— Пожалуйста, Стася, пообещай мне, — складывая ладошки перед собой, просит Дина, — в следующий раз, когда этот юноша вознамерится поцеловать тебя, попытайся вспомнить, что ты — девушка, и что у тебя со школы не было парня. Я тебя, как подруга, прошу.
— Он сказал, что это был первый и последний раз, — произношу негромко.
— Почему он так сказал? Ты что, настолько плоха? — изумляется Динь-динь, — Хотя как можно быть «плохой» в простом чмоке?..
— Это был не простой чмок, — хмурюсь, — но дело не в этом… просто я слегка наехала на него…
Подруга несколько секунд смотрит на меня, а затем встает и идет с кухни:
— Нет, это просто невозможно, — бормочет себе под нос, причитая; потом возвращается и смотрит на меня, как на больную на голову, — Ты скажи, почему ты ему сразу иск не всучила, прям там — на крыше? Расписала бы все свои претензии, заверила нотариусом — и дело с концом!
— Ты все это так преподносишь, что я начинаю чувствовать себя неловко, — поежившись и подтянув ноги под себя, замечаю негромко.
— А ты и должна чувствовать себя неловко! Я бы на твоем месте так себя и чувствовала! Парень в маске целует тебя после того, как несколько раз спас твою жизнь, а ты отталкиваешь его и наезжаешь, мол — как ты можешь, отстань, противный! — уже во всю буйствует подруга.
— Не так все было! — совсем закрываюсь от нее, схватившись за кружку чая, как за спасательную кружку.
Пью и игнорирую негодующий взгляд.
Даже думать не хочу, как все это на самом деле выглядело со стороны. Да, я, возможно, реагирую не как все. Но рассуждать о том, как «я бы поступила на твоем месте» — намного проще, чем действовать так в реальном времени.
— Ладно, оставим этот вопрос. Лучше расскажи, что там с Л ином, — в итоге, смягчается подруга, заметив мое состояние.
Даю ей краткий пересказ событий в клубе.
— Ничего себе! И ты согласишься? — спрашивает она.
— Скорее всего. Не думаю, что по оплате работа будет сильно отличаться, но это всяко лучше, чем стоять за барной стойкой, — отвечаю, пожимая плечами, — к тому же, развитие — это хорошо.
— Слава Богу, — искренне произносит подруга; удивленно смотрю на нее, — я просто боялась, что ты откажешься из-за чувства гордости или что-то типа того.
— Я не настолько гордая, — спокойно отвечаю, — и, если по-честному, мне нравится наш директор. Мое согласие на семьдесят процентов — его личная заслуга. С ним приятно иметь дело.
— Ух, ты! Ты редко кому даешь такую оценку, — присвистнув, замечает Динь-динь, — теперь главное, чтобы он тебя не разочаровал.
Киваю, глядя на дно стакана. А сама думаю, что поводом для разочарования может стать Лин, с которым мне еще не раз предстоит встретиться…
Что напоминает мне о необходимости разобраться в Том Самом важном вопросе…
Но как справиться с этой задачей? С чего начать? Стоит ли мне наплевать на наказ отца и, наконец, навестить его в тюрьме?.. Или этим я привлеку к себе ненужное внимание?
У кого мне попросить помощи?
А потом до меня доходит…
— Точно… — вырывается из моего рта.
— Ну, да, мало кому удавалось удерживать эту планку в твоем рейтинге, — замечает Динь-динь.
— Что? — удивленно переспрашиваю.
— Только спорить не надо. Ты ведь поэтому и замкнулась ото всех три года назад, — Дина поджимает губы, — из-за того, что люди стали тебя разочаровывать.
— Не разочаровывать, — спокойно поясняю, сообразив, о чем она, — они стали отворачиваться от меня. Не путай причину и следствие. Сложно ходить, открытой миру, когда этот мир в одно мгновение забывает о твоем существовании.
Не люблю вспоминать то время. Отца обвинили, а потом посадили в тюрьму. Все произошло так быстро — я даже понять ничего толком не успела, а уже оказалась одна в квартире нового, только что сданного дома, с ипотекой на плечах. И нет, ко мне не слетелись, как феи, добрые знакомые и друзья, желающие помочь в тяжелое время. Со всей трудностью самостоятельной жизни мне пришлось справляться в одиночку.
Хорошо, что друг отца на первое время одолжил денег, а спустя три месяца устроил в свое кафе, которое только-только открылось к тому времени. И долг перед ним я погасила полгода назад — и то лишь благодаря тому, что устроилась в клуб на подработку.
— Прости, — тут же тушуется Динь-динь, — я знаю, что для тебя эта тема — больная. Но я думаю, что этот мир заслуживает второго шанса: по крайней мере он настойчиво клянчит его у тебя, посылая на помощь защитника в маске. Согласись, мало кто может этим похвастаться.
Соглашаюсь, он-то мне и нужен. Защитник. Если я была права, и его цель — Лин, а вовсе не я, то, возможно, он сможет стать моим союзником, а не случайным помощником в опасных ситуациях. Вот только как бы мне так точно сформулировать для него свою просьбу?..
«Послушай, у меня тут протекция есть… надо бы понять, за какие такие заслуги. Не покопаешься в прошлом моего отца, сидящего в тюрьме?..»
Представив подобное начало разговора, закатываю глаза и тяжело вздыхаю. Чувствую, герой в маске быстро растворится в темноте, когда услышит о моих криминальных связях…
Хотя… он же в курсе, что Лин меня не трогает. Значит, осознает, что у меня есть пара скелетов в шкафу…
— И не надо так реагировать! — протягивает Дина, — Ты и так ограничила круг своего общения до минимума.
— Мне хватает, — ровно парирую, вновь вплывая в разговор.
— Миру не хватает, — отрезает Динь-динь, а затем повторяет, чтобы окончательно вдолбить, — миру не хватает Стаей! Он уже просто кричит: пожалуйста, вернись ко мне, дщерь заблудшая!
— Я тута, нечего кричать, — останавливаю ее поток, а затем сама останавливаюсь, — ты меня сейчас «дщерью» назвала?..
— В общем, мое дело — послание доставить, — словно обращаясь к этому самому «миру», произносит Динь-динь, глядя на потолок, — а вы уж сами разбирайтесь, — после чего подруга встает и переводит на меня взгляд глаз цвета синего моря, — пойду я, пожалуй.
— Классные линзы, — замечаю в ответ.
— Ты невыносимая.
— Ты такая же, — парирую ровно.
— Встреться с этим парнем в маске и исправь ситуацию! — наставляет меня гуру отношений, проходя в коридор.
— Да чего там: сразу, как увижу, прыгну к нему на шею и предложу создать крепкую ячейку общества, — заверяю ее.
— Как я с тобой вообще подружилась? — закатывает глаза Динь-динь.
— Я сама в шоке, — заверяю ее.
Мы усмехаемся, глядя друг на друга, а затем Динь-динь уходит, оставляя меня готовиться к ночной смене в клубе.
Как только дверь за ней закрывается, на мой телефон приходит сообщение. Открываю.
«Приходи пораньше, если надумаешь принять предложение» — от Анатолия Владимировича.
Глубоко вздыхаю, а затем поджимаю губы. Я приму его предложение… но для этого мне необходимо обновить гардероб. В джинсах и майке администраторы обычно не разгуливают…
Так что часы до начала работы я трачу на спешный поход по магазинам.
Черное платье футляр за три тысячи рублей делает из меня некое подобие привлекательной девушки среднего дохода. Неплохо было бы и аксессуарами разжиться, но для этого у меня сейчас нет свободных денег. Так что пока сойдет и так.
Другое дело — как я в этом платье на крышу полезу? А ведь я уже четко решила, что сегодня должна встретиться с парнем в маске…
Логично было бы предположить, что он следит за мной — значит, я сама могу назначить встречу, если как-то намекну ему о том, что хочу поговорить… И в этом плане посещение той самой крыши здания рядом с клубом — идеальный показатель данного желания.
Да, я все продумала, кроме того, что буду говорить. В этом вся загвоздка: я все еще не знаю, с чего начать разговор, и как объяснить желание залезть в старое грязное белье своей семьи? Не могу же я прямым текстом заявить, что меня задело высказывание Лина по поводу моих «наследственных связей»… Это вообще сложно назвать мотивацией к действию…