Тяжелая серебряная фляга с живой водой неудобно болталась на ремне, слишком длинном для десятилетнего Ивана. Мальчишка придерживал ее рукой, стараясь шагать быстро и бесшумно.

Солнце стояло в зените, лучи дробились в витражах, украшавших верхнюю четверть окон галереи, превращая старый замок в зачарованное королевство.

Марья, сестра-близнец Ивана, чуть опередила его, осторожно заглянула в дверной проем и кивнула — дорога свободна!

Они пробежали по древним резным плитам приемного зала к винтовой лестнице. Фляга глухо звякнула о перила, Марья шикнула на Ивана, но, к счастью близнецов, их никто не заметил.

Путь был свободен.

В библиотеке уютно пахло старыми книгами, пылью, чернилами, краской от стопки свежих газет на столе и чуть-чуть, едва уловимо — специями и пряностями с дальних жарких островов, ледяными скалами Криенны и зеленой дымкой Мутных болот. Когда-нибудь близнецы станут капитанами быстрых парусников и отправятся за пиратскими сокровищами. Потом отыщут затерянные в Болотах древние города… Сейчас есть дела поважнее.

Иван и Марья прикрыли за собой тяжелую дверь, перевели дыхание и решительно подошли к дальней стене с картинами. Здесь, среди пейзажей и натюрмортов, было несколько портретов прежних владельцев Лунного замка. Парадные изображения господ Луниных висели в мраморной гостиной, а те, что попроще, хозяева разместили в библиотеке.

— Действуй! — с ноткой зависти сказала Марья. — Твоя очередь.

Иван пододвинул к стене табуретку, взобрался на нее, отвинтил крышку фляги, плеснул живой воды на ладонь и дотянулся мокрой рукой до небольшого темного портрета. Слегка намочил позолоту рамы, а на сам портрет брызнул несколько капель.

Примерно минуту ничего не происходило.

Близнецы переглянулись — неужели не вышло? Но тут портрет стал еще темнее, в раме заклубился дым, вырвался за пределы холста, и из картины вытек, соткался или, может быть, воплотился — близнецы не задумывались над точностью слов — призрак господина в чопорном костюме прошлого века. Господин спустился со стены, будто по невидимой лестнице, бесшумно постукивая по воздуху щегольской тростью. Мрачно посмотрел на Ивана и Марью, оскалил зубы и спросил гулким, замогильным голосом:

— Это кто тут ко мне на обед пожаловал? Ух, обглодаю я сахарные косточки!

— Прапра-а-адед Павел, ну нам же не по пять лет! — пряча испуг за укоризной, сказал Иван. — Мы к тебе по делу!

— По важному! — Марья встала плечом к плечу с братом.

Призрак внимательно посмотрел на потомков. Смерил глазами от испачканных в глине сапожек до растрепанных макушек. Задержался взглядом на следах травы и грязи на коленках их холщовых штанов, отметил содранную кожу на костяшках и царапины на одинаковых физиономиях.

Под его строгим взглядом Иван безуспешно попытался пригладить торчащие вихры, а Марья торопливо выдернула из разлохмаченной косы застрявшую веточку.

— Нам про старые времена узнать надо, — попросила Марья.

— Ты ведь самый умный! — поддержал ее Иван. — А нам на каникулы назадавали…

Призрак усмехнулся. Сел в кресло, задумчиво постучал тростью по паркетному полу (звука не было) и притворно-удрученно вздохнул.

— Что, оболтусы, учебники и энциклопедии читать не хотите? Сказки вам подавай?

Марья открыла створку старого, потемневшего от времени комода и взяла серебряный кубок — в пару к фляге. Иван наполнил его живой водой до краев и поставил перед призраком. Прадед выпил примерно половину, пошевелил плечами, как будто пробуя силу, и снова постучал по полу тростью. На этот раз раздался почти живой звук.

Близнецы радостно переглянулись и с грохотом уселись на пол перед призраком.

— Ты интереснее рассказываешь!

— И знаешь больше, чем все учителя! Разом!

— Все с вами понятно, — кивнул призрак. — Какую вам сказку рассказать? Про Колобка?

— Нам быль! Про то, как Заозерье получилось! — наперебой заговорили Иван и Марья. — И про Мстислава Великого! Как сначала вместо империи было Тридевятое царство, потом он пришел, и колдовать перестали, а сто лет назад снова начали. А то книжек много, и все скучные…

— Давным-давно, в некотором царстве-государстве, а именно пять веков назад, в одном из Рутенских удельных княжеств, жил-был князь с сыновьями. Младшего звали Мстиславом. Жили они — не тужили, пока с востока не пришел Потрясатель, — нараспев начал призрак. — Князь с дружиной оборонял свою землю от орды, а младшего княжича отправил за помощью, наказав и воинов поднять, и колдунов позвать…

Близнецы хором вздохнули.

— Ты как по-писаному говоришь, — сказала Марья, — то ли сказку детскую, то ли главу из учебника.

— Вот ведь привередливые потомки, — покачал головой призрак. Допил воду из кубка и звонко щелкнул пальцами. Встал, прошелся мимо стола, чуть сдвинул стопку газет и продолжил рассказ уже без распевных интонаций.

— До появления Потрясателя в степи жили обычные кочевники. Пасли скот, воевали друг с другом по мелочи, иногда приходили к соседям — в общем, ничего необычного. Кто кочевье ограбит, кто шубу жены подарит вождю сильного племени и с ним вместе врагу отомстит — дела житейские.

Западная цивилизация, в том числе и Рутенские княжества, развивала науку и магию, а на восток почти не смотрела. Что там могло быть интересного? Степь без конца и края. И тут, буквально лет за десять, вместо разрозненных кочевий появилась орда. Во главе стояли шаманы, и то, что они могли творить, было недоступно нашим магам. Какие-то невероятные возможности по контролю разума! Откуда они взялись, выяснить так и не удалось. Может быть, пришли из другого мира… Кто теперь разберет? Потрясатель среди них был самым сильным.

Пока в совете магов сообразили, что происходит, Рутения уже горела. Гнездовск еще как-то отбивался, туда ушли все, кто успел, включая Мстислава с остатками дружины. Возвращаться посольству было некуда, их родной город орда спалила до угольков. Мстислав встал под руку старого князя Горазда Гнездовского.

— Я все понять не могу, — насупилась Марья, — они, в смысле князья, не понимали, что орда идет? Подготовились бы…

— Пока гром не грянет — мужик не перекрестится, — развел руками призрак. — Тогда не особо крестились, но суть не изменилась. Кто ж знал, что это не обычный набег?

— А маги?! — воскликнул Иван. — Они-то должны были понять?

— Маги привыкли, что войны простых людей их не касаются… но давайте по порядку.

Итак, Гнездовск пока держался. С посольством в Дракенберг отправилась княгиня Даримира. Одна, почти без охраны — каждый воин на счету. Она и раскачала кабинетных ученых, даром, что было ей на тот момент почти семьдесят, — призрак улыбнулся. — Говорят, старушка устроила в стенах Академии страшный скандал. Маги помоложе ходили за ней хвостом и в рот смотрели. Как писали современники — удивительная была княгиня… Но о ней в другой раз.

Ректором и главой Совета тогда был Триедин, Горный Змей, трехглавый дракон-оборотень. Несмотря на слова княгини Даримиры, он не поверил, что магам тоже грозит опасность от орды. Но отправился посмотреть — и еле-еле унес ноги, точнее, крылья. Улетел он в Тервень, был такой город с филиалом магической Академии в рутенских землях.

— Шаманы пришли за ним? И уничтожили город? — неожиданно звонко спросила Марья.

— Именно, — кивнул призрак. — Шаманы увидели змея, воплощение магии, и кинулись следом. В Тервене почти не было гарнизона — зачем колдунам охрана? Орда до них пока не доходила. Там тоже думали, что это всего лишь еще одна людская война.