с ним, договорюсь о вязке.

— В Кемерово? — задумался я.

— Да ты не переживай! — тут же зачастил он. — Я своего водителя командирую, свозим туда.

Саня директор заводика. Ну, как заводика? Нормальный большой завод. Бытовую технику делают. И Саня там директор.

Но это он там директор, а у нас, в нашем кругу, нормальный мужик, всё понимает, охотиться с ним одно удовольствие, не нудит, не напивается, говорит по делу. Видимо, на работе накомандуется, а тут, в лесу, просто получает удовольствие и радуется жизни.

А с Фаготом ему да, не повезло. Потому и хочет щенка от нормальной собаки, вот и готов вложиться.

Поговорили ещё про охоту, вспомнили яркие гона, сильных собак.

Я сижу, слушаю и думаю: вот ведь какое дело, мы же про собак больше знаем, чем про жён и детей друг друга, чем они занимаются. Ну, собственно, на охоте чего жён обсуждать? Вот собаки — это да, это интересно, а жены и дети, кому это надо? Мы в лес потому и уезжаем, чтобы весь этот быт, всю эту суету городскую оставить в городе и отдохнуть от неё.

Пока разговаривали, время незаметно и пролетело, уж ночь опустилась, совсем темно стало. Первым ушёл спать Григорич, заскрипел своей раскладушкой, которую он всегда с собой на охоту возит, ему с его старыми костями тяжело с пола подниматься.

Почти сразу за Григоричем ушёл Саня.

Немножечко ещё посидели с Димой, но он потом тоже ушёл.

Обычно в первый день все рано укладываются. Потому как в городе-то намаялись, а тут воздух свежий, спится хорошо. Да и отоспаться нужно за то время, пока были в городе среди всей этой суеты, толкотни, в этих каменных джунглях. Как говорится, вернуть долг организму за постоянный недосып из-за того, что работали много, вот.