Буквально час назад — или чуть больше — я сделала то же самое. И ощутила то же самое.
С тем, с другим.
И если задуматься, слова-то нам не нужны… но такое удивительное понимание встречается, должно быть, раз в сто лет — и я явно родилась под счастливой звездой, раз именно мне повстречался такой понимающий молодой человек.
Вновь провожу руками по его спине, ощущая жгуты мышц… и вспоминаю следы побоев на его теле. Тот раз, когда меня окружила банда Лина в полном составе… тогда парню в маске сильно досталось.
А встреча с мужчиной в костюме?.. Если я правильно поняла, то он планировал посетить клуб в субботу — на следующий день после разборок, когда я приняла должность администратора. И парень в маске преградил ему дорогу… А на теле Чону появились новые синяки и гематомы.
Отрываюсь от его груди и заглядываю в глаза. Шоколадные глаза… такие теплые, что могут согреть…
Приподнимаюсь на носочках и легонько целую его в губы — так невесомо, насколько это возможно. На грани прикосновения.
Мягкие… как и у того… и такие же полные.
— Стася? — произносит Чону, чуть сведя брови к переносице.
Отрываю руку от его талии, поднимаю ее наверх и закрываю ему рот.
Смотрю на лицо.
И ПОНИМАЮ, ЧТО МОЁ СЕРДЦЕ СЕЙЧАС НЕ ВЫДЕРЖИТ.
Отступаю от молодого человека, опуская голову.
— Я не очень хорошо себя чувствую… Наверно, мне лучше остаться одной, — выдавливаю из себя, не глядя на него.
Чону кивает, вновь поражая меня своей прозорливостью, и молча выходит из моей квартиры.
Опускаюсь на стул, обхватывая теплый от горячего чая стакан.
Это какой-то бред… это вообще возможно?.. Или у меня фантазия разбушевалась после всех нервных потрясений?..
Надо сосредоточиться…
Единственный раз, когда я смогла четко рассмотреть глаза парня в маске, это при нашей первой встрече: под утро, когда я возвращалась с клуба. Я запомнила, что они у него были карие.
Карие глаза и черные волосы.
Почему я тогда не обратила внимания на разрез?.. Потому что я бредила, полагая, что это часть моего сна, и меня спас Ли Мин Хо — ни больше, ни меньше.
Выходит… их разрез был азиатским?..
Отрываю руки от кружки и обхватываю свою голову.
Я ведь не могу быть настолько слепой?.. Или могу?.. Человек, появившийся в моем доме в тот момент, когда началась вся эта заваруха… человек, не знающий языка, но понимающий мое настроение и считывающий мои желания едва ли не с жестов… человек малоговорящий… человек, присматривающий за мной, защищающий меня…
Почему ты так поступил со мной?..
— Эй, Стася.
Поднимаю голову, смотрю на Риту.
— Посетитель, — произносит девушка, кивнув в сторону.
Разворачиваюсь и смотрю на мужчину, ожидающего, когда его обслужат.
— Добрый день, — здороваюсь на автомате, принимаю заказ.
— А наша мисс «лучшая работница» уже не так хороша, — фыркает Карина.
— Даже в таком состоянии она лучше тебя, — осекает ее Рита, и та уходит, задрав подбородок — приводить в порядок освободившийся стол, — С тобой что? — прямо спрашивает меня коллега, — Я никогда не видела тебя в таком состоянии.
— Если я отвечу, то не услышу в ответ привычное «зачем ты мне это рассказываешь»?., - уточняю без интонаций.
Рита ничего не отвечает; внимательней присматривается ко мне, сводя брови.
— Ты поссорилась со своим иностранцем? — наконец, задает вопрос.
— Он не мой иностранец, — ровно произношу.
— Так и думала. Даже разборки с этим вашим богатеньким наследником не влияли на тебя так сильно, — замечает Рита.
— Я возьму себя в руки. Можешь не обращать внимания, — делаю капучино на вынос, отдаю посетителю, прочищаю детали на машине.
— Ты можешь поговорить со мной, — произносит Рита.
— Я ни с кем не могу поговорить, — отвечаю, давя внутри приступы жалости к себе.
Продолжаю делать свою работу, повторяя в мыслях, что я сильная, и мне никто не нужен. Как вдруг ощущаю руку на своем плече.
— Пойдем, — Рита ведет меня к служебной двери.
— Касса… — показываю на опустевшую стойку.
— Карина, встань на кассу, — командует Рита и уводит меня в нашу комнатушку, — садись, — указывает на стул, ставит чайник и разворачивается ко мне, — что происходит?
— Я работаю, а ты, видимо, хочешь отдохнуть и попить чайку, — отвечаю ей.
— Ты поняла меня.
— С каких пор тебе интересно? Мы работаем вместе почти три года. Ты никогда раньше не показывала желания общаться и тем более — слушать о моих проблемах,
— чуть резче, чем необходимо, произношу.
— Всем нужно разное время на адаптацию, — спокойно отвечает Рита, даже не думая огрызаться.
— Хочешь сказать, что, наконец, адаптировалась? Я рада за тебя.
— Я не про себя сейчас говорила.
Поднимаю голову и удивленно смотрю на нее.
— Все это время мы большую часть смен работали вместе. И ты ни разу не делилась подробностями своей жизни. Думаю, тебе особо и нечем было делиться… Я немного знаю о твоей ситуации — от Олега, а потому не напрашивалась в собеседники, решив, что ты откроешься, когда у тебя появится желание, — произносит Рита.
— Но ты сама не из разговорчивых, — замечаю справедливости ради.
— Верно, я не из тех, кто болтает по душам со всеми подряд. Да и ты была не словоохотлива. Нам было довольно комфортно друг с другом. Но, в отличие от тебя, я не подпускаю к себе людей намеренно. А ты закрылась, потому что так сложились обстоятельства. В этом наша разница.
Смотрю на нее; чувствую, как начинает дрожать подбородок, и опускаю голову.
— Я редко иду на контакт по своему желанию. И я прошу уважать мое решение, — спокойно произносит Рита, — Если ты не хочешь рассказывать, что случилось — это твое дело, я давить не буду. Но если ты сейчас закрываешься от меня из принципа… то это просто глупо. И от этого будет хуже только тебе самой.
— Я все равно не смогу объяснить, «что у меня случилось». Это не мои секреты… — покачав головой, произношу негромко.
— Но тебя обидели.
— Не обидели… скорее… не говорили мне правды. И, наверно, он имеет на это свои причины — но мне от этого не легче.
— Ясно… — отвечает Рита, — хочешь взять отгул?
— Я никогда не брала отгулов… и мне сейчас необходимо чем-то заниматься, иначе я себя съем изнутри.
— Хорошо, но, тогда я попрошу тебя делать свою работу так же хорошо, как раньше.
— Договорились, — киваю ей.
— Эй, там этот красавчик пришел. Который не говорит по-русски, — заглядывая в подсобку, протягивает Карина.
Рита оборачивается и смотрит на меня.
Встаю и иду к чайнику.
— Мы же хотели отдохнуть и выпить чая? — произношу, раскладывая пакетики по кружкам.
Тишина за моей спиной красноречива. Рита с Кариной явно переглядываются между собой.
— Я обслужу его, — в итоге произносит Рита и выходит вместе с рыжей красавицей, оставляя меня одну.
Не знаю, как это выглядит со стороны — глупо или по-детски, — но в одном точно останусь непоколебима: с Чону я больше дел иметь не буду. Из двух личин он — явно фальшивая.
Этот человек умеет говорить на русском языке не хуже меня. И совершенно точно этот человек приехал в Россию не по работе; у него совершенно другая цель.
И уж определенно этот человек знал, в какой дом он заселяется.
— Ты не выйдешь, пока он здесь? — Рита заходит ко мне через две минуты.
— Ты права… это может затянуться, — поднимаюсь со стула и нехотя иду в зал; занимаю свое место, принимаю следующий заказ.
Взгляд сам собой находит Чону (или как там его зовут?..), пока я делаю очередную порцию капучино. Молодой человек смотрит на меня не отрываясь, но я продолжаю заниматься своей работой, игнорируя его внимание.
— Эй, Стася… если он тебе больше не нужен… — начинает, было, Карина.
Поднимаю на нее взгляд, смотрю молча. Ничего не отвечаю.
— Ок, забираю его себе, — пожав плечом, фыркает та и идет к столику Чону. Но только подходит к нему, как молодой человек поднимается и, кивнув на прощание, идет на выход.