Вот и знакомый квартал. Пропитанный привычными запахами. Сворачиваю к лапшевне.

Стоп! Мозг не успевает сформулировать причину, а инстинкты уже бьют тревогу.

Обычно даже глубокой ночью лапшевня шумит. Приглушённо, но слышно. Посуда гремит на кухне. В зале гудят посетители. Кто-то ругается. Звякает посуда.

Сейчас здание молчит. Окна светятся. Но вот звуков нет.

Порыв ветра. Втягиваю воздух ноздрями и тут же чувствую, как внутри полыхает бешеная ярость.

ОНИ. ПОСМЕЛИ. ТРОНУТЬ МОЮ СТАЮ!

Сначала чувствую кровь с примесью знакомого аромата пота. Терпкая, гоблинская вонь. Тэкки. Второй запах бьёт сразу следом. Тоже знакомый. Настолько, что зверь внутри на секунду теряется, не зная, что делать — рвануть спасать или завыть. Дарья. На ней до сих пор мой запах. Сейчас смешанные с кровью и адреналином.

Выбить парадную дверь. Ворваться. Рвать, ломать, вскрывать глотки. Зверь бьётся в судороге от нетерпения. Пальцы сводит судорогой. Нет! Не сейчас. Сначала — понять.

Задний двор лапшевни. Темно. Знакомые стены и запахи. Только теперь к ним примешалось чужое. Закрыть глаза. Замереть. Нос и уши — на пределе. Восемь чужаков. Сигареты, грязный пот, перегар и адреналин. Магией не пахнет. Или я её просто не чувствую.

Свои. Тэкки, судя по обилию запаха крови, потерял приличный объём. Даже слишком. Но до сих пор жив. Дарья тоже. Олег с Мэй тоже там. Ещё чувствую Андрея с Василием. Все на первом этаже. Плюс восемь кусков мяса, которые посмели тронуть мою стаю.

Когти в кирпичную кладку соседнего здания. Карабкаюсь на козырёк того, что когда-то было балконом первого этажа. Готово! Есть обзор.

Тэкки привязан к стулу. Лицо — сплошное месиво. Избивали жестоко и не скупясь. Но жёлтые глаза открыты — зыркает на бандитов с такой злобой, что ближайший старается не поворачиваться к нему спиной. Правильно боится.

Дарья на втором стуле, стянутая верёвками. Губа разбита, на скуле синяк. Смотрит прямо перед собой. Не сломалась. Выдержала.

Олег на полу у стойки. Притулился спиной, держит в руках бутылку арака. Мэй с Андреем не вижу. А вот Василий сидит за сдвинутыми столами вместе с пятью бандитами, которые играют в карты. Вот чего этот ублюдок мне улыбался. Тварь. Надо было ему тогда сразу глотку вырвать.

Отморозки жрут запасы Мэй и пьют. Трое расхаживают по залу, поигрывая оружием. Стволы на столах, за поясами. Пьяные, сытые, расслабленные. Жаль, что фирменную лапшу не попробовали. Последний ужин должен быть запоминающимся.

— И этот дебил реально думал, что мы ему косарь отвалим? — Один пинает стул Василия. Крупный, с зализанными назад волосами и командирским голосом. — За какого-то зелёного уродца и девку? Метка Дальнего, япь. Сказочник хренов. Мы из тебя самого метку сделаем, дерьма кусок.

Двое за столом ржут. Василий мычит. А я только теперь понимаю, что его состояние далеко не такое козырное, как мне сразу показалось.

— Слышь, Фартовый, — морщится один из бандитов за столом, заматывая предплечье грязным бинтом. — Эта тварь ушастая мне руку чуть не отхерачила. За такое премия полагается, не?

Пазл собрался сам. Василий сдал нас за тысячу. «Кролики» прислали своих бойцов, но судя по их составу и поведению, толком не поверили. Наверное решили, что мужчина пытается свести личные счёты.

Восемь. Вооружены. Но пьяные и расслабленные. Двоих они уже обработали и теперь ждут третьего. Полагая, что это будет обычный гоблин. Уж точно не тот, кто вырезал верхушку «Драконов». И понятия не имеют, кто сейчас смотрит на них через окно. Фартовый, значит? Этот ублюдыш нужен живым. Остальные — мясо.

Зверь внутри замирает. Я фокусируюсь. Набрасываю варианты. Внизу — добыча, которая пока ничего не подозревает. Восемь ещё дышащих тел.

Один из бандитов тяжело поднимается из-за стола. Бросает фразу о том, что ещё пороется наверху.

Сместившись в сторону, я вижу открытое окно. Наша студия. Сорвали висящее внутри покрывало и распахнули створку. Наверное не поняли, нахрена там что-то вообще висит. Но это шанс. В конце концов, я и правда чем-то похож на бэтмэна. Умею лазить по стенам например.

Прежде чем бандос поднимается наверх, я уже проскальзываю внутрь и занимаю позицию в коридоре. Вот и шаги. Тяжёлые, хозяйские. Поднимается, держась за перила. Что-то бормочет под нос. Вроде бы о женских трусиках. Не самый привлекательный фетиш. А конкретно для этого индивидума — смертельно опасные.

Выходит на площадку. Делает пару шагов. Срываюсь с места. Левая рука на рот — зажимаю. Зубы впиваются в ладонь, но хватка зверя крепче. Когти правой — в горло. Вонзить, повести в сторону. Вырвать! Тело бешено дёргается. Обмякает.

Вытираю когти о его куртку. Возвращаю пальцам нормальный вид. Не спеша тащу его на узкую веранду второго этажа, откуда открывается вид на зал. Жду.

— Эй, Серый! Ты там потерялся? — смешки снизу. Звон стаканов. Никто не двигается.

Ещё полминуты трёпа, жратвы и пьяного ржания. Потом снова кричат.

— Серый! Оглох? — уже с раздражением.

Достаю из его кармана монету. Тяжёлая, медная. Целюсь в лампу над столом. Бросок. Звонкий хлопок. Стекло брызжет во все стороны. Зал проваливается в полумрак. Для них после яркого света почти кромешная тьма. Для меня — всё как на ладони.

С грохотом летят стулья. Мат. Кто-то хватается за ствол.

— Какого хера⁈ Пробки выбило? — истошно орёт один с посечённой мордой.

— Стволы в руки! Телефоны врубите, дебилы! — рявкает Фартовый. — Где тут ещё свет? Слышь, стукачок, врубай светомузыку, япь!

Василий поднимается на ноги. Неуверенно оглядывается по сторонам. Делает шаг к стене.

Вцепившись в тело, поднимаю его, позволяя звериной части наполнить силой мышцы, но одновременно не давая ей захватить разум.

Труп Серого летит вниз. Мокрый тяжёлый шлепок. Грохочет упавший стол, на который приземлилось тело — одна из ножек не выдержала. Звенит стекло. Посреди тарелок со стаканами и игральных карт лежит мёртвый бандит. Горло вырвано. Глаза открыты. Из разорванной шеи толчками всё ещё течёт кровь.

Вопль. Кто-то начинает палить в темноту — пули уходят в стену, в потолок. Олег визжит, вжимаясь в пол. Василий усаживается на четвереньки, прикрыв голову руками. Дарья дёргается на стуле. Не от испуга. Резко вскидывает голову, глядя в темноту. Не видит меня, но знает, что я здесь.

Сквозь беспорядочную стрельбу — смех. Тэкки. Привязанный, избитый до полусмерти варраз хрипло смеётся.

— Заткните этого урода! — срывается Фартовый, наводя дрожащий ствол на варраза и доставая второй рукой телефон.

Тэкки перестаёт смеяться. Растягивает разбитые, окровавленные губы. Жёлтые глаза горят яростью. В голосе фанатичная радость.

— Вы зря сюда пришли, — говорит он. — Тарг вернулся.

Читать следующую главу: https://author.today/reader/573717/5447516