— Давно не виделись, — сказал я, но от пронизывающего меня страха чуть было не дал петуха.

— А этот тут откуда? — сказал Тэ Гун, все же выглянув у меня из-за спины.

И да, что я, что Тэ Гун знали этого паренька. Это был тот самый малец, один из близнецов из клана Цзы, которые меня тогда и прихватили у больницы, когда я навещал Сэрин. Вот только сейчас он больше походил на мертвеца.

— Брат еще жив, — раздался откуда-то со стороны голос, который я тоже сразу узнал. И это была вторая половина этих однояйцевых. Хотя нет, они же разного пола, впрочем, это сейчас не так важно.

— Прошу, помогите ему, — сказала девчонка из клана Цзы.

— С чего бы мне ему помогать? И вообще, у вас есть тот старый дед, — честно ответил я, не видя смысла спасать этого парнишку. Я прекрасно помнил, как он относился ко мне во время того судилища, которое мне устроил их чертов клан.

Да, я, злопамятный, но я всегда таким был. Хотя, если честно, ее мне было немного жалко, это же ее брат. Хотя кто их знает, может, они и не родственники вовсе.

— Она не может его позвать, ведь так? — посмотрел Тэ Гун на девушку, которая опустила взгляд вниз.

В тот же момент напарница Тэ Гуна, Хан Бо На, ткнула его кулаком в бок. Удар, похоже, вышел достаточно чувствительным. Тэ Гун невольно согнулся.

— А вот об этом моменте поподробнее, — спросил я, уже догадываясь, что мой не слишком компетентный друг проболтался о том, чего я, по идее, знать не должен.

— Давай, потом все объясню, — сказал, глядя на меня, Тэ Гун.

— Говори, — добавил в голос я жесткости, но пока решил не применять силу. Хотя собирался сделать это, если он решит пойти в отказ.

— Да… — начал он, но тут же снова получил болезненный удар локтем в бок от своей напарницы. Хан Бо На взглянула на него с таким серьезным видом, что дальнейшие пояснения явно грозили обернуться еще парой ударов.

— Он должен знать, раз уж он с нами в этом деле, — упрямо возразил Тэ Гун.

В ответ она еще раз замахнулась, но остановилась и, недовольно скривив лицо, жестом показала: «Делай что хочешь».

— Говори, — бросил я, чувствуя, как начинаю заводиться. Уж очень я не люблю, когда меня играют втемную или держат за послушного дурачка, который безропотно сделает что надо и молча уйдет восвояси.

— Это все они, — кивнул он в сторону девчонки.

— Что они? Они — эта парочка, или они…

— Цзы, — сказал он, посмотрев на девчонку. — Твой братик, может, и каким-то способом отключил несколько камер в том парке развлечений, но этого явно не хватило, и на одной из записей прекрасно было видно, что он заходил туда ровно за день до того, как мы навестили то место. И не говори, что вы тоже боролись с этой дрянью, в это я точно не поверю.

Все это время девушка стояла с мертвенно бледным лицом, всем своим видом подтверждая, что каждое слово Тэ Гуна было правдой.

— Это старейшина, он заставил брата, а брат, он ради меня.

— Что старейшина? — перехватил инициативу я.

— Я точно не знаю, но он болен и боится умереть очень боится. Я это чувствую, и это как-то связано с этим.

— Ладно, это мы потом с вашим старейшиной обсудим, — усмехнулся Тэ Гун. — Ордер на его арест уже подписан. И, кстати, на тебя и твоего братишку тоже. Так что даже не думай сбежать — мы вас все равно найдем.

Он оскалился в хищной улыбке и добавил:

— Ты даже не представляешь, сколько найдется желающих поохотиться, узнав, что сезон охоты открыт на тех, кто веками сам был охотником. Так что поверь: сдаться нам для вас — самый лучший выход.

Он говорил чистую правду. Клан Цзы, державший в страхе всю местную нечисть долгие века, успел нажить себе столько врагов, что даже Ма Ри, думаю, не удержится и примет участие в этой охоте. А уж от нее не уйдут ни эти ребятишки, ни сам старик.

— Я не буду убегать, только спасите его, — посмотрела она в сторону пристройки, где в глубине все еще стоял неподвижно парнишка, будто ожидая, когда мы сделаем первый шаг.

Выслушав рассказ этой девчонки, я бросил взгляд на парочку оперативников, стоящих передо мной, которые, впрочем, ничего не говорили. Тэ Гун просто молчал, а вот его напарница просто не могла.

— Вот же старый ублюдок, — сквозь зубы сказал я, выслушав ее рассказ.

Все оказалось довольно просто — если, конечно, к этой ситуации вообще уместно применять такое слово. Старый хрыч, глава корейского подразделения клана Цзы, вдруг решил, что умирать он вовсе не собирается. Впрочем, кто бы захотел? Только вместо того чтобы обратиться к лучшим врачам, он выбрал иной путь. Старик вознамерился найти способ стать частью мира духов, а не наблюдателем, кем всегда и был.

Ма Ри и подобные ей, похоже, не собирались помогать ему в этом — либо не захотели, либо просто не имели достаточно сил, чтобы сделать подобное именно с ним. Я же невольно вспомнил, как сделал своим слугой Габу, и как тогда сам едва не оказался в могиле.

Так или иначе, выход он все-таки нашел — иной способ обрести энергию, достаточную для его замысла. Впрочем, это уже мои догадки: девчонка, стоявшая перед нами, знала об этих проклятых местах куда меньше, чем хотелось бы. А вот ее братишка, похоже, был в курсе. Иначе зачем бы он помогал старику в его темных делах?

Что же до ее слов о том, что все это он затеял ради нее… Ну, это уже пусть выясняют Тэ Гун и его друзья из полиции. Их забота, разбираться, действительно ли она не при чем, как пыталась уверить нас.

— Помогите ему, прошу, — сказала она, смотря почему-то именно на меня, будто я выгляжу самым сострадательным из нашей компании. Хотя может, оно так и есть. Невольно я покосился на парочку рядом со мной.

На ее слова первой отреагировала Бо На, которая довольно доходчиво в жестах показала, что надо сделать с этим парнишкой, а именно провела большим пальцем по горлу. Правда, сразу после этого еще предложила его придушить, а после еще и повесить. Видимо, она в своей пантомиме изобразила все доступные ей жесты, говорящие: «Да прикончить, и всего делов».

Впрочем, Тэ Гун на это лишь одобрительно кивал.

— Злые вы, — произнес я. Хотя, если вдуматься, парнишка, помогавший старому выродку в его затее, заслужил куда больше, чем просто смерть. И, похоже, девчонка, стоящая перед нами, тоже это прекрасно понимает. Иначе почему она так безмолвно приняла реакцию Хан Бо Ны? Только вот поделать она ничего не может: он ведь ее брат.

У меня самого никогда не было ни братьев, ни сестер… ну, по крайней мере, до недавнего времени. Но ее я понимал. Слишком хорошо понимал. Если бы мой непутевый сынок вляпался в неприятности, я бы тоже сделал все, чтобы его вытащить, и в тот момент глубина его вины меня волновала бы меньше всего.

— Это ты, походу, либо дурак, либо не понимаешь, что они натворили, — сказал Тэ Гун.

— Да я все, я понимаю, — ответил я, а после повернулся к девчонке и спросил: — Ну и как нам его спасти?

Нет, я, видимо, все же дурак. И зачем я ввязываюсь в очередной геморрой на свою тощую задницу? Вот только поделать я с собой ничего не мог. Конечно, если бы на кону была жизнь того старика, я бы даже не секунды бы не думал и послал бы эту девчонку куда подальше. Но. Это был по сути еще ребенок.

— Его душа заперта в ловушке в осколке зеркала, заперев его в самом страшном моменте его жизни, — сказала она, отчего я невольно сморщился, уже догадываясь о каком осколке зеркала идет речь. Видимо, там лежит еще один такой же артефакт, как и в том парке. И из которого я выбрался только благодаря крольчихе и ее дурацкой песне. Хотя, думаю, и часть души настоящего Тэ Хо тоже сыграла свою роль в том, что я тогда смог вырваться из тех воспоминаний.

— А это тогда кто? — спросил я.

— Это он, точнее, его тело, захваченное проклятой сущностью, разбушевавшейся тут, — за девчонку ответил Тэ Гун.

— И как ты его тогда собралась спасать? — спросил я.

— Я позову его, он точно сможет освободиться, я в это верю, — сказала девчонка, но вот в отличие от слов в голосе явно читались сомнения.