– Ты многого требуешь, – с горечью сказала Харине. – Мы знаем об этих Шончан, они приходят с Островов Мертвых. Наши корабли иногда наталкиваются на них; они используют Единую Силу как оружие. Вы даже не представляете, как многого требуете, Корамур. – На сей раз она произнесла это имя без запинки. – Над Океаном Арит нависло непонятное темное зло. Ни один из наших кораблей не вернулся оттуда. Все, кто держит путь на запад, исчезают.

Ранд почувствовал озноб. Он повертел в руках Драконов скипетр, сделанный из части шончанского копья. Может, они снова вернулись? Однажды их уже отогнали, под Фалме. Ранд не расставался с бывшим шончанским копьем – оно постоянно напоминало ему, что в мире существуют враги и помимо тех, которые на виду. Однако он не сомневался, что Шончан понадобятся годы, чтобы оправиться от поражения – после того как их оттеснили за море Возрожденный Дракон и умершие герои, вызванные Рогом Валир. Интересно, Рог Валир по-прежнему в Белой Башне? Ранд знал, что его отвезли туда.

Неожиданно Ранд почувствовал, что больше не в силах находиться в замкнутом пространстве каюты. Он неумело попытался отодвинуть подлокотник, но это никак не удавалось. Изо всех сил сжав гладкое дерево, он судорожным рывком вырвал ручку.

– Мы договорились – Морской Народ будет служить мне, – сказал он, поднимаясь. Низкий потолок заставил его угрожающе склониться над столом. Каюта будто с каждым мгновением становилась все меньше. – Остальное касающееся сделки обсудите с Мераной и Рафелой.

Не дожидаясь ответа, Ранд быстро шагнул к двери, где Дашива, как обычно, что-то пробормотал себе под нос.

Однако Мерана остановила Ранда, схватив за руку, и заговорила быстро и негромко:

– Милорд Дракон, лучше тебе остаться. Ты уже видел, какое воздействие оказывает то, что ты та’верен. Я уверена, если ты останешься, все, что они скрывают, выплывет наружу, и согласие будет достигнуто без всяких обещаний с нашей стороны.

– Ты из Серой Айя, – резко сказал Ранд. – Договаривайся! Дашива, пойдем со мной.

На палубе он глубоко вдохнул. Над головой распахнулось безоблачное небо. Открытое.

Сестры на палубе выжидающе уставились на него. Флинн и Наришма делали то, что им и полагалось, – краешком глаза следили за происходящим на корабле, а остальное внимание распределили между рекой, городом на одном ее берегу и полуотстроенными после пожара зернохранилищами – на другом. Корабль, находящийся на середине реки, очень уязвим, и вздумай кто-нибудь из Отрекшихся нанести удар... Впрочем, с этой точки зрения опасно везде. Ранд не раз удивлялся, почему кто-то из них до сих пор не попытался обрушить на его голову Солнечный Дворец.

Подошла Мин, взяла Ранда за руку, и он вздрогнул.

– Прости меня, – сказал он. – Я не должен был оставлять тебя там.

– Все хорошо. – Мин засмеялась. – Мерана уже с головой погрузилась в работу. Думаю, она намерена выторговать для тебя у Харине ее лучшую блузку, а может, и две. Госпожа Волн выглядела точно кролик, оказавшийся между двумя хорьками.

Ранд кивнул. Морской Народ покорился ему... почти покорился. Какое имеет значение, в Белой Башне Рог Валир или в другом месте? Он – та’верен. Он – Дракон Возрожденный и Корамур.

Золотое солнце лишь подбиралось к зениту.

– День только начинается, Мин. – Ему было подвластно все. – Хочешь посмотреть, как я управлюсь с мятежниками? Ставлю тысячу крон против поцелуя, что они перейдут на мою сторону еще до заката.

Глава 35

В ЛЕСНОЙ ЧАЩЕ

Сидя со скрещенными ногами на постели Ранда, Мин наблюдала, как он, накинув легкую рубашку, роется в огромном шкафу, инкрустированном резной костью. Как можно спать в такой комнате, среди всей этой черной, тяжелой мебели? Мысли рассеянно ускользали, ей вспомнились резная, лишь чуть тронутая позолотой мебель, которую она видела в Кэймлине, бледные драпировки и простыни; наверно, они действовали на него не так угнетающе. Странно. Ее никогда не волновали ни мебель, ни простыни. Но единственный гобелен, изображающий мужчину с мечом, со всех сторон окруженного врагами и явно близкого к поражению, – от него не могло не сжиматься сердце Ранда... Однако все эти мысли возникали и тут же рассеивались, как дым; она просто наблюдала за Рандом.

Его голубые, точно утреннее небо, глаза были полны решимости, а белоснежная рубашка туго обтянула спину, когда он полез в глубину шкафа. У него были красивые бедра и изумительные икры, форму которых подчеркивали облегающие штаны и сапоги с отворотами. Время от времени Ранд хмурился, теребя пальцами рыжеватые волосы; никакой гребень не мог заставить их лежать гладко, они слегка вились возле ушей и на затылке. Мин не из дурех, швырявших под ноги мужчине вместе с сердцем свой разум. Но иногда, когда он был рядом, рассуждать здраво становилось намного труднее. Только и всего.

Еще одна куртка была извлечена из шкафа и полетела на пол, поверх той, в которой Ранд ездил к Морскому Народу. Интересно, прошли бы переговоры хоть наполовину так успешно, если бы на них не присутствовал та’верен? Хорошо бы ее видение, касающееся Морского Народа, действительно оказалось полезным. Как всегда, доступные только ее взгляду, вокруг Ранда роились образы и светилась многоцветная аура, но они мелькали слишком быстро, чтобы можно было что-либо разобрать. Все, кроме одного, смысл которого Мин пока до конца не понимала. Это единственное видение приходило и уходило сотню раз на дню, и всегда, если рядом находились Мэт или Перрин, оно включало и их, а иногда и некоторых других людей. Огромная тень сгущалась над ним, гася один за другим тысячи крошечных огоньков, похожих на светлячков, которые со всех сторон устремлялись к ней в попытке разогнать тьму. Сегодня этих огоньков было даже больше обычного, но и тень выглядела плотнее и обширнее. Каким-то образом это видение отражало его борьбу с Тенью, но Ранд почему-то не интересовался, как оно выглядело. Да Мин и не могла бы дать толкового объяснения, не считая того, что тень всегда выглядела так, будто в той или иной степени побеждает. Мин с облегчением вздохнула, когда образ исчез.

Мин вдруг ощутила укол совести и заерзала на покрывале. Нельзя говорить неправду, когда он спрашивает, о каких видениях она умалчивает. Хотя, может, и не стоило винить себя. Что пользы, если Ранд узнает, что почти наверняка потерпит неудачу, оставшись без какой-то женщины – умершей или покинувшей его? Он слишком легко впадал в мрачное настроение. Она должна поддерживать его дух, помогать ему не забывать, что на свете существует такая прекрасная вещь, как смех. Разве что...

– Не думаю, что это хорошая идея, Ранд. – Может, она зря сказала это. Мужчины – очень странные создания, как ни посмотри; они с легкостью принимают разумный совет, а через мгновение поступают прямо наоборот. Иногда они, казалось, нарочно поступают наоборот. Но она почему-то не могла подавить в себе... покровительственного отношения к этому сильному мужчине, которому ничего не стоило поднять ее одной рукой. Не говоря уже о его прочих особенностях, в том числе и того, что он способен направлять Силу.

– Это прекрасная идея, – сказал Ранд, отшвыривая голубую куртку с серебряной вышивкой. – Я – та’верен, и сегодня это, похоже, срабатывает в мою пользу. – На пол полетела зеленая куртка с золотой вышивкой.

– Ты не мог бы вместо этого снова утешить меня?

Он остановился как вкопанный, изумленно глядя на нее, с отделанной серебром красной курткой в руках, о которой тут же забыл. Мин надеялась, что не покраснела. Утешить. Интересно, почему ей пришло в голову употреблять это слово в таком смысле? Тетушки, которые воспитали ее, мягкие, добрые женщины, имели вполне определенные понятия о том, какое поведение подобает девице. Они не одобряли, что она носит штаны и работает в конюшне – занятие, которое ей нравилось больше всего на свете, поскольку позволяло иметь дело с лошадьми. Не было никаких сомнений в том, что они подумали бы о таком способе утешения, тем более если речь идет о мужчине, за которым она не замужем. Узнав об этом, они проскакали бы верхом от самого Байрлона, чтобы спустить с нее шкуру. И с него, конечно, тоже.