Если же мне удавалось избежать атаки и перевести сражение в бой на выносливость, победа гарантированно ложилась мне в карман. Закончив по-быстрому с трофеями, я поспешил обратно в форпост.

С Наташей и Фаей мы уговорились встретиться у кузни. Ориентир был приметный, кузню на форпосте знали все, так что я не волновался, что девочки заблудятся.

Я пришел первым и встал у входа. Ппривычный жар толчками бил мне в лицо. За эти годы я провел тут столько часов, что жар этот стал мне едва ли не роднее моря. Поначалу меня гоняли просто как мальчика на побегушках, потом начали давать более дельные задания, потом и вовсе позволили самому кузнечить. Правда, только свой доспех либо заготовки.

Наташа и Фая подошли вместе, и я выпрямился.

Время шло к четырем пополудни. Я поднял голову, взглянув на небо. Погода была шикарная, ни единого облачка, не слишком жарко, ветерочек.

— Девочки, а давайте сходим… — слова уже начали срываться с губ, когда я понял, что звать туда стоило одну Наташу. — на пляж…

Я договорил фразу по инерции. Благо Фая поняла, в чем дело, раньше меня. Она глянула на нас обоих махнула рукой и легко сказала:

— Идите вдвоем. Я все равно думала сказать, что пойду в свою новую казарму, прилягу с дороги.

И ушла, не дав возразить. Собственно, я и не собирался.

Мы с Наташей пошли к гряде, откуда еще недавно выходили с Мишей. Я повел ее той же тропой, ведущей через расселины и пещеры в защищающем континент с севера кряже. Пробравшись через несколько сотен метров скал, мы вышли на тропу, что сбегала вниз, петляя между камней, и выводила на берег.

Когда спустились, Наташа остановилась, глядя прямо перед собой.

Песок тут был белый, чистейший, почти как соль, и под начавшим спускаться к горизонту солнцем он мягко светился. Небольшая бухта лежала подковой, гряда держала ее в тени и тишине, и вода накатывала на белизну с ленивым шорохом, прозрачная у берега до самого дна.

— Я никогда не видела такого, — тихо сказала Наташа.

— Мне это место показал знакомый, — сказал я. — Тут почти никого не бывает. Я прихожу сюда отдохнуть.

Мы прошли к воде, сели на песок и какое-то время молчали. Потом она заговорила, глядя на воду:

— Я не просто так напросилась сюда. Ты знаешь.

— Знаю.

— Меня готовили в Железные Сестры. Но подумав, я поняла, что больше не хочу занимать это место. И сказала об этом отцу и главе клана. Они поставили условие. — Она повернулась ко мне. — Чтобы избавиться от позиции Железной Сестры, я должна сделать карьеру в войсках, которая будет ценнее для рода, чем если бы заняла должность Железной Сестры. Для этого до конца службы я должна взять Четвертый Круг и стать командиром боевого подразделения.

Условие было выверенное.

Полноценным подразделением Мага Четвертого Круга командовать не поставят, тут минимум Пятый. Но был обходной путь.

Если кто-то из бойцов форпоста был особо инициативным, он мог собрать добровольцев и подать заявление Ольге на формирование тестовой группы. Состав: тридцать Вторых Кругов, шесть Третьих и один Четвертый, либо больше.

Если Ольга одобряла, к группе приставлялся куратор, который проверял их службу на протяжении года. Следил за тем, как они выполняют поставленные задачи, как тренируются, как развиваются. Если группа за год проходила все проверки, ее закрепляли в «тестовое боевое подразделение». И как только в нем набиралось достаточно людей нужного уровня, оно само собой выделялось в просто боевое подразделение.

Делалось так ради поддержки инициативности бойцов, а также чтобы капитаны действующих подразделений не относились к своим бойцам халатно и следили за качеством их службы, чтобы у тех не возникло желания уйти.

Так что путь у Наташи был. Сколотить группу, провести через тест, дорасти с ней до подразделения и встать над ним капитаном. Только сколотить такую группу было непросто.

Военных туда зазвать тяжело — они на бывших студентов смотрели как на мажоров. А выпускников постарше на расстоянии держала выслуга и отношение к новичкам как к салагам. К тому же формировать все это надо было загодя, не меньше чем за год до конца срока службы, что оставляло только четыре года на подбор. А это на самом деле не так уж и много.

— План сложный. Ты, похоже, на все сто решила уйти с позиции Железной Сестры, — произнес я в ответ больше своим мыслям.

Наташа долго смотрела на воду. Потом спросила тихо и с горечью, какой я в ней давно не слышал:

— А ты не хочешь, чтобы я уходила?

Вопрос повис между нами. И я понял разом, что снова сказал глупость.

Она воспротивилась желанию рода, заключила это пари. Приехала сюда через половину планеты. Она уже сделала все что могла, чтобы уйти от этих обязательств и быть со мной.

Я в эти два года тоже не сидел сложа руки. Однако, перебрав множество вариантов, не раз поговорив с Ольгой Петровной и даже проконсультировавшись в письмах с ректором столичной Академии, пришел к неутешительному выводу: я никак не могу повлиять на ситуацию Наташи из форпоста.

Как глава клана я имел тут немало привилегий и особенных возможностей. Но этот же статус, а также мои ситуации с Железными и Черной Костью буквально запирали меня со всеми ресурсами в этих стенах. Единственное, что я мог сделать, — это становиться сильнее и тянуть за собой клан, что делал почти без передышек последние двадцать пять месяцев.

И вот, мы встретились. Она приехала, встретила меня, ответила на мой поцелуй. А я посмел спросить: «Ты точно решила уйти?» Дурак. Не это нужно было спрашивать. Вообще ничего не нужно было спрашивать.

И ничего не нужно было говорить.

Я потянулся к ней и поцеловал. Она ответила сразу, без паузы, обняла меня, и мы повалились на белый песок.

В форпост вернулись растрепанные, довольные, пьяные от восторга любви и страсти уже под вечер. На самом деле остались бы и на подольше, но, хотя волны Зверей в основном происходили днем, одиночные монстры становились куда активнее и агрессивнее ночью, и рисковать встречей с какой-нибудь тварью было глупо.

Ей предстояло жить в казарме седьмого боевого подразделения вместе с Яном и Артемом, но, прежде чем отпустить туда Наташу, я повел ее в нашу казарму, чтобы познакомить со своими ребятами. Время как раз было около восьми, и они должны были уже вернуться с дневной службы.

Вот кто за эти два года изменился больше всех — мой клан.

В позапрошлом сентябре я встретил толпу зеленых салаг, не знающих, что делать с задирающими их идиотами. Сейчас от тех желторотиков не осталось и следа.

От изначальных сорока трех человек (не считая Яна и Артема) осталось сорок два. Одного парня по имени Федор (ирония, жестокая сука) прошлой весной во время очень крупной волны, проломившей стену и хлынувшей в форпост, просто-напросто сожрали монстры — он не успел укрыться в бункере.

Два года назад на Сердце было лишь около половины бойцов моего клана. С тех пор количество Сердец осталось примерно тем же. Вот только потому лишь, что вторая половина успешно перешла на Первый Круг.

Атмосфера форпоста, находящегося настолько близко к кишащему почти бесконечным количеством Зверей Красному океану, влияла на Магов низких уровней в разы лучше любых эликсиров. Плюс мои «тренировки», вероятно, сыграли свою роль.

Не могли не сыграть на самом деле, потому что мы проводили их до сих пор. Правда уже не каждую ночь, а пару раз в неделю, и не ради того, чтобы они научились держать удар, а для улучшения их боевых навыков.

Цепляться к ним перестали. Как минимум они стали сильнее многих других бойцов из снабжения. А те, кто перешел на Круги, по нашей договоренности с Ольгой сразу отправлялись в боевые подразделения.

Однако по факту травля закончилась где-то месяца через три после их прибытия в форпост, после инцидента, который мы между собой называли «Сырной ночью».

На обеде в тот день повара расщедрились, приготовив молодой сыр из молока нескольких десятков убитых накануне огромных самок морских львов (Зверей, разумеется). Но даже с таким количеством на весь форпост деликатеса не могло хватить, к тому же первым вкусняшку раздали членам боевых подразделений.