— А что он натворил? Это как-то связано с хозяином мужчины в костюме? — нахмурившись, уточняю.
— Верно. Они повздорили пару недель назад. Насколько мы смогли выяснить, Лин напился и начал задирать своего оппонента; все видео с того закрытого клуба были удалены из интернета, что говорит о том, что оба спорщика выглядели не лучшим образом. Но я выяснил у персонала суть спора. Она была проста: кто имеет больше связей.
— Боже, Лин как дитя малое! — качаю головой.
— У нас такие же разборки происходят, и точно также заметаются следы, — усмехается Чону, глядя вперед, — Вот только с группой телохранителей мы обычно на противника не идем. И сходки не устраиваем. Мстим иначе; достаем все грязное белье врага на свет, разрушаем репутацию, уничтожаем вес голоса.
— Ты так говоришь, словно сам в чем-то подобном участвовал, — хмыкаю, взглянув на него.
Чону улыбается, но ничего не отвечает. И в итоге отводит глаза.
Это что значит?..
— Так или иначе, с такими выяснениями отношений, как у вас, намного проще поставить точку в споре, — произносит он, спустя некоторое время.
— И как? — заинтересованно уточняю.
— Все просто: та сторона проиграет, где останется меньше людей.
— Ты хочешь помочь им переломать друг другу кости? — догадываюсь я, — Хочешь стравить двух богатеньких сынков между собой?
— Таков был план. Но теперь, с твоей подругой в заложницах, придется придумать что-то другое… — протягивает Чону и останавливается — мы дошли до выхода на главную улицу.
— До того, как мы расстанемся, и я уйду собирать вещи… — разворачиваюсь к нему и заглядываю в глаза, — скажи, что ты сказал моему отцу?
— Ты это хочешь узнать? — спокойно переспрашивает Чону.
— Нет. Не только. Я хочу знать, что он тебе сказал? — отвечаю прямо.
— Твой отец категорически запретил мне копаться в этом деле и вмешивать тебя в свои разборки.
— И… что? Ты послушаешь его? — напряженно переспрашиваю.
— Даже если бы я захотел — я бы не смог этого сделать.
— Из-за того, что я сама хочу быть причастной? — спрашиваю.
— Не только, — качает головой Чону, — есть причина, по которой я хочу довести это дело до конца. Я сказал ему об этом. И он меня понял.
— Что? Он дал добро? — удивленно переспрашиваю.
— Мне — дал, — как-то странно отвечает кареглазый сосед.
Некоторое время мы смотрим друг на друга, а затем Чону подталкивает меня вперед:
— Иди, — говорит, — у тебя не так много времени.
— А ты?
— Я подойду чуть позже. Но, обещаю, я успею к тому моменту, как ты постучишь в мою дверь, — улыбается он и разворачивается, быстро скрываясь за поворотом.
— Больно надо — стучать. Я позвоню в звонок, — бурчу, начиная двигаться к перекрестку.
Моя голова была переполнена самыми разными мыслями, но одна слишком активно захватывала территорию, не позволяя думать ни о чем другом…
И нет, это не было мыслью о том, что господин Кан — ужасный человек.
Так же, я не задавалась вопросом — как мой отец позволил поступить с собой подобным образом?..
Не думала я и о том, что будет со мной после всей этой истории. Хотя, признаюсь, об этом стоило бы подумать…
Но нет.
В моей голове крутился единственный вопрос…
Почему Чону так хочет отомстить господину Кану?
Что тот ему сделал — и когда?..
Мой кареглазый сосед слишком глубоко во все это закопался. Но у него нет мотивации вроде моей… так что же толкает его вперед? Что заставляет играть в такие опасные игры?..
И почему мой отец согласился с тем, что Чону имеет право на месть?..
— Ты должен будешь все мне рассказать, — произношу негромко, выворачивая к своему дому.
Его откровенность сможет дать мне ответ на еще более важный вопрос: Кто я теперь для него?..
Чону провожает взглядом фигурку Стаей, перебегающую дорогу, а затем быстро пересекает два квартала и заходит в центр красоты «Purple you».
— Боже, какой хорошенький! — шепчет девушка, сидящая на диване.
— Добрый день. Вы по записи? — обращается к нему администратор, улыбнувшись на реплику клиентки.
— Нет, я к Алене, — отвечает Чону, подходя к стойке.
— Оу! У Алены новый бойфренд? — глядя на экран своего телефона, протягивает та, что сидит на диване.
— Я могу написать ей и предупредить, что вы здесь, — находится девушка администратор, — в данный момент у нее процедура. Как я могу к вам обращаться?
— Не стоит, я подожду, — Чону присаживается в кресло — с той стороны, где его лицо не попадает в камеру наблюдения.
Через пять минут довольная клиентка выходит из кабинета и идет к стойке, чтобы расплатиться.
— Вы можете зайти сейчас. У нее перерыв пятнадцать минут, — заглянув в расписание, сообщает ему девушка, а когда он, кивнув, уходит в сторону кабинета, то слышит негромкую фразу, сказанную со смешком, — ее опять на азиатов потянуло? Но этот хоть симпатичный…
Чону не останавливается, пересекает коридор и открывает дверь, коротко постучав.
— Да?.. Ой, а вы — кто? — симпатичная блондинка лет двадцати шести удивленно смотрит на молодого человека и даже привстает со своего места.
— У меня есть к вам вопрос, Алена, и вы очень поможете, если ответите на него, — прикрывая за собой дверь, спокойно произносит Чону.
— Я уже давно не имею никаких отношений с Пином, боже мой! Ну, сколько можно?!
— закатывая глаза, вопрошает девушка, — Передайте уже господину Кану, что у меня нет никаких планов на его сына! И никаких видео или фоток с ним не осталось! Сколько еще мне терпеть это нашествие?!
— Нашествие? — удивленно переспрашивает Чону.
— Меня уже полгода трясут по поводу того романа! Как-будто фотки Лина, сделанные на мой телефон, и короткие видео с вечеринок как-то помешают его жизни! В конце концов! Не в политику же он собрался!
— Я здесь не по этому вопросу, — мягко прерывает ее Чону.
— О?.. Нет? Тогда почему? Вы же…
— Кореец? — улыбается молодой человек.
— Ну. да…
— Не все корейцы, живущие на земле, имеют какое-то отношение к господину Кану и его сыну, поверьте мне, — мягко заверяет ее Чону.
— Да, но в этом городе — определенно многие, — фыркает девушка, а Чону улыбается.
Теперь ему кажется странным, что в свое время эта особа положила глаз на Лина.
Слишком независимая. И, кажется, не глупая — хотя определенно хочет такой казаться. Как же ее затянуло в то болото?..
И, к слову, не все фото были удалены — и именно по ним Чону смог найти эту девушку, которая в данный момент являлась ценным свидетелем, хотя сама даже не подозревала об этом.
— Так о чем же вы хотите спросить? — через небольшую паузу спрашивает его Алена.
— Три года назад…
— Ну, вот! А говорили, что не по этому вопросу, — разочарованно протягивает девушка, перебивая его, — А вы мне даже понравились… — качая головой, фыркает она.
— Не по этому, — отрезает молодой человек, — Мне нужно знать, были ли у Лина какие-то проблемы со здоровьем ровно три года назад?
Блондинка поднимает на Чону удивленный взгляд.
Да, он спросил в лоб, но объяснять причины или раскручивать на откровенности другим способом у него просто не было времени. Он уже проверил самого господина Кана. У него было несколько важных встреч в тот период — и на все встречи он приходил на своих двоих.
Остался только его сын. Или кто-то третий, кого эти двое защищают.
— Были. Хоть это и странный вопрос. Два месяца, с мая по июнь, он пролежал в больнице — но я не знаю, в чем там было дело, так что можете даже не спрашивать,
— с легкой настороженностью отвечает Алена.
Взгляд Чону становится пустым.
— С вами все в порядке?.. — тут же замечает неладное девушка, — Почему вы об этом спросили?
— Благодарю за ответ. До свидания, — ровным голосом прощается молодой человек и выходит из кабинета.
— Уже уходите? — с кокетливой улыбкой протягивает девушка-администратор, но Чону даже не обращает на нее внимания.