И что мне оставалось?

Непродолжительные, почти не растянутые по времени тренировки в жетоне, тренировки с вложением техник в духовный кристалл и… чай, костры, беседы, а ещё… игра на цине.

День за днём.

Отряд без приказов, следуя уже привычному распорядку, свернул налево, к обычной стоянке торговцев и путников. Не первой и не последней нашей ночёвке на дорогах новых земель Ордена. Дизир должны локти себе кусать, потеряв их, и точно будут их кусать, потому что мы останавливаться не намерены.

Каждый в отряде знал, что делать. Одни принялись техниками валить крайние деревья, потому что площадка, способная вместить обоз торговца, не может вместить наш отряд. Треть Армии Предела, отвечающая за эти земли, даже без учёта тех, кто остался на старых землях Ордена, в Семихолмье и позади, — это очень немало.

Другие принялись рубить эти деревья на дрова. Третьи принялись доставать котлы, мясо и крупу. Послушник отделения дорог принялся срывать флаг Дизир, старый и потрёпанный.

Я же устроился на лавке-бревне, которые, кажется, одинаковые во всех Тюремных поясах. Толкнул мыслеречь:

— Доклад.

Спустя несколько вдохов мне вернулся один ответ:

— Пусто и тихо, глава.

Затем второй:

— Ничего, господин пустых дорог и лесов.

Я кивнул, сам ещё раз пролетел восприятием сначала в одну сторону дороги, затем в другую, проверил, как дела у тех, кто оставлен позади, нет ли подозрительных сгущений силы или пустого, странно воспринимаемого пространства.

Ничего.

Уменьшил осматриваемое пространство, буквально прочесал ближнюю округу частым гребнем.

Ничего.

Но это ничего не значит. Сегодня шатра не будет, а значит, я не могу прикрыться его стенками от чужих глаз и продолжить с вкладыванием техник. Для сегодняшнего вечера остаётся только одно.

Чай.

Мне не нужен был костёр, я обошёлся походным артефактом, чтобы вскипятить воду. И руками, не обращаясь к силе, принялся заваривать сбор.

Спустя пятьдесят вдохов рядом со мной присел Зегрим. Я привычно протянул ему уже полную чашку, и тот благодарно её принял. Осторожно склонился над чашкой, вдохнул аромат, пригубил, покачал головой:

— Освежает и снимает усталость. С одного глотка. Потрясающе.

Я улыбнулся. Пусть и руками, но никто не мешает мне заваривать травы Империи. Даже если рядом притаился осторожный незримый наблюдатель, качество трав ему не разобрать.

Зегрим отпил ещё, довольно прищурился, а затем вдруг спросил:

— Собрат Атрий, почему ты носишь это имя? Чтобы озлить Дизир ещё сильнее?

Забавно, что даже он, помнящий это имя, знающий, как много власти мне передал магистр Хорит, знающий почти весь план, не допускает мысли, что я и есть тот самый Атрий. Вдвойне забавно, что он только сейчас задал этот вопрос.

С улыбкой спросил:

— И как, получилось?

Зегрим довольно кивнул:

— Сильнее вышло бы, только назовись ты Толой, старший.

Я хмыкнул. Мне не нужно было скашивать глаза, чтобы найти взглядом этого самого Толу. Рано, ещё рано. Поэтому я лишь уважительно покивал головой:

— Отличная мысль, собрат Зегрим, отличная мысль.

Солнце уже не было видно за стеной невысокого, но на удивление густого леса, виднелось только алое зарево заката.

Я оглядел суету привала Армии Предела, толкнул мыслеречь:

— Подойдит е.

— Да, старший, — тут же донёсся до меня слитный тройной ответ.

Трое. Ровно столько, чтобы победа в схватках Ордена была неоспоримой. Трое, выбранных для этого дела за лучшие навыки притворства. И эти и правда были лучшими. Остальные… Ох…

Малый Орден в эти дни отправляет в Большой уже вторую волну талантов. Конечно, про пятьсот человек в каждой я слишком много хотел. Да, пятьсот идущих, но не пятьсот талантов. Столько за раз Малый Орден не может выбрать и собрать даже на своих обширных землях. Выгрести Академию, оставив её стены и дорожки пустыми? Нет, Орден так не поступил, поэтому в списке Хорита были идущие из самых разных отделений и самых разных возрастов, таланты Ордена и не очень таланты. Они уже ушли первый раз, теперь начали второй исход.

Кто же из оставшихся талантов выйдет на схватки за земли Дизир?

Кто раз за разом будет неоспоримо, уверенно побеждать в них, прибирая земли под руку Ордена?

И разве будут Дизир смотреть на это сквозь пальцы?

В Семихолмье они не ожидали накала страстей и того, что мы тоже будем играть не по правилам.

На границе Камышовых Заводей, пытаясь остановить нас, не пустить дальше, они кинули нам подачку.

Просчитались и с ней, но дальше всё будет совсем по-другому. Дальше для участия в схватках подтянутся полноценные таланты Дизир, а если этого окажется мало, то таланты, получившие зелья. Турнир в городе Меча повторится. Только…

Только на этот раз всё будет по нашим правилам. Вернее, вовсе без правил.

Трое пришли ко мне в шатёр. Три Предводителя, таланты, которые много лет назад уже выходили на схватки за земли и должны были продолжить множить славу Ордена Небесного Меча, если бы не стали пленниками в городе Тысячи Этажей.

Каждый получил от меня маску, которая изменяла облик, и браслет, который скрывал истинный возраст.

Ни один талант Дизир, сколько бы зелий ни выпил, как бы ни сжёг свою силу, потенциал, жизнь и будущее, не сумеет выстоять против опытного Предводителя, который долгие годы, половину жизни оттачивал свои навыки, мечтая вырваться из тюрьмы.

Орден Небесного Меча больше не собирается играть честно.

Шесть дней, ровно столько, сколько нам понадобилось на всё Семихолмье, у нас ушло только на то, чтобы добраться до центра земель Камышовых Заводей. До его единственного городка.

Зегрим буркнул под нос:

— Маловат. Одно название, что город. Впрочем, и название ему подстать. Можно даже не надеяться, что мы вместимся, — глянул на меня. — Старший, нам нужно зримо показать свою власть, руку и свою щедрость. Прошу вас провести урок в городе.

Я удивлённо вскинул брови. Что? Переспросил:

— Какой ещё урок?

— Урок игры на цине подойдёт идеально, старший, — Зегрим едва заметно улыбнулся. — Не думаю, что Дизир когда-нибудь устраивали подобное.

Теперь я начал бровь тереть. Они что, с Ксилимом сговорились? Но спустя всего вдох пожал плечами:

— Почему нет, если ты считаешь это важным?

И всего спустя две тысячи вдохов я поднялся на невысокий помост, развернулся и вполголоса признался:

— Удивлён, что так много собралось на мой урок. Ты тоже будешь учиться?

Зегрим приложил кулак к ладони:

— Простите за откровенность, старший, но в моём возрасте пальцы уже потеряли былую ловкость и гибкость. Я пришёл лишь чтобы ещё раз порадоваться за будущее Ордена.

Я хмыкнул. Иначе говоря — я развлечение. Пусть, что уж тут.

Подогнул ноги, садясь, отметил, насколько привычной и удобной стала эта поза даже здесь — в настоящем мире.

Через миг на коленях так же удобно и привычно лежала цинь.

Я обвёл взглядом собравшихся ещё раз.

Зегрим подметил точно. Это небольшой городок, пожалуй, он самый мелкий из всех, которые я знаю. Деревня, обнесённая каменной оградой.

Главную площадь этой деревни-переростка жители сегодня заполнили полностью. Выглядывают из окон, тянут шеи из переулков.

Зегрим сделал шаг к краю помоста и обратился к собравшейся толпе:

— Отныне эти земли принадлежат Ордену Небесного Меча. Мы не клан и даже не семья. Мы принимаем в свои ряды любого и любого называем своим собратом по Возвышению и Ордену. Орден и есть огромная семья, где все мы собратья и каждый получает по своим возможностям, заслугам, верности и Возвышению. На землях Ордена открыты Школы, в которые могут поступить проявившие свой талант Закалки и Воины. Если вы не можете похвастаться талантом, но горите желанием идти по пути Возвышения, то можете вступить в Орден внешним учеником, выполнять задания Ордена и заработать право обучения в Школе, зелья Возвышения, техники и артефакты. Орден Небесного Меча чтит добродетели идущих и каждого, кто живёт на его землях. Сегодня старший Атрий проведёт для вас открытый урок.