Дмитрий удивлённо поднял бровь.

– Как что? – в его тоне на мгновение почудилась растерянность. – Ольга Георгиевна, скажите, какой сегодня день недели?

Я недоумённо хлопнула глазами. Это тут при чём?

– Четверг.

– И всё? – изогнул тёмную бровь его превосходительство.

Да что он со мной играет-то?

Тянет кота за… усы, вместо того, чтобы прямо сказать: “Я от вас устал и нашёл замену. Она понравится Даше, а вам счастья, здоровья и удачи.”

Молчание затянулось. Я намеренно не стала отвечать, и Дмитрий Александрович первым сдался:

– Сегодня ровно неделя, как вы работаете в моём доме, – терпеливо пояснил он, и взгляд начальника сыскной полиции стал немного мягче. – И несмотря ни на что… – он открыто намекнул на вчерашнее, – я хочу поощрить вас авансом. Чтобы вы чувствовали себя спокойнее с карманными деньгами на руках.

У меня едва челюсть не рухнула на колени. Совсем забыла про зарплату, и честно говоря, думала, что получу её не скоро. А Строганов тем временем пододвинул ко мне конверт.

– Во избежание недоразумений и ваших пылких речей ещё раз повторю – это не подачка и не подарок, а честно заработанное вами.

Я аккуратно взяла конверт, чувствуя, как к щекам приливает краска.

– Благодарю, ваше превосходительство, – выдохнула, до конца не веря, что всё обошлось. Мало того, у меня теперь есть собственные честно заработанные деньги! Теперь станет проще сделать Дмитрию тот подарок, о котором я ни на день не забывала, ещё обязательно порадую Дашу, а остальное отложу.

– Это не всё, – он откинулся на спинку кресла, – предоставьте мне, пожалуйста, к вечеру отчёт за прошедшую неделю. Об успехах Дарьи и о её слабых сторонах в обучении. Такой отчёт мне будет нужен еженедельно.

– Конечно, — ответила я, не став скрывать радость, прорывающуюся в голосе. – Я обязательно вам всё подготовлю и дам комментарии по каждому пункту.

Он помолчал секунду, всё ещё меня не отпуская, и тихо полюбопытствовал:

– Как дела с её проблемой?

Я с гордостью рассказала о нашей первой маленькой победе.

– Ночью я положила на пол мокрую тряпицу. Она встала, наступила... и проснулась. Потом снова уснула и больше не ходила.

Дмитрий Александрович хмыкнул – не то удивлённо, не то одобрительно.

– А вы затейница. Хитро, одобряю.

Да что это за праздник такой?

И деньги получила – первые в этом времени. Ещё и похвалили.

Радуюсь, как будто мне не тридцать семь, а действительно восемнадцать.

Строганов кивнул, намекая, что не смеет меня задерживать, и я с улыбкой на лице пошла к дверям, как вдруг…

– Ольга Георгиевна, совсем забыл… – начал он, и я замерла.

Мягким местом чувствую, что рано я расслабилась.

– Ещё один вопрос.

Волоски на затылке встали дыбом, а внутри похолодело.

Что теперь?

– Вчера Дарья рассказала мне весьма интересную историю, – я оглянулась и увидела, как он смотрит на меня в упор. Глядя не просто глаза, а напрямую в душу. – Сказала, что вы рассказываете её перед сном.

Ну не-е-е-ет, только не это!

Он помолчал, собираясь с мыслями, и спросил то, чего я боялась:

– Не расскажете мне, что это за книга и где её можно достать?

Приплыли, что называется.

Как бы ему объяснить, что эту книгу написали в начале двадцатого века? При том, что сейчас середина девятнадцатого, а его автор – Александр Мелентьевич Волков родится лет через сорок? В тысяча восемьсот девяносто первом, если не ошибаюсь.

Даже Л.Ф. Баум, автор “Волшебника страны Оз” ещё на свет не появился.

В общем, влипла Оля по самые помидоры.

Тем временем Дмитрий Александрович пристально изучал моё лицо, а я пыталась подобрать такие слова, чтобы не соврать напропалую, но и не загреметь в скорбный дом на постоянку. Ещё решит, что у гувернантки на радостях от аванса начались галлюцинации.

– Ольга Георгиевна? – тихо позвал он, и я заметила, что превосходительство едва удержался, чтоб не пощёлкать пальцами, привлекая моё внимание. – Вы меня слышите?

– А? Что? Да-да, – выдохнула я, судорожно пытаясь придумать правдивую отмазку. – Признаться, не ожидала такого вопроса.

Строганов чуть прищурился, и в уголках его глаз мелькнуло искреннее мальчишеское любопытство.

– Только не говорите, что вы придумали её сами.

– Не скажу, – покладисто ответила и в ту же секунду поняла, как выкрутиться. – Я читала эту историю в далёком детстве. Зачитывала книгу до дыр – старая была, потрёпанная, а потом она потерялась. Но история так въелась мне в память, что я запомнила её почти наизусть. Лишь пару раз пришлось дополнить на ходу для Даши.

Я не солгала. В детстве томик с первыми тремя историями про Элли в бело-голубой обложке издательства “Лениздат” был зачитан мной до дыр, и перед сном я мечтала, чтобы на улице поднялся ураган и перенёс меня из детского дома в волшебную страну, где я встречу своё счастье.

Кто ж знал, что моё желание исполнится? Правда чуть-чуть иначе.

Дмитрий слушал внимательно. На его лице не было и тени недоверия, наоборот, он понимающе кивал.

– Потерянная книга, – задумчиво повторил он. – Бывает. У меня в детстве тоже была такая. Про путешествия. Я читал её снова и снова, пока она не развалилась.

На несколько секунд между нами воцарилось уютное молчание. Чашка с крепким чаем давно остыла и на поверхности напитка образовалась радужная плёнка.

– История действительно отличается от тех, что я слышал раньше, – неожиданно признался Строганов. – Необычная. Надеюсь, там счастливый конец?

– Конечно, – я улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как напряжение, сковавшее спину, медленно отпускает. – Элли вернётся домой. А Страшила, Трусливый Лев и Железный Дровосек получат то, о чём мечтали. Кстати, Гудвин...

Я уже хотела рассказать про великого и ужасного обманщика, про его фокусы и хитрости, но вдруг осеклась. Дмитрий смотрел на меня точь-в-точь как Даша! Даже усталость, отпечатавшаяся на красивом, мужественном лице отступила ненадолго.

– А вот это я вам не скажу, – слегка осмелев, я шутливо погрозила ему пальцем. – Если будет интересно, то когда я закончу историю – спросите сами у Даши. Ей очень понравилось рассказывать вам сказку и…

Его превосходительство заинтересованно вскинул брови, и я тихо добавила:

– Вы даже не представляете, как сильно она любит вас.

Пальцы, лежавшие на столе, чуть дрогнули.

– Она замечательная девочка, – признался он. – А я не самый лучший отец, Ольга Георгиевна.

Строганов устало потёр виски и прикрыл глаза, но быстро взял себя в руки, не желая демонстрировать свои слабости.

– Не смею вас задерживать, возвращайтесь к Дарье. Жду к вечеру отчёт.

Поняв, что сеанс откровений окончен, я поднялась на ноги, не забыв про конверт с деньгами.

– До свидания, ваше превосходительство.

Забежав по пути в свою комнату, я первым делом открыла конверт. Внутри лежали новенькие, соблазнительно хрустящие ассигнации. Я аккуратно пересчитала, сложила и спрятала в шкаф, туда где лежал лубок с подковой.

Когда я вернулась в детскую, Даша сидела за столом, перебирая карточки с географическими названиями. Увидев меня, девочка радостно улыбнулась:

– Ольга Георгиевна, мы сегодня будем танцевать? Или лепить снеговика? А может, рисовать?

– Танцы будут завтра, – ответила, присев рядом, – насчёт снеговика посмотрим, может быть, сделаем снежную деву в пару к нашему молодцу в фуражке. Но сперва я хочу, чтобы ты написала небольшое сочинение.

– Сочинение? – Даша забавно округлила глаза. – На какую тему?

– На самую простую. Допустим, “Моя самая заветная мечта”. Пиши всё, что придёт в голову, а я оценю не только идеи, но и твой слог, заодно и грамотность.

Даша важно кивнула, взяла лист бумаги и обмакнула перо в чернильницу. Я наблюдала за тем, как она сосредоточенно хмурит лоб, как её язык то и дело высовывается от усердия, как она осторожно выводит буквы.