– Пойдем, посмотрим, что в другой стороне, – Алина потянула его за руку.

– Послушайте, – вдруг сказал Охэйо, – мы не сможем оставаться тут долго. Я не знаю, сколько времени пройдет до того, как наши легкие обуглятся, но жить здесь нельзя. Это место не для того, чтобы в нем прятались. Оно строилось в расчете на то, что случилось, на появление этих... тварей. Возможно, эта машина может как-то исправить ситуацию. Но мы не знаем, как именно, а если постараемся выяснить, то наверняка прежде умрем.

– И что же ты предлагаешь? – спросил Лэйми. – Вернуться назад?

– Да. Видишь ли... я знаю человека, который может вытащить нас отсюда. Очень быстро. Только для этого нам нужно выбраться за город, в дюны Иккемия.

– В первый раз слышу. Где это?

– Возле Верхнего Озера. Тридцать миль от города.

– Далеко... Пешком мы туда не дойдем – это ясно. Нам нужна машина. И оружие.

– Оружие есть во дворце, – внезапно сказала Алина. – Сколько угодно. Но мы же не можем туда вернуться!

– Почему же? – теперь Охэйо смотрел на неё с уважением. – Мы можем выйти на подводной лодке в реку, пристать к берегу и подняться по нему. Тогда до дворца останется всего несколько минут пути. Это не самый удобный путь, конечно, но лучшего у нас нет.

– Без оружия мы вряд ли дойдем до дворца, – Лэйми, однако, понимал, что им придется попробовать. – Но по мне лучше рискнуть, чем ждать неизвестно чего, пока другие перебьют этих тварей... или не перебьют. Где там оружие, Алина?

– В комнате охраны – той, где переключатель. Если бы вы не бежали, как на пожар...

Лэйми с досадой хватил кулаком по стене. Впрочем, он понимал, что это глупо. Случившегося не изменить.

– Какое там оружие? – спросил он.

– Не знаю. Всякое. Дробовики, пистолеты, эти, как их, автоматы, сама видела. А во дворе есть гараж. У тебя, Аннит, ключи начальника караула. Должны подойти.

– Ну так чего же мы ждем?

4.

Лэйми хотел идти немедленно, Охэйо тоже, – но Алина с чисто женским любопытством заупрямилась, желая осмотреть всё, что только можно. Уступив ей, Лэйми отпер дверь в другом конце коридора – и попал в небольшое, тускло освещенное помещение.

Здесь вдоль стен шли узкие, высокие шкафы, забитые какими-то непонятными вещами, – толстые браслеты с индикаторами, массивные чемоданчики, длинные стержни, непонятно для чего предназначенные, – однако в одном из шкафов нашлось и оружие: что-то вроде коротких автоматов, только без магазина и приклада, с одной ручкой, очень изящно и точно сделанных.

– С ума сойти... – Охэйо медленно шел вдоль стен комнаты, трогая всё руками – казалось, он не верил своим глазам. – Всё это, должно быть, осталось от Основателей... А эта машина, должно быть, Эвергет...

– Что?

Охэйо повернулся к ним, опомнившись.

– Послушайте... это место... даже не клад. Оно имеет стратегическое значение. Секрет производства этих вещей давно утрачен. Даже в... – он снова спохватился и замолк.

– Ты знаешь, что это?

– Браслеты спутниковой связи. Тактические компьютеры – каждый может управлять батальоном солдат. Идемитные подкалиберные снаряды: тыкаешь их в обойму, заряжаешь пушку – и бабах! Эта штука может прикончить двухкилотонного Мроо. Только для нас – в данный момент – все эти вещи совершенно бесполезны.

– А что же тогда полезно?

– Вот это, – Охэйо снял с полки один из «автоматов». – Это протонный излучатель. Он убивает не только тела, но и сущности Мроо. Просто чудо, что мы нашли их. Если тут ещё есть и батареи...

Как оказалось, батареями служили латунные коробочки с контактами – они вставлялись снизу в рукоять. Лэйми, вслед за Охэйо, быстро зарядил оружие, прицелился в стену коридора и выстрелил.

Не было ни отдачи, ни звука, ни вспышки света. Просто оружие щелкнуло и где-то вдали, на стене, вспыхнуло, тотчас погаснув, темно-голубое сияние.

В тот же миг ледяной холод хлынул в тело Лэйми, выпивая жизнь. Гул громадной машины изменился, стал гневным. Почти сразу всё прекратилось, но ещё несколько мгновений в его глазах плавали радужные круги. Резко запахло озоном.

– Я же говорил правду! – возмутился Охэйо. – Не нужно тут больше стрелять. Наверно, это какая-то защита. Не знаю, как она тут работает, но надежно.

– Стена шевельнулась, – сказал он через минуту, и в его голосе был страх, – когда ты выстрелил. По ней вроде как волна прошла. По-моему, тут всё живое, что-ли.

По коже Лэйми побежали крупные мурашки. Он не знал, живое ли это место на самом деле, но оно, определенно, обладало своей разумной волей. И эта воля противостояла воле Мроо. Что, впрочем, вовсе не значило, что она дружелюбна к ним.

– Мы быстро берем оружие и уходим отсюда, – решил Охэйо. Никто и не подумал ему возражать.

5.

Как сказал Охэйо, одной батареи хватало на 24 выстрела – а в кармашки портупеи их входила дюжина. Впрочем, они набили батареями и карманы – сколько поместилось – и кроме двух излучателей для себя прихватили ещё пару – на всякий случай.

Вооружившись и закрыв дверь, они вернулись к подводной лодке. Лэйми уже хотел забраться внутрь, но Алина взяла юношу за руки, рассматривая его.

– Постой, – тихо сказала она. – Быть может, мы все скоро умрем, но ты спас мне жизнь. И ты очень красивый. Хочешь?..

Лэйми смутился, опустив взгляд. Её нагая грудь слабо отблескивала золотом в теплом искусственном свете. Большие глаза в тени массы вьющихся черных волос казались таинственными и темными. Вдруг юноша слабо улыбнулся.

– Послушай... ты тоже мне нравишься, но я люблю другую девушку, так что... Извини. Можешь попросить Охэйо, если захочешь...

Алина улыбнулась.

– Ты мне нравишься больше. Нет, в самом деле. И я постараюсь, чтобы ты... полюбил меня. А пока веди нас.

Лэйми невозмутимо кивнул, решительно скользнув в люк.

Обратное плавание оказалось несложным – течение несло их. Когда они всплыли в главной шахте, он потянулся к кремальере, но Охэйо схватил его за руку.

– Постой. Там, снаружи – нормальное давление. Если ты откроешь люк – тебя просто выкинет наружу. Потом у всех нас закипит кровь. И мы...

– Что?

– Умрем.

– Что же нам делать?

– Надо стравить воздух... потихоньку. Я плохо разбираюсь в правилах декомпрессии, но мы были внутри недолго. Думаю, наша кровь не успела насытиться азотом.

Аннит осторожно приоткрыл клапан. Воздух тотчас резко зашипел и он, насколько мог, привернул кран, однако не закрыл его полностью.

Несколько минут они сидели молча, пытаясь почувствовать, не кипит ли их кровь. Но всё, что они ощущали, – влажная жара и боль в ушах.

Алина сидела возле Охэйо, прижимаясь к нему всё теснее. Её легкие ладони скользили по плечам и груди юноши. Потом она провела рукой по его животу – сверху вниз – и прошептала:

– Ты красивый, почти как твой друг. Давай займемся любовью? Сначала ты, потом он. Или наоборот.

Лэйми густо покраснел. Охэйо отвернулся. Алина обняла его сзади, прижалась к лопаткам холмиками груди, сжала зубами мочку его уха, легко и быстро, как белка, покусывая её. Аннит довольно грубо отпихнул её, но она не унималась.

Лэйми растерялся. Наглое бесстыдство Алины – одной из наложниц Председателя, между прочим! – привело его в ярость. Однако, он не знал, проживут ли они ещё хотя бы несколько часов, – и вовсе не хотел, чтобы она и Охэйо поссорились.

– Ладно, я согласен, – ответил он хмуро, и Охэйо оставалось только присоединиться к ним.

6.

Они втроем устроились в проходе, на своей же сброшенной одежде, ласкаясь, скользили друг по другу ладонями, не особенно разбирая, кто тут девочка, а кто – мальчик. Алина ускользала от них, дразнила их быстрыми прикосновениями, пока они окончательно не ошалели. Тогда она приняла их – обеих сразу, упираясь пальцами расставленных босых ног в пол и сжав поднятыми руками кремальеру люка. Её гибкое тело трепетало между их тел, она всхлипывала от пронзительного наслаждения, закинув голову на плечо Охэйо. Лэйми нравилось любить её так – нагим, стоя...