Эти люди передали нам на руки каждому по своей копии договора, и позволили изучить его, даже с готовностью отвечали на каждый вопрос, если такие появлялись, конечно.

Около часа у нас ушло на то, чтобы подробно изучить сам контракт, пытаясь разобраться в местном юридическом языке, от которого у нас с Ва’йаном ум за разум заходил. Благо та же Рэм оказалась достаточно подкована в заключении подобного рода соглашений в силу своей профессии и смогла разъяснить множество непонятных нам моментов.

В целом никаких подводных камней в контракте мы не заметили, как и другие Искатели из рейда. Он подробным образом описывал запреты, которые налагались на человека, продавшего записи, снятые с камня. А именно — неразглашение и невозможность передать записи кому-либо ещё, помимо благородного дома Асен, в течение нескольких лет. Был, конечно, ещё вариант передачи им прав навсегда, но от него все без исключения Искатели отказались.

И, к слову, вместе с договором прилагалсь клятва, которую закреплял специально приехавший вместе с чёрными пиджаками Изменённый, о котором я раньше даже никогда не слышал. «Повелители Клятв» — крайне редкий и очень востребованный путь возвышения.

Изменённые этого пути были идеальными помощниками при заключении любых договоров, но при этом они ещё и как бойцы были довольно сильны. По крайней мере по словам той же Рэм. «Повелители Клятв» могли задать жару любому другому Изменённому, потому как считались крайне выдающимися универсалами. Правда, сути их силы я так до конца и не понял, но, судя по всему, «Повелители Клятв» были способны налагать специальные обеты и ограничения даже на самих себя, серьёзно урезая одни свои стороны и благодаря этому значительно усиливая другие.

Как это работает на практике? Ну, судя по тому, что я услышал от Рэм, некоторые из этих ребят могли наложить на себя какую-то абсурдную клятву, по типу — не иметь возможности ранить или убивать людей и взамен на это получить невероятную силу уничтожать монстров «колодца».

Правда, наложить клятву было куда проще, чем снять. Рэм даже не была уверена, что клятвенные самоограничения в принципе было возможно снять.

Зато она видела, на что способны некоторые «Повелители Клятв» в реальном бою, под действием своих самоограничений. Они способны сражаться против Изменённых на целую ступень, а то и две выше себя, и при этом даже выходить победителями.

Конечно, о том, какую жертву этим людям пришлось принести ради такой силы можно было лишь догадываться, но то, что они не могли быть каким-то обычным это несомненно. Крайне любопытная способность, и очень интересно, как оно работало на практике.

Сам «Повелитель Клятв» оказался невысоким сухоньким стариком в глухом сером плаще без единого знака отличия. За всё время он не проронил ни одного лишнего слова, явно не стремясь вникать в происходящее.

Несмотря на то, что я перерыл половину витанета, мои знания по путям развития Изменённых всё ещё можно было назвать скудными. Даже осколки воспоминаний и знаний Антона тут мало чем помогали, парень хоть и был помешан на «колодце» и Искателях, обладал весьма ограниченными знаниями насчёт путей, особенно редких и легендарных их вариантов. Да и относились они скорее к слухам, чем к реальности.

Ту же Рэм я, конечно, постоянно пытал и расспрашивал, но всегда появлялось что-то новое. Девушка удивлённо смотрела на меня, будто бы не понимая, как так вышло, что я могу это не знать.

Раздражало безмерно, но я понимал удивление наёмницы. С её точки зрения, Искатели постоянно делятся подобными знаниями между собой при работе в группе, а вот в сети витанет, да и в обучающих материалах, подобное никто никогда не писал. Почему? Для меня это было загадкой.

Отдельно стоит упомянуть сумму, которую нам пообещали за продажу страниц, и она впечатляла — три миллиона кредитов за одну страницу. От такого даже Ва’йан оказался в шоке. И это при условии, что мы получим перевод самой страницы. Если перевод не нужен, то продажа возможна почти за пять миллионов.

Впечатляющая сумма. Даже с учётом перевода. А мне, что ни говори, кровь из носу был нужен этот перевод. Да и в принципе разобраться в глифах и получить понимание их перевода было бы очень неплохо.

В будущем это совершенно точно должно будет пригодиться, особенно когда придётся спускаться на самые нижние ярусы и, если мне всё-таки повезёт найти один из храмов, про которые говорил Скульптор реальности.

Ну и, помимо всего прочего, не стоит забывать, что у меня был доступ к расшифровке текста второй страницы от Рэм. Наёмница пусть и без большого энтузиазма, но также согласилась поделиться переводом, благо контрактом это не ограничивалось, мы отдельно прописали это в нашем договоре.

На этом процесс заключения соглашения завершился. Естественно, сразу же такую сумму перевести на наши счета даже Великий благородный дом Асен не мог. Деньги должны были поступить в течение недели, а пока можно было подумать о том, куда их направить.

В моём случае я собирался часть суммы передать отцу, который сейчас всеми силами пытался что-то придумать для моего проживания в столице, когда я отправлюсь туда на учёбу. Да, отец продолжал настаивать на том, чтобы я отправился учиться. И не куда-то, а именно в Императорский университет. Можно сказать, это было теперь его идеей фикс, так что все его силы сейчас уходили на то, чтобы подготовить мой переезд в столицу, и никакие попытки отговорить его от этой идеи не помогали.

Как по мне, то же Имперское общежитие было вполне себе неплохим вариантом. Но отец во время одного из обсуждений тут же отмёл это предложение, сказав, что общежитие лучше даже не рассматривать. Условия там пусть и нормальные, но общество может нас не так понять.

Наследники благородных домов, как малых, так и больших, как правило, не селились там. Не то, чтобы это было каким-то позором, но демонстрировало очень плохое положение благородного дома всем окружающим. А отец этого сильно не хотел. Так что он оставил этот вариант на самый крайний случай, если других вариантов больше не останется.

Ну и отдельно Настя задержала меня почти на двадцать минут, чтобы договориться о создании небольшой партии амулетов «суверенной земли», пообещав весьма неплохое вознаграждение. Почти тридцать тысяч кредитов за каждый — это крайне неплохие деньги, и куда больше, чем мог сейчас предложить тот же Шутов. Настя умела удивлять.

Понятия не имею, как в её ситуации она продолжала держаться. Но девушка словно не хотела останавливаться, боясь остаться наедине с собой, и отвлекала себя чем угодно, лишь бы только не задумываться о том, сколько людей было потеряно во время этой экспедиции. В том числе и весьма приближённого к ней Николая.

Роман, к слову, смог вытребовать за своих погибших соратников чуть ли не двойную компенсацию от того, что было изначально указано в контракте. И выглядел при этом он пусть и мрачным, но удовлетворённым таким решением. И в принципе, я мог его понять. Мало того что он потерял всех своих людей, так ещё и, скорее всего, ему предстояло общение с их родственниками. Хотя, возможно, он не был настолько близок с этими ребятами, тут я судить не берусь. Так или иначе, но то, что его слаженная и довольно сильная группа оказалась практически полностью уничтожена, для него было настоящим ударом. Собрать что-то похожее быстро у него точно не получится.

Закончив с делами, я, кстати, не забыл взять контакты Романа. Возможно, в будущем удастся с ним поработать. С теми деньгами, которые он получил от продажи записей, нисколько не удивлюсь, если он сможет подняться до четвёртой ступени Корпусара. Пусть саму формулу отвара найти было не так-то просто, но она вполне могла находиться в тех же записях, которые он отдал, запросив перевод. Ну а уж ингредиенты теперь он мог себе позволить купить. Четвёртая ступень Корпусара, как ни крути, — это крайне сильный Изменённый. Иметь таких знакомых неплохо.

Чего не скажешь о «Ласточке» с «Кукольником». Оба были крайне подозрительными типами, и слишком хорошо я помнил разговор старшей Ласточки с лысым на пятом ярусе. Доверия это им точно не добавляло, да и подозрения у меня были вполне чёткие… с обоими Изменёнными мы ещё встретимся, и встреча эта будет точно не самой приятной. Можно сказать, это были мои предчувствия.